Телевизор был включен на полную громкость и показывал американский сериал, в котором два брата-толстяка в самых примитивных выражениях рассказывали, как избавить коттедж от крыс. В ушах у тебя были наушники от айпода, который лежал еще в каком-то укромном месте: выходит, возможно, ты еще и слушал музыку.
М. Серра. Валяющиеся
«Я грублю, чтобы отделиться от тебя»
В 2009 году я вместе с членами Психопедагогического центра воспитания и разрешения конфликтов, которым я управляю, провел опрос, посвященный грубости и оскорблениям в отношениях родителей и детей-подростков. Опрашиваемым было от 16 до 17 лет, анонимный опросник раздавался в старших школах Северной и Центральной Италии. В опросе участвовало пять школ, техникумы и лицеи с преобладанием учащихся женского пола, учащихся мужского пола и со смешанным составом учеников. Было роздано 198 опросников, из которых только четыре остались незаполненными.
Мы хотели выяснить, оскорбляют ли подростки родителей словесно и какой вид оскорблений наиболее распространен. Опросники раздавались в классе без предварительного предупреждения и объяснений, чтобы ответы были наиболее непосредственны.
Большинство подростков утверждало, что родители их слушают и у них доверительные отношения, особенно с матерями (чаще всего у девочек). Только 10 подростков из 194 дали противоположный ответ.
Но у этих доверительных отношений есть и обратная сторона: на прямой вопрос «Случается ли тебе грубить родителям, если вы ссоритесь?» с четырьмя вариантами ответа – «Никогда», «Редко», «Иногда», «Часто» – только 23 % ответило «Никогда», причем некоторые из опрошенных признались, что от грубости их удерживает только страх наказания. Для остальных прибегать к грубости оказалось вполне естественно, хотя и с разной частотностью: 40 % грубило иногда, 28 % – редко, 9 % – часто (мы не знаем, насколько часто). Мы быстро поняли, что ситуация весьма серьезная (диаграмма 1).
Как показывает практика, грубость в адрес родителей – это та тональность общения, которой подросток пользуется в повседневной жизни. С одной стороны, полученные данные – признак времени и неформального стиля, все более характерного для отношений со взрослыми. С другой – некоторые работы{11}, посвященные этой теме, показывают, что такой стиль общения провоцируют сами взрослые. Отрицание родительских ценностей и стремление обособиться, свойственные современным подросткам, побуждают их вести себя неуважительно. Они очень раздражительны и ранимы и чередуют грубость с упрямым и непробиваемым молчанием. Это явление беспокоит родителей, которые совершенно не знают, как справиться с проблемой.
Целью опроса было выделить типы оскорблений, отдельный вопрос был посвящен тому, чтобы определить, какие оскорбления адресуются матерям, а какие – отцам (диаграммы 2 и 3).
Полученные данные показали, что подростки не слишком следят за языком: самое мягкое, что достается матерям, – это «отвали», в то время как отцам предназначен весь диапазон от «козел» до нежного «идиот». В ответах был отражен спектр более и менее распространенных оскорблений (по отношению к матери – «эгоистка», «ненормальная», «ты мне всю жизнь испортила», «сумасшедшая», «больная», «я тебя ненавижу» и даже «шлюха»; по отношению к отцу – «зануда», «эгоист», «жирдяй», «только о себе думаешь, а на меня тебе плевать»), показавший некоторую асимметрию в отношении к родителям: матерям адресовано намного больше оскорблений, для которых характерен более уничижительный тон, будто оскорбляющий стремится нанести как можно более глубокую рану.
Сегодня, конечно, многое из того, что раньше считалось непроизносимым на публике, вошло в повседневный язык и используется в СМИ. Об этом нельзя забывать при исследовании феномена подростковой грубости. Подростки и дети предподросткового возраста часами слушают эти выражения, присутствующие в телепередачах, предназначенных и не предназначенных для них, не говоря уже об Интернете и соцсетях, где грубых выражений пруд пруди.
Достаточно вспомнить, что в 2009 году кассационный суд (37105/2009) разрешил использование взаимных оскорблений в реалити-шоу: сам жанр предполагает «вербальное воздействие участников друг на друга».
