большом доме, был накрыт для дружеского чаепития, большие вазы с фруктами наглядно демонстрировали весь ассортимент товара на его торговых прилавках. Это был высокий, крепкий мужчина, с чёрными, зачёсанными назад волосами, облаченный в синий костюм и белоснежную сорочку. Руки мне и всем участникам моей съёмочной группы он жал так, словно мы были его близкими родственниками. Мы начали съёмку, и я задала ему несколько традиционных вопросов о строительстве современных торговых рядов, и о тех преимуществах, которые получат от этого и торговцы, и посетители рынка. Когда материал был отснят, я снова обратилась к Ибрагимову.
– Разрешите задать вам ещё несколько вопросов по теме моего журналистского расследования? Это не для съёмок, просто хочу побеседовать на интересующую меня тему.
– Конечно, Мариночка, – лучезарно улыбнулся мне Руслан Аббасович, – Я весь в вашем распоряжении.
– Я хочу поговорить с вами о вашей пропавшей девятнадцать лет назад однокласснице, Вике Князевой. Вы ведь в курсе, что её останки были недавно обнаружены на городском пустыре?
Лёгкая тень пробежала по лицу Ибрагимова, он перестал улыбаться, моментально сделавшись серьёзным.
– Да, конечно, я слышал об этом. Только не знаю, чем могу помочь такой очаровательной девушке?
– Что вы помните о том вечере, когда пропала Вика?
Руслан Аббасович на минуту задумался, глядя куда-то в сторону.
– Обычная вечеринка выпускников. Танцы, алкоголь. В кавказских семьях не приветствуется такое времяпрепровождение молодёжи, поэтому я чувствовал себя не в своей тарелке. В основном наблюдал за весельем со стороны.
– Вика была вам симпатична, как девушка? – задала я прямой вопрос, ожидая получить правдивую реакцию.
Чёрные глаза господина Ибрагимова на долю секунды вспыхнули каким-то внутренним светом, но он быстро постарался взять себя в руки.
– Не стану отрицать, Вика была очень красива, и не могла не вызывать восхищения у мужского пола. Наши мальчики рано взрослеют, и ни одна красавица не может быть не замечена ими. Так было и со мною. Вика нравилась мне, но ровно настолько, чтобы издали наблюдать за её красотой, – Руслан Аббасович провёл рукой по лицу, как будто смахивая неприятные воспоминания.
– На той злосчастной вечеринке как вы заметили, что Вика исчезла?
– Кажется, первым забил тревогу Стас Левченко. Он ведь был Викиным парнем, – в последней фразе мне послышалась лёгкая обида. Нет, я бы даже сказала, что интонация выдавала явную неприязнь, – Он начал её искать, спрашивал всех, кто видел её в последний раз. Хотя, я считаю, если девушка твоя, так и смотри за ней. Не надо было отпускать её куда-то одну.
– Ну, возможно, что он просто не заметил, что она отошла? Он же не следил за каждым её шагом? – я поняла, что взяла нужную тактику, стараясь вывести собеседника на откровенную реакцию.
– Или он просто смотрел куда-то не туда, – зло сказал Ибрагимов.
– Вы, возможно, хотите сказать, что его внимание в этот момент занимала другая девушка? Ирина Самойлова? – спросила я, и поняла, что попала в точку. Руслан Аббасович криво усмехнулся.
– Странный парень этот Стас, – сказал он, – Сам не знал, чего хочет. Рядом с ним такая королева, что не было никакого смысла размениваться, а он и с этой стервой ухитрялся флиртовать. Хотя, когда Вика была рядом, делал вид, что ему плевать на Самойлову.
– Ну, симпатия между Ириной и Стасом действительно была. Ведь позже они стали мужем и женой, – заметила я.
– Такая женщина, как Самойлова, всегда своего добивается, любой ценой. Просто мужик в юбке, вот что можно про неё сказать, – горячо ответил Ибрагимов, – Нет, Стасу не позавидуешь.
– А тогда, когда его выбрала Вика? Тогда можно было позавидовать?
Было заметно, что на лице Руслана Аббасовича заходили желваки.
– Такая девушка, как Вика никогда не стала бы встречаться с кавказцем. Ведь они уверены, что такие отношения не могут быть серьёзными. Кавказец просто погуляет с ними, и бросит. Так им ещё мамы их с детства объясняют, – с обидой в голосе заметил он, – Ну, это уже неважно, – взял себя в руки мужчина, – После того, как Стас поднял тревогу, мы начали все искать Вику. Прочесали всю территорию, потом нашли телефон, кажется, звонили ей домой, подумав, что она уехала на попутке. Потом, когда и дома её не оказалось, в милицию. Да вы уже, наверное, знаете об этом?
– Да, но полезно было послушать всех очевидцев. Благодарю вас за помощь. Кстати, наше интервью выйдет в вечернем эфире.
Я вежливо распрощалась с Ибрагимовым, и вместе со съёмочной группой покинула территорию рынка. Из нашей беседы я сделала определённые выводы. Во-первых, отношение Ибрагимова к Вике не носило такого поверхностного характера, как это пытался представить он. Скорее всего, Вика ему нравилась действительно сильно. Возможно, он был даже влюблён в неё по-настоящему. Ведь иначе я не получила бы такую пылкую реакцию на свои вопросы. Тем более, спустя столько лет. Это скорее походило на обиду отвергнутого мужчины. А ведь все знают, что душевные раны, полученные в подростковом возрасте, являются самыми жгучими. Я думаю, что Вика отвергла его вовсе не потому, что он кавказец. Просто ей нравился Стас. Но юный Руслан нашёл себе объяснение, которое его устроило, чтобы было легче пережить болезненный для него отказ. Во-вторых, напрашивался ещё один вывод. Стас, похоже, вёл двойную игру, поощряя внимание к себе со стороны Иры Самойловой. Если Вика это заметила, между молодыми людьми вполне могла вспыхнуть ссора, которая привела к печальным последствиям. Что, если Вика погибла при выяснении отношений со Стасом? Вероятность такого развития событий тоже нельзя исключать.
Моя подготовка к отпуску шла полным ходом. Я уже успела накупить кое-каких вещей, в которых была намерена гулять по Лос-Анджелесу. Настроение моё было вполне радужным. Слегка омрачали его только мысли о незавершённом расследовании. Меня не покидало чувство невыполненного долга, перед глазами часто всплывало несчастное лица Наталья Петровны, хотя, казалось бы, я делала всё, что могла, пытаясь собрать сведения обо всём Викином окружении. Как выяснилось, к моменту выпуска в одиннадцатом «А» учился двадцать один человек. Из протокола допроса девятнадцатилетней давности следовало, что на той вечеринке присутствовали семнадцать. Было затруднительно сейчас опрашивать их всех, поэтому я остановилась на тех, с кем Вика общалась более-менее тесно. Из собранных мною по крупицам сведений складывалась общая картина. Похоже, что в одиннадцатом «А» кипели нешуточные страсти. В Вику
