двигается она быстрее.
Девушки неплохо смотрелись друг против друга. Одна с ярко-синими волосами, другая — с вишнёвыми. Никаких поясов и перчаток не надо.
Рина едва дождалась отмашки судьи, после чего бросилась вперёд, словно голодный хищник. Пропущенный выпад со стороны плохо работающей руки она даже не заметила, с ходу атаковав ногами. Каждый такой пинок мог выбить дурь из кого угодно. В этой технике ей почти нет равных, и Лисандра под градом яростных ударов вынуждена была уйти в глухую оборону, ожидая удачного момента. Тот вскоре представился, и она зарядила противнице по открывшемуся боку, в опасной близости от печени. Наша язва скрючилась, но внезапно рванула вперёд прямо в полусогнутом состоянии, опрокинув не ожидавшую такого поворота соперницу на пол. Яростная трёхсекундная борьба в партере окончилась тем, что Рина зажала голову противницы между стройных ног и точно бы её придушила, не вмешайся недовольный тренер.
— Довольно! Победила тринадцатая группа!
Мы с радостными криками выбежали на ринг и принялись обнимать ещё до конца не отошедшую от горячки боя девушку. Попутно едва не затоптали Лисандру, которая поспешила убраться к своим.
Я ожидал новых провокаций, но тренеры после короткого совещания всё же присудили нам командную победу. А это значит, ещё по три очка каждому. Мою внушительную задолженность это не сильно убавит, но всё равно приятно.
Чем чёрт не шутит, может и правда получится победить в соревнованиях посерьёзнее?
— Эй ты, ушлёпок подгорелый! — внезапно донеслось откуда-то с трибун, прервав наше веселье.
Там сидели немногочисленные зрители со второго курса, которые давно отзанимались, но решили пересидеть непогоду. А заодно и полюбоваться, как первогодки колотят друг друга почём зря. Мы все дружно обернулись, хотя обращались явно ко мне.
— Ты своими грязными руками тронул мою сестру! — выкрикнул один из парней, торопливо спускаясь вниз.
Судя по характерным волосам цвета перебродившей вишни это был какой-то родственник Рины. Тут даже троюродных тётушек чаще всего называют сёстрами, лишь бы возраст позволял. Девушка недовольно поморщилась, будто откусила недозрелый лимон.
— Эрик, перестань уже…
— Это ты должна прекратить позорить нашу семью! — перебил он её. — С тобой будет отдельный разговор, но сначала я преподам урок этикета этому выскочке из низшего клана. Вызываю тебя на дуэль! Извинения не принимаются!
— Да я как-то и не собирался… — пожал я плечами.
Спасибо хоть он перчатку в меня не бросил, или что потяжелее. На поясе у него болтался вполне серьёзный меч с прямым клинком, а вот наше оружие осталось в раздевалке вместе с остальной формой. И всезнающего Авери нет под боком, чтобы уточнить нюансы мероприятия. Что будет, к примеру, если он нечаянно сгорит?
Я покосился в сторону нахмурившихся наставников, но те поспешили рассеять мои сомнения:
— Только без оружия, до первого вылета.
Ну что ж, в таком формате вполне можно пободаться. Тем более, мне никакие штрафные санкции не грозят. Вроде бы.
— Ставлю двести очков! — оскалился молодой аристократ.
— Отклонено, — покачал головой старший тренер. — У него отрицательный счёт, он не может делать ставки.
— А, так он у нас кандидат на вылет! — хохотнул представитель «Нетопырей». — Тогда давайте так. Сорок очков с меня за проигрыш, либо пусть вымаливает прощение на коленях перед сестрой.
— Приемлемо, — кивнул служащий. — Что скажет другая сторона?
Давать Рине лишний повод надо мной поглумиться не хотелось, но сорок очков… Определённо стоили того, чтобы рискнуть.
— Согласен.
— Тогда не будем затягивать. Напоминаю, бой без оружия и применения Даров. Один раунд, три малых оборота. Останетесь оба на ногах — засчитаю ничью. Пожмёте друг другу руки и конфликт будет исчерпан. На ринг!
Мы вошли в ближайший круг, вокруг которого тут же собралась плотная толпа. Аристократ скинул китель и остался в одной рубашке и брюках. А я и так пребывал в спортивной форме. Жаль, что подобного нельзя сказать про меня самого. Синяки давали о себе знать, а правое колено до сих пор ныло после встречи с челюстью противника.
Мы замерли друг напротив друга, ожидая отмашки. Эрик Кавано оказался выше меня на полголовы, и гораздо крепче. За тканью униформы без труда угадывались очертания тренированного тела. Между нами всего лишь год разницы, но вряд ли он проводил всё детство в родовой библиотеке.
Стоило рефери запустить отчёт времени, как парень буквально растворился в воздухе, а мне в бок прилетел отлично поставленный удар ноги. Видимо, это у них семейная техника, напоминавшая тайский бокс. Я успел поставить блок, и едва не потерял руку. Прилетело по ней очень болезненно. От следующего удара отскочил заранее, почувствовав лицом плотный порыв ветра. Ускоренная реакция выручала, но даже так я не поспевал толком за юрким парнем. Ни о какой победе не стоило и мечтать. Будет чудо, если продержусь три минуты и останусь при своих.
Удары сыпались без перерыва, заставляя крутиться ужом на сковородке. Вскоре он всё же опрокинул меня на пол удачной связкой, но мне удалось притормозить у самой черты, не укатившись дальше. Иначе проигрыш без вариантов. А за линией обнаружилось довольное лицо Рины, которая улыбалась несмотря на разбитую губу. Склонившись надо мной, она участливо поинтересовалась:
— Уже сдаёшься, слабачок?
— Не дождёшься!
Я поднялся на ноги, ожидая новой атаки, но аристократ демонстративно отошёл в сторону, не собираясь нападать. Времени просыпалось меньше половины. Плохо.
Во рту было солоно, зрение немного размывалось, а в голове натужно пульсировала кровь. Но язва напомнила мне одну важную вещь. Главное — настрой, а он у меня неподходящий. Я сосредоточился на своих чувствах и выпустил из самых глубин души жгучую ненависть к этому длинноногому щёголю. Какого чёрта он вообще ко мне прицепился? Кто ему давал право меня оскорблять⁈
Следом невольно всколыхнулось всё остальное. Горечь и досада, боль и разочарование. Потеря друга и девушки… Пусть последняя и маячила постоянно перед глазами. Окружающий мир резко покраснел и сузился до крохотного пятачка, на котором место было только для одного меня. Но какой-то ублюдок всё-таки посмел сюда зайти и натоптать.
Я пошёл вперёд, сокращая расстояние с каждым шагом. Чувства обострились до предела, и следующий удар противника происходил будто в замедленной съёмке. Или в плотном киселе. Я легко уклонился от одного финта, пропустил над собой второй, который вышел гораздо быстрее, и ударил в ответ. Тоже ногой, чтоб неповадно было.
Вроде бы простой пинок, но его как будто лошадь лягнула. На полном