Интересующая нас тема более узка: до какой степени подростковая грубость принимается родителями? И насколько часто сами родители прибегают к оскорблениям в отношениях со своими сыном или дочерью?
Как мы все знаем, для детей подросткового и предподросткового возраста характерно появление потребности дистанцироваться от родителей.
Оскорбление может быть одной из форм, которые принимает эта потребность отделиться. Но родитель, хорошо воспитывающий ребенка, должен задуматься: как дать раскрыться этой совершенно правомерной потребности, чтобы при этом не забывались такие понятия, как уважение и человеческое достоинство?
Предподростковый и подростковый возраст – это конфликтное время, когда родителям приходится наблюдать в своих детях сильные изменения.
Вот что говорит психолог Альба Марколи:
Для родителей тоже все меняется: с подростком проблемы совсем другие, чем с ребенком младшего возраста. Здесь приходится пережить кризис и неуверенность, время проб и ошибок, поиски новых решений новых задач. Маленький ребенок возводит родителей на пьедестал, они для него – центр мироздания. Подросток же сбрасывает их с пьедестала, и это неприятно ни для кого, особенно для родителей{12}.
С этой переменой приходит дистанция, отдаление, молчание и неожиданные хаотичные реакции, когда конфликт принимает формы, которых мы совершенно не ожидали. Что же делать?
Преимущества того, чтобы научиться ссориться в детстве
Первый совет относится к младшему возрасту. Подростку, научившемуся ссориться еще в детстве, и родителю, понимающему, как важны ссоры, будет несомненно проще справляться с конфликтами друг с другом. Научить маленьких мальчиков и девочек ссориться правильно – очень нужное дело, которое предотвратит многие проблемы на следующей стадии их развития.
Современным родителям все еще свойственно отрицательное отношение к ссорам: ссориться – плохо. «Не ссорьтесь», «Помиритесь», «Хватит орать», «Успокойтесь», «Хорошие дети не ссорятся» – эти слова звучат с незапамятных времен и не дают родителям понять, какой обучающей ценностью обладает детская ссора. Эмоциональное отношение к ссорам не подготавливает, а сбивает родителей с толку и делает их бессильными перед практически неизбежным опытом конфликта с ребенком-подростком.
Чему научатся наши подростки, если мы с малых лет будем помогать им ссориться правильно?
Один из первых навыков, которыми они овладеют, – это способность к саморегуляции, помогающая находить компромисс между собой (своими требованиями и желаниями) и реальностью (тем, что происходит во внешнем мире). Когда кто-то – взрослый человек или мой ровесник – или что-то становится между мной и моими желаниями, способность к саморегуляции помогает мне осознавать происходящее и действовать так, чтобы добиться желаемого, найдя для этого способ, или же, если это невозможно, пересмотреть мою цель, основываясь на потребностях и желаниях окружающих людей или условий.
Проблема в том, что сегодня часто встречаются дети предподросткового и подросткового возраста с очень хрупким «Я», потому что у них сформировалась ложная идентичность, созданная обществом, в котором важнее казаться, чем быть. Результатом неспособности услышать себя и понять свои желания и интересы, равно как и воспитания, стремящегося постоянно защищать ребенка от сложностей и разочарований, становится то, что подростки, у которых происходит перестройка личности, становятся крайне обидчивы и, встречаясь с трудностями, стремятся сбежать в параллельную реальность, столь же привлекательную, сколь и ненастоящую. Такие подростки не способны конструктивно реагировать на происходящее вокруг них и осознавать свое место среди других людей. Им крайне сложно справиться с конфликтом поколений.
Способность к саморегуляции основывается на антиэгоцентрической логике и помогает детям и родителям понимать, что происходит, и эффективно взаимодействовать в соответствии с этим пониманием{13}.
Второе преимущество детей, которым позволяют ссориться, заключается в понимании того, что мир многогранен и существуют разные точки зрения. Это очень важное понимание, связанное со способностью поставить себя на место другого человека и понять его, возможностью успешно разрешать сложные ситуации и проблемы, открывать свои достоинства и недостатки. В подростковом возрасте оно выражается в развитии символического мышления, позволяющего в своих действиях пользоваться и эмоциями, и знаниями.
