уже мёртвый был. Экипаж вытаскивать начали, а врач из санитарки лыко не вяжет. Готовый на нет. Хорошо, пока я промедол свой дефицитный по раненным расходовал, из госпиталя завотделением прискакал. Всех по носилкам рассовали, врача на персональные положили, пусть отсыпается. Ну, вот и всё. Надо к ним заехать, промедолу выпросить взамен истраченного. Глядишь, ещё чем у этих жмотов разживусь. У них госпиталь то перевалочный. К Большой Земле поближе и снабжение получше.
Мережков вприпрыжку умчался, поскальзываясь на наледях и путаясь в полах не по размеру длинного бушлата. Николай взглянул на часы. Пора двигаться в сторону складов. Несмотря на обильное возлияние, зампотылу крепко держался на ногах и даже умудрялся спорить с коллегами по поводу качества получаемого имущества. Коля, воспользовавшись ситуацией, выторговал себе пару новых берцев, продублировал зампотылу при подсчёте полученного и, выставив охрану у машины, пошёл выяснять время отправки колонны в сторону своего лагеря. Зампотылу вернулся к любимым бутылкам, а в штабе сообщили, что колонна пойдёт только завтра после двенадцати. Пора устраиваться на ночлег. Времени больше, чем достаточно и Николай, прихватив с собой бутылку спирта, отобранную у вовсю уже пьяного зампотыла, отправился в расположение пехоты. После непродолжительного поиска, он уже стучал в дверь одного из вагончиков, составлявших что-то вроде офицерского общежития. Ринат, голый по пояс, с мылом на шее и на ушах, с радостным криком обнял своего гостя.
–Коля, привет, дорогой! Заходи. Всегда рад тебя видеть!
–Конечно, рад. Я с утра здесь ошиваюсь. А тебя и след простыл.
–Извини, только что с гор. Ориентировка пришла, что спецгруппа духов прошла к аэродрому. Хотели перехватить. Да, как видишь, не успели. Я сейчас в штабе такую головомойку получил! Да ладно. Мы не всемогущие. Ты-то как? Живой! Рад за тебя! Что там в кармане? О-о! Вот эта бутылка как раз подойдёт к той банке солёных огурцов, которая у меня в тумбочке стоит. Подарок с Большой Земли передали. Сейчас ребят позову. Посидим. Тебе когда уезжать? Завтра? Отлично. Мои ребята с вами пойдут.
Спустя короткое время на столе организовалась нехитрая сервировка, в комнатке появились новые ребята, офицеры из батальона Рината, а после второй выпитой потянулся неспешный разговор.
–Вот ты говоришь, недавно здесь, а как будто всю жизнь воюешь, – разглагольствовал Ринат, – а про меня что сказать можно? Я здесь с самого начала. Такое впечатление, что я с автоматом родился. Я даже бояться привык. Не представляю себя без чувства страха.
–А я от сюда уже раз пять уехать мог. – вдруг произнёс белобрысый старлей, кажется. Вадик, -Мне замену предлагали.
–И что же не уехал? – пьяно удивился Коля.
–Да его там, на Большой Земле на крупную сумму обули. Теперь ему туда дороги нет.– вмешался в разговор капитан в маскхалате, засаленном на кругленьком, выпирающем животике.
–Как это обули?
–Да как последнего дурака. Обвели вокруг пальца и всё. А сейчас деньги требуют. Нет ему домой дороги. Вот и напросился сюда.
–Ну нельзя же так! Есть же, наконец, милиция. Есть закон. И вообще. Что с тобой сделать могут? Объясни им, что ты не виноват. Не звери же. Поймут.
–Да в том то и дело, что звери. И понимать ничего не будут. Не для этого меня обували. Ты знаешь, боюсь я. Здесь сколько боёв прошёл, в четырёх рукопашных побывал – нормально. Страшно было, но нормально. А там… Страх какой-то животный. Здесь ты плечо товарища всегда чуешь. Не видишь его, а знаешь, что он тебе спину держит. А там ты один. Если бы как здесь, я с ними быстро бы разобрался. А там как здесь нельзя. Так что на войне мне самое место.
Дальше всё начало сливаться в сплошное бу-бу-бу. Пробуждение было трудным. Холодная вода слегка помогла, однако голова всё норовила перевеситься, а в ней всё перекатывался чугунный шар. отдаваясь болью то в затылке, то в висках, то во лбу. Зампотылу и Славику было примерно так же, поэтому обратная дорога прошла в полудрёме и в полнейшем молчании.
Магомеду ещё никогда не было так тоскливо. Даже в зоне, когда накатывало порой отчаяние, такого он не испытывал. Все мечты об объединении полевых отрядов под одним командованием и о создании южного фронта борьбы с русскими пошли прахом. Не так он представлял себе свою войну. А всё из-за того, что каждый из командиров отрядов, воевавших здесь мнит себя самым великим военачальником и подчиняться никому не желает. Каждый гребёт только под себя. Переговоры сорваны. И не просто сорваны, а испоганены на нет. И надо же было русскому спецназу оказаться недалеко от его расположения. Рахмун чуть прямо в руки к ним не попал. Вот был бы подарочек! К каждому в голову не залезешь, мысли не переставишь как надо. Вот и ходят по горам домыслы одна нелепей другой. Договорились до того, что Магомед Рахмуна хотел русским продать. Обидно, конечно. Но куда обидней, что перестали доверять ему командиры. Даже на повторные переговоры отказываются собираться. И всё эти намёки про Рахмуна. Эти глупцы не понимают, что не просто так русские перевалы перекрывают. Готовится серьёзная войсковая операция. Сейчас необходимо собраться и железным кулаком ударить по блокпостам и уйти в долину. Зимой в горах особо не спрячешься. Пробовал через посыльных предупредить, да где там! Отмахиваются, как от мухи назойливой. Гассан прямо так и ответил: «В горах троп много. Да и мы здесь дома, а русские в гостях. Что они смогут?». Не хочется им уходить с насиженных мест. Как страусы голову в песок прячут, страусиной политикой занимаются. Самому уходить – гордость не позволяет. Потом опять попрекнут где-нибудь. Красавица азербайджанка убрала со стола пустую пиалу. Молодец. Глаз не поднимает. Родители хорошо научили. В дверь для приличия стукнули и в комнату ввалился адъютант.
–Что там такое неотложное приключилось?
–Командир, к тебе пришли. -Кто?
–Ты Сашу вызывал, доставили уже.
Поморщившись от такой фамильярности, Магомед устроился поудобнее. «Да, это не мои ребята» – привычно пронеслось в голове. Странно, но такие мысли для Магомеда уже стали привычными. В комнату вошёл русский и встал, опершись о стену.
–Зачем звал, Магомед?
Наглый взгляд совсем не напоминал того настороженного, немного напуганного оборванца, которого он увидел три месяца назад. Тогда разведчики из группы Хамида притащили из поиска четверых русских. Русские сразу заявили, что ищут встречи именно с Магомедом. Именно поэтому этих пленных не убили сразу. Их привели в дом, приспособленный под штаб.
–Что это такое? – нахмурился Магомед.
–С
