В нем были бурская война, Великая война, геноцид армян, русская революция, советский ГУЛАГ и Голодомор, Вторая мировая война и Холокост, применение атомного оружия, войны в Корее и Вьетнаме, неправильно названный Великий скачок вперед, поля убийств в Кампучии, кровавый геноцид в Руанде, гражданская война в Югославии и многое другое. После всех этих убийств и страданий человечество вступило в нынешнее столетие, прожив более долгую и здоровую жизнь, будучи лучше накормленным, образованным, равным и свободным. Учитывая все это, как мы должны относиться к прогрессу?
Как вообще следует думать о прогрессе?
Оксфордский словарь английского языка определяет прогресс как "продвижение на дальнейшую или более высокую ступень или последовательно на дальнейшие или более высокие ступени; рост; развитие, обычно до лучшего состояния или состояния; улучшение... особенно применительно к проявлениям социальных и экономических изменений или реформ". Но что означают "более высокая ступень" и "лучшее состояние"? Являются ли эти термины чисто субъективными, или мы можем выработать объективное понимание человеческого прогресса? В своей книге "Просвещение сейчас" Стивен Пинкер предложил один из возможных вариантов ответа. Он пишет,
Большинство людей согласны с тем, что жизнь лучше смерти. Здоровье лучше болезни. Пропитание лучше голода. Богатство лучше бедности. Мир лучше войны. Безопасность лучше, чем опасность. Свобода лучше тирании. Равные права лучше фанатизма и дискриминации. Грамотность лучше неграмотности. Знание лучше невежества. Интеллект лучше тупости. Счастье лучше несчастья. Возможность наслаждаться семьей, друзьями, культурой и природой лучше, чем рутина и монотонность. Все это можно измерить. Если с течением времени их количество увеличивается, это и есть прогресс.
Кто-то, несомненно, возразит, утверждая, что в жизни есть нечто большее, чем перечисленные выше показатели благополучия человека. Поиск смысла жизни, религиозная самореализация, героические свершения и личное самопознание на протяжении тысячелетий были важными движущими силами человеческой мысли и деятельности, и это не изменится. Тем не менее, определение прогресса, данное Пинкером, представляется разумным началом.
Как показал американский психолог Абрахам Маслоу (1908-1970) в своей работе 1943 года "Теория человеческой мотивации", у человека существует иерархия потребностей. В самом низу пирамиды Маслоу находятся базовые потребности, такие как пища, вода, тепло и безопасность. Далее следуют психологические потребности, такие как дружба, отношения, престиж и чувство выполненного долга. На вершине пирамиды находятся потребности в самореализации, включая самоактуализацию и творческие поиски.
Помня о пирамиде Маслоу, можно сказать, что искать смысл жизни и самореализацию гораздо легче на сытый, а не на пустой желудок. Еще раз процитируем Enlightenment Now,
Легко рассуждать о трансцендентных ценностях, но большинство людей ставят на первое место жизнь, здоровье, безопасность, грамотность, пропитание и стимуляцию по той очевидной причине, что эти блага являются необходимым условием для всего остального. Если вы читаете эти строки, значит, вы не мертвы, не голодаете, не страдаете от нищеты, не находитесь в ужасе, не попали в рабство или неграмотны, а значит, вы не в том положении, чтобы воротить нос от этих ценностей - и не в том, чтобы отрицать, что другие люди должны разделять ваше счастье.
Следует также помнить, что прогресс означает постепенное улучшение прошлого. Он не означает совершенство или утопию. В слове "утопия" сочетаются два греческих слова: οὐ (ou, "не") и τόπος (tópos, "место, область"). Таким образом, оно буквально означает "не место". Используя в качестве аналогии времена английского языка, утописты сравнивают настоящее с будущим совершенным, а не с прошедшим несовершенным. Тем не менее именно несовершенное прошлое является той линзой, через которую следует оценивать сегодняшние условия жизни, или, как объяснял Бьюри сто лет назад,
Теории прогресса ... [можно разделить] на два различных типа, соответствующих двум радикально противоположным политическим теориям и апеллирующих к двум антагонистическим темпераментам. К первому типу относятся конструктивные идеалисты или социалисты, которые могут назвать все улицы и башни "золотого города", расположенного, по их представлениям, на мысе. Развитие человека - это замкнутая система, срок ее известен и досягаем. К другому типу относятся те, кто, наблюдая за постепенным восхождением человека, полагает, что при том же взаимодействии сил, которые вели его до сих пор, и при дальнейшем развитии свободы, за которую он боролся, он будет медленно двигаться к условиям все большей гармонии и счастья. Здесь развитие неопределенно, срок его неизвестен и лежит в отдаленном будущем. Движущей силой является свобода личности, а соответствующей политической теорией - либерализм.
Отметим также, что "линия" прогресса не ровная, а прерывистая. Например, за столетие, прошедшее с момента окончания наполеоновских войн (1803-1815 гг.) до 1914 г., Западная Европа пережила колоссальный экономический, политический, технологический, научный и медицинский прогресс, а затем скатилась к варварству Первой и Второй мировых войн. Однако Европа возродилась, как и после падения Рима и последующих Темных веков.
Иными словами, рациональные основания для осторожного оптимизма есть, но не следует путать оптимизм с неизбежностью. Мы все еще можем уничтожить нашу цивилизацию в результате действий человека, таких как ядерная война, или беспомощно наблюдать за тем, как астероид проносится по небу и уничтожает большую часть жизни на Земле.
Наконец, прогресс не означает, что мы когда-нибудь достигнем райского конечного состояния, когда все и везде будет оптимально для всех. Будут возникать новые проблемы, и их придется решать, пусть и несовершенно, будущим поколениям. Таким образом, мир никогда не будет идеальным. Ведь и сами люди, населяющие его, несовершенны. Как заметил в 1784 году немецкий философ и сторонник постепенного прогресса человечества Иммануил Кант (1724-1804), "из такого кривого дерева, из которого сделано человечество, нельзя сделать ничего совершенно прямого" . Лучшее, на что мы можем надеяться, - это сделать завтрашний мир лучше, чем он есть сегодня.
Несмотря на многочисленные усовершенствования, мы привыкли концентрироваться на негативных моментах
Ранее мы уже рассматривали распространение апокалиптических фильмов и возможное объяснение их постоянной привлекательности. Мы также обратили внимание на несоответствие между растущим предложением апокалиптических фильмов и увеличивающимся потоком хороших новостей о состоянии человечества.
Однако следует признать, что одержимость человека упадком и "концом времен" - это лишь часть гораздо большего, хорошо задокументированного массива негативных предубеждений, накопившихся в нашем мозгу за время эволюции человека - период в сотни тысяч лет, в течение которого мир, по которому перемещался Homo sapiens, был гораздо менее благоприятным для выживания человека, чем наш собственный. "В наших современных черепах хранится разум каменного века, - отмечают Леда Космидес и Джон Туби из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре, - и этот разум зачастую лучше справляется с проблемами, с которыми сталкивались наши предки-добытчики, чем с теми, с которыми сталкиваемся мы сегодня".
Подумайте об этом так. Если последние археологические
