костюме и широкополой шляпе, который не спеша шел по набережной. Не заметить его было невозможно — он резко контрастировал с окружающей действительностью и на фоне пестрых красок всех возможных цветов и оттенков казался «белой вороной».
Поравнявшись с трапом, мужчина остановился, снял шляпу и, повернув голову, посмотрел на Марту:
— Миссис Петтерс, я п-полагаю?
Женщина удивленно подняла брови:
— Да. А откуда… Мы разве знакомы?
Странный джентльмен по-военному развернулся на каблуках на девяносто градусов и в несколько бодрых шагов поднялся на борт:
— Разрешите п-представиться. Эдвард Гарисс, лейтенант в отставке, п-представитель британского консульства в этом штате.
Мужчина слегка заикался, что сопровождалось подергиванием левого века. Спросить о причине, что называется, в лоб, тем более при первом знакомстве, было бы верхом неприличия, поэтому Марта мысленно отнесла этот недуг к последствиям возможного ранения или контузии.
— Очень приятно, лейтенант. Вы один и без охраны? Странно для такой важной персоны.
— Можете звать меня п-просто Гарисс. С недавних пор ситуация в Австралии и П-полинезии изменилась. Некогда единая к-колония Новый Южный Уэльс сначала разделилась на несколько, а п-потом некоторые из них, такие как Квинсленд, п-получили самоуправление. Они, конечно, п-продолжают входить в Британскую империю и к-контролируются ею, но формально внутренними делами управляют свои собственные п-парламенты. Мы сохранили лишь консультативные функции, и в охране нужды нет. Для местных п-поселенцев и аборигенов англичане п-перестали играть роль «красной тряпки» на корриде[14].
Марта усмехнулась и с удивлением посмотрела на лейтенанта:
— Очень необычное высказывание о военной форме, даже для офицера в отставке[15].
— Я очень долгое время живу в этих местах, миссис Петтерс, и видел с-своими глазами все то добро, — при этом слове по лицу мужчины пробежала нервная судорога, — что п-причинила людям и природе наша славная Англия.
— Поверю вам на слово, Гарисс. Так чем я обязана вашему визиту?
— Как вы знаете, П-полинезия состоит из Новой Зеландии и ряда островов к северо-востоку от нее, коренным населением которой являются п-племена маори. За время вашего п-плавания между ними разгорелась гражданская вой на, и находиться в регионе англичанам, т-тем более леди, небезопасно. Мне п-поступили указания расквартировать вас т-тут, в Брисбене. Все соответствующие распоряжения для капитана в этом п-пакете. — Гарисс достал из кармана запечатанное сургучом письмо и показал его Марте. — Долг велит мне вручить его лично Ричарду Остину, п-поэтому прошу п-прощения, миссис Петтерс, что не могу вскрыть п-пакет при вас.
— О, не утруждайте себя, я не понаслышке знаю все эти ваши уставные военные штучки. Капитан сошел на берег, чтобы зарегистрироваться в портовом журнале прибытия. Думаю, скоро он вернется. Но скажите, Гарисс, а как же быть с исследованиями, которые я должна производить? Боюсь, здесь это будет совершенно невозможно.
— За это не волнуйтесь. Не зря Британию н-называют владычицей морей. Доставим вас и других членов экспедиции до места исследований в целости и с-сохранности. Так что не стоит п-переживать, миссис Петтерс, наука не п-пострадает.
Марта улыбнулась, ее всегда поражало стремление военных шутить: с одной стороны, это выглядело нелепо, с другой — чрезвычайно мило. Она попыталась вернуть лицу серьезный вид и как можно более официально отчеканила:
— Я поняла вас, мистер Гарисс, какие наши дальнейшие действия?
Лейтенант, даже не заметив иронии в словах женщины, продолжил по-уставному:
— Сейчас мы спустимся на берег, и я п-провожу вас к месту дислокации. В два с ч-четвертью я вернусь за вами, чтобы мы смогли п-пообедать и я ввел вас в курс дела.
— А мой багаж?
— Я уже распорядился на этот счет, его доставят к вам в течение п-получаса. Прошу вас, миссис Петтерс.
— Спасибо, Гарисс, и зовите меня Марта, к чему все эти условности?
Лейтенант отступил на шаг назад, пропуская женщину к трапу, и они вместе спустились на пристань.
Из дневника Марты Петтерс
7 декабря 1862 г.
Это удивительная страна! Пока мы с Гариссом шли по улице, я заметила одну поразительную особенность — люди здесь улыбаются! Подавляющее большинство жителей Брисбена это приезжие. Миссионеры, военные, каторжные, артисты, торговцы, фермеры, ищущие новой, спокойной жизни, путешественники и романтики. И у каждого из них за плечами свои невзгоды и трудности, свои потери и мечты, но здесь они улыбаются, они счастливы.
Возможно, во мне играли радостные чувства оттого, что я наконец-то спустилась на берег, но я не могла не обратить внимания на эту странную черту.
Я поймала себя на мысли, что, идя по городу, сама начинаю непроизвольно улыбаться совершенно незнакомым мне людям. Это просто поразительно. Я бы очень хотела, чтобы Джордж и дети увидели, почувствовали то же, что и я. Однажды в толпе я выхватила взглядом Майкла и Эйшу, которые шли и улыбались мне, я видела их совершенно отчетливо, и лишь спустя несколько секунд я поняла, что это совсем незнакомые дети, просто схожие по росту. Я безумно скучаю по семье и хочу, чтобы мы сейчас были вместе.
Гарисс поселил меня у одного знакомого торговца, черноволосого, курчавого англичанина Джона, фамилию свою он озвучить отказался и попросил называть его просто по имени, хотя по виду он такой же Джон, как я Сара. Видимо, он в каком-то долгу перед нашим лейтенантом, потому что безропотно согласился сдать мне отдельные апартаменты за цену крайне низкую даже для Пензанса. Теперь я временная хозяйка просторной квартиры на втором этаже с чудесным видом на океан. Ах, этот вид!..
Когда я разложила вещи, которые доставили курьеры Гарисса, мне уже было пора готовиться к променаду[16]. Ровно в 14.15, как и обещал, за мной пришел лейтенант, и мы отправились обедать. Да, это несколько запоздало для англичан, но проволочка с документами в порту не оставила нам выбора.
Вопреки ожиданиям прогулки не случилось, мы сумели пройти лишь два дома, после чего присели в небольшом летнем кафе. Кстати, летнее оно только по внешнему виду, поскольку сейчас в Брисбене, как и во всей Австралии,
