на тротуаре, чтобы попасть в реконструированный склад, в котором находился Цирк, и другие люди ехали, пытаясь найти место для парковки, хотя парковка для посетителей была забита. Мы застряли в пробке, медленно двигаясь перед зданием. Огромные клыки по-прежнему бесконечно вращались на крыше, а большие, зловещие плакаты все еще покрывали фасад здания, хотя некоторые номера изменились за эти годы. На одном плакате изображен человек-волк с голубыми глазами: слушайте профессора Вольфа из его последней книги поэзии. Зик, как и Мика, был наказан тем же бывшим лидером-садистом, был вынужден принять форму зверя, пока не смог вернуться полностью. Мике повезло, просто потеряв человеческие глаза. Зик занялся поэзией для терапии, чтобы справиться со всем, что он потерял, а затем его жена предложила ему снять видео о том, как он читает свои собственные стихи. Он стал сенсацией в интернете, а потом появилось это шоу в вечерних представлениях, и вдруг профессор Вольф стал одной из наших звездных достопримечательностей. На другом плакате было по-настоящему кошмарное изображение, которое выглядело как живое: «Посмотри на Накелеву, самого страшного монстра фейри». Я знала нескольких других фейри, которые могли бы получить «самый пугающий» титул, но ничто в нашей стране не могло превзойти его. Мы были почти в конце фасада склада, когда увидели плакат: «Ламия, наполовину змея, наполовину женщина». Плакат на самом деле не показывал правильно Мелани: как женщина, она была красивее, а ее змея более извилистой. Она пыталась убить меня, когда впервые попала в город много лет назад, но когда мы убили древнего вампира, контролирующего ее, она перестала быть на его стороне. Жан-Клод предложил ей работу, и она пользовалась большим спросом у клиентов.
— Извините, мы попали в пробку. Если бы я подумал, что это будет субботний вечер, я бы не поехал перед цирком, — сказал Миллингтон с места водителя.
— Все в порядке, Милли, — сказал Никки. — Я тоже не думал о выходных.
— Спасибо, сэр. — сказал он.
— Милли, я не сэр.
— Спасибо, Никки.
— Не проблема.
Внедорожник, наконец, свернул за угол и яркие огни цирка остались позади нас, когда у меня появилась идея. Мелани становилась змеей только по пояс, и она была такой рождена; как Ламия, она была частично оборотнем, и это была наследственность такая же, как у верзмей во Флориде, которым Мика пытался помочь. Почему я не подумала о Мелани, когда Мика показал мне фотографии? Черт, почему Мика не подумал о ней? Хотя я не была уверена, что он когда-либо встречал ее лично, а плакаты были специально сделаны в более грубом стиле, как старомодный путешествующий карнавал, поэтому они выглядели наполовину фальшивыми.
— Что случилось, Анита? — спросил Натаниэль у меня.
— Ничего не случилось, она счастлива, — сказал Никки с другой стороны от него. Остальные телохранители сидели на передних сиденьях в роли водителя и охраны.
— Ее пульс и дыхание учащаются; это может означать, что что-то не так.
— Я чувствую, что она счастлива, а не напугана. Если бы вы вдвоем сбросили свои щиты, вы бы тоже смогли это почувствовать.
— Нам нравится хранить немного больше тайны в наших отношениях. — Сказала я.
— Я твоя невеста, Анита. Ты не можешь лгать мне. Я знаю, что это не то, почему вы все еще ограждаетесь друг от друга.
— Оставь, Никки.
— У нас с тобой все хорошо с более тесной связью. Я не знаю, почему эта идея беспокоит тебя с Натаниэлем и остальными.
— У меня нет выбора с невестой. Но у меня есть выбор с остальными.
— Я знаю, но я не знаю, почему вы решили держать друг друга в пределах вашей психической связи.
— Брось это, Никки, и я хочу сказать, прекрати говорить об этом.
— Как скажешь.
— Кроме того, я не могу лгать тебе. Ты просто сможешь сказать, что я лгу, — сказала я.
— Не всегда. Иногда, кажется, что ты несчастлива или раздражена, когда лжешь.
— Когда Анита солгала тебе? — Спросил Натаниэль.
— Не мне, но иногда она лжет другим людям, когда я с ней.
— Перестаньте говорить обо мне, как будто меня здесь нет.
— Извини, — сказали они вместе.
— Спасибо.
Позади цирка было темно и тихо, и только несколько уличных фонарей освещали стоянку для служащих здесь и там. По обе стороны от входа была пара наших охранников. Они помахали нам, но если бы они не узнали машину, они бы остановили ее и убедились, что это сотрудник, а не просто клиент, пытающийся найти парковку. Бизнес был хорош, но мы все еще не хотели отказываться от части задней парковки в пользу клиентов. Мы рассматривали покупку дополнительного места, чтобы переместить народ отсюда туда, но до тех пор, пока мы не сделали это, клиенты парковались везде, где могли. Мы припарковались возле входа рядом с моим джипом.
Если бы у нас не было дополнительных охранников, я бы просто открыла свою дверь, но они становятся раздражительными, если их подопечные открывают сами свои двери, особенно на открытых площадках, таких как парковка. Мы все были в равной степени хорошо вооружены, так почему я позволила Кастеру встать перед моей дверью, чтобы предупредить меня? Потому что это была его работа, и были люди, которые хотели, чтобы я умерла, и если бы это случилось в его смену, я уверена, что Жан-Клод его убьет. Итак, поскольку моя жизнь и их жизнь могут быть на весах, я позволила Кастеру и Милли осмотреть темную парковку и решить, что это безопасно, прежде чем Кастер открыл мне дверь, а Милли встал с другой стороны двери, блокируя меня от остального пространства, которое они могли контролировать. Вы не можете контролировать каждую точку открытого пространства, просто не можете, но хорошие телохранители могут контролировать большинство из них. Натаниэль вышел с другой стороны, когда Никки открыл ему дверь. Мы уже обсуждали, что он отвечал за безопасность Натаниэля, пока не окажемся внутри. Мне было не совсем комфортно, когда на моей стороне машины было два охранника, а у Натаниэля только один, но три не были четным числом охранников, поэтому в расчётах могли быть некоторые неровности.
— Что же тогда тебя взволновало и осчастливило? — Спросил Натаниэль, когда он и Никки присоединились ко мне. Милли остался рядом со мной, а Кастер пошел позади нас, словно ходячий щит. Я была совершенно уверена в нашей безопасности на стоянке, потому что знала, что под крышей цирка есть скрытый наблюдательный пункт, в большинстве случаев с обученным снайпером внутри. Даже у нас не было достаточно снайперов для 24-7 наблюдения. Сейчас охранники в вороньем гнезде,
