зубы, отчётливо слышалось неприкрытое раздражение и злость.
Замерла…
Ладонь уверенно легла на моё колено снова, согревая жаром кожу сквозь тонкий капрон чулок. Кроме этого горячего прикосновения не чувствовала больше ничего. Только соски внезапно напряглись и сморщились так, что мягкая ткань бюстгальтера вдруг стала казаться грубой и жёсткой… Опустила глаза, с ужасом замечая, как сквозь обтягивающее грудь платье отчётливо проступают крупные выпуклые горошины. Залилась румянцем так, что в ушах завибрировал тонкий гудящий звон… В эту же секунду поняла, что дышу слишком громко, наполняя салон прерывистым шумным оханьем… Судорожно сглотнула слюну…
Ладонь поползла выше, задирая подол. Остановилась на резинке чулок, медленно оглаживая широкое кружево. Пальцы мягко коснулись обнажённой кожи над ним…
Я знала, что дальше Денис не зайдёт. Но если бы зашёл…
Хотелось развести бёдра. Откинуть голову на спинку. Закрыть глаза… Выгнуться навстречу этим пальцам, почувствовать их внутри, вцепиться ногтями в рукав его пальто, побуждая увеличить давление…
Тихий смешок у виска мгновенно привёл в чувство и отрезвил.
Денис аккуратно расправил моё платье по бедру, пару раз провёл по нему ладонью, приглаживая, несильно прихлопнул сверху… Пальцы разжались, отпуская мою занемевшую шею…
— Хочешь, подброшу тебя домой, Ань? Разговор явно не ладится…
Его привычный насмешливый тон больше не успокаивал, только бесил гораздо сильнее, чем раньше, почему-то…
— Не надо… За мной… муж скоро приедет… — запнулась на слове муж, ибо перед мысленным взором живо материализовался образ Тохи где-то в пробке на мосту…
Я метнулась к двери, пытаясь отыскать ручку, но перед глазами маячил только ряд кнопок.
— Чего ты запаниковала как девочка на первом свидании, Ань? — ленивый голос Дениса звучал вполне обыденно, будто минуту назад он не задирал моё платье и не лапал голое бедро. — Не нервничай.
Я наконец обнаружила ручку и пару раз надавила на неё. Естественно безрезультатно.
— Я не нервничаю, — я громко сглотнула. — Денис, выпусти меня. Сам говоришь — разговор не ладится…
— Я довезу, — он откинулся в кресле, опуская ладони на руль и заводя автомобиль.
Машина едва ощутимо вздрогнула и почти бесшумно загудела. Ненормальная какая-то шумоизоляция, как в вакууме…
Да чёрт же его подери!!!
— Я же сказала — не надо! — я в отчаянии повернулась к нему, не до конца понимая, что именно меня так бесит во всей этой ситуации. — Открой дверь!
О том, что машина пришла в движение, я догадалась лишь по стремительно меняющимся полоскам фонарного света за окном — Лексус сдал назад и развернулся к выезду из парковки.
— Куда ехать? — Денис больше не смотрел на меня, плавно выкручивая руль.
Хотелось зареветь от бессилия… Беспомощно хлопала глазами, сверля взглядом его равнодушный профиль. Господи, как я вообще ввязалась во всю эту авантюру?! Неужели наивно думала, что смогу держать ситуацию под своим контролем? Я же слишком хорошо знаю этого человека, чтобы так заблуждаться… Или просто нервы себе пощекотать хотела? Больше не хочу…
— Останови машину, — я глубоко вздохнула, старательно набираясь терпения.
— Адрес, Анют, — сухой спокойный тон проехался танком по моей выдержке…
Чётко и раздельно повторила:
— Денис, останови машину.
Он даже не повернул голову, монотонно бросив ещё раз только одно слово:
— Адрес.
— Да твою мать! Выпусти меня! — мой громкий вопль сорвался на истеричный визг. — Сказала же — муж встретит…
Через долю секунды его кулак сжался на уровне моей ключицы — Денис вцепился в край воротника моего пальто… Дёрнул на себя, и я с размаху перегнулась через подлокотник, едва ли не тыкаясь носом в его плечо, испуганно замирая на расстоянии нескольких сантиметров от его шеи…
— Последний раз спрашиваю — адрес? — Он даже не повернул голову, продолжая смотреть исключительно на дорогу.
Видела, как в бешенстве раздуваются его ноздри и ходят желваки на скулах…
Ублюдок…
С ощущением того, что выдаю военную тайну, сквозь зубы процедила название улицы…
Он равнодушно кивнул, одной рукой резко уводя машину на обгон. Оттолкнул меня от себя, и я откинулась на спинку кресла, зачарованно глядя в лобовое стекло на узкое пространство между автобусом и встречной Газелью, которое мы проскочили за секунду… Сердце запоздало сжалось и тут же забарабанило в полную силу…
Наконец осознала, за что я так ненавижу бывшего — именно вот за это ощущение абсолютной отчаянной неспособности влиять на ситуацию вокруг в его присутствии. Рядом с ним всё подчиняется нелепым несправедливым правилам, одно из которых — полная сдача позиций окружающими в угоду его решениям и желаниям… Как я с ним вообще семь лет прожила?! Сочувствую его нынешней пассии…
Сменилась картинка на экране бортового компьютера, тихо заиграло популярное радио…
Оставшиеся двадцать минут мы провели в молчании. Неприятном липком молчании, вызывающем раздражение и желание прекратить весь этот фарс, по ошибке способный рассматриваться как "доброе дело", ибо на самом деле доброго в том, что Денис решил меня подвезти, не было ничего.
— Дом какой? — он с нечитаемым выражением лица оглядел открывшуюся за поворотом улицу.
— Здесь останови, — через минуту я кивнула на маленький магазинчик, который можно увидеть из окна моей высотки.
Подпускать Дениса ближе к месту своего проживания совсем не хотелось…
Машина затормозила прямо на автобусной остановке, и я торопливо потянулась к двери.
— Номер даже не оставишь, Ань? — насмешливый голос попытался прозвучать кротко и растерянно, но попытка с треском провалилась.
— Нет. Счастливо.
Обдумать, оценить, осознать, прокручивая в голове каждую произнесённую фразу и вспоминая каждое движение… Но точно не сейчас. Потом, дома…
Уже закрывая дверь чёртового Лексуса, бока которого умудрились остаться чистым и сияющим даже в эту дурацкую погоду, когда все дороги залиты реагентами, а из-под колёс безжалостно летит жидкая снежная каша, бросила последний взгляд на Дениса…
Короткая волна судорожной дрожи кольнула позвоночник, отдаваясь ощутимой тяжестью в животе. А ведь ему правда подходит этот автомобиль…
Хлопнула дверью, отвернулась, отступая к остановке. Запахнула пальто, бодро зашагала по пешеходной дорожке, интуитивно стремясь побыстрее затеряться среди немногочисленных прохожих…
Холода не чувствовала вообще. Больно грызла губы, пытаясь удержать рвущуюся наружу ненормальную улыбку…
Уже в знакомом до каждой крошечной царапины лифте стряхнула с себя остатки ощущений этой безумной встречи с Денисом и поездки по городу в Лексусе — надо позвонить Антону и сообщить о том, что я уже дома, непринуждённо поболтать с Ольгой… И наконец обнять Славку — именно сейчас потребность в сыне затмила все остальные чувства. Это потом будут муки совести перед Тохой, размышления на тему того, что правильно, а что нет, вопросы о том, какого чёрта меня так ведёт от этой встречи, если я решу, что это всё-таки неправильно…
