в своей прошлой жизни пройтись в одном строю с октябрятами, пионерами и комсомольцами.
После школы, снова на спортивную площадку, «гнуть» турник, так сказать. Сил к вечеру оставалось немного, но окончание школы даст времени больше на отдых и штудирование наук. В течении двух недель, я практически не выходил гулять. Все силы на поступление!
Однако, расслабиться тоже иногда не мешает. Есть же телек! Но канал всего один и программа передач на любителя. Попробовал как-то настроить антенну и поймал ещё один канал. Так себе в Союзе была сетка вещания. Пришлось довольствоваться программой «Время». Пару раз выпало увидеть «Вечный зов».
Чтобы не забыть языки, взял себе в библиотеке учебники и книжки. Помню лицо бабы Нади, когда она заходит в ванную, а Серëжа перед зеркалом по памяти рассказывает монолог Гамлета в оригинале. Это надо было видеть!
Дед несколько раз звал на рыбалку сходить после работы, но я в отказ иду. Не мое это!
Червей накопай, блесны пособирай, леску, если запуталась, размотай. Сидишь по несколько часов, чтоб пару килограммов рыбки наловить. А потом почистить еë надо! Короче, так себе удовольствие. Может, дед Вова и с динамитом ловит, но я сомневаюсь. Даже в этот период, это было ой как противозаконно!
Успехи были. Сдал немецкий язык без особого труда. Комиссия сначала даже засомневалась, что я только в школе его учил. Пришлось в процессе экзамена немного акцент добавлять при ответах.
В прошлой жизни по роду своей работы это было необходимо. Заграничные спецоперации были нередкостью. Там без языка никуда.
С историей и физикой проблем не возникло. Когда готовился, просто сосредотачивался на памяти предшественника. Много знал, оказывается! Ну и остальные дисциплины без труда дались.
Физическая форма улучшилась. Подтягивания довёл до 12 раз за этот период и мясом начал обрастать. «Склепку» и полный силовой комплекс на турнике освоил. А ещё, я открыл для этого тела новую способность — плавание. Мои знания правильной техники и немного тренировок в открытом бассейне дали результат очень быстро. Когда поступлю, запишусь в сборную училища по плаванию.
К музыке начинаю привыкать. Пару раз пытался напеть что-то из песен будущего, но такие тексты не нашли понимания у бабушки.
— Это кто такие песни поëт, Сережа? Каким пьяным подвигаться? — возмущалась она, когда я пел в душе «Пустите меня на танцпол».
Как-то запел про «Солнце Монако», так еле отмазался от успокоительного от бабушки. Пока не готова местная публика к таким песням.
Что касается девушек, тут всë не так однозначно. Вроде не нужны мне эти отношения с Аней, но и память предшественника не дает покоя. Влюблён он был в неё сильно.
Галочка эта, ещё не отстает. Каждый раз на занятиях вальса так и норовит то за задницу меня ухватить, то руку мою опустит на ягодицу, то в щеку поцелует незаметно. Дикая женщина! И чего она в нëм… то есть во мне нашла?
Вон Бардин — и красавец, и обеспеченный, и от неё без ума. Я, конечно, не против мимолетной половой связи. Пару раз, как говорится, «не плохой человек». Но чересчур!
Олег Леонидович вряд ли станет помогать тому, кто развлекался с его дочкой. И ведь не замечает, как она одевается! Сама же просит чтобы еë от… отнаказали.
— Серёжик, а ты обещал, что уделишь мне внимание. Когда собираешься? — спросила Галя после очередных занятий вальсом.
— Я вроде тебя всегда замечаю. Ты вон, какая няшная, — ответил я, употребив незнакомое ей слово.
— Ой, не знаю, что это значит. Ты лучше иностранные языки знаешь. У меня папа с мамой на днях отъедут на пару дней. Жди приглашение!
— Галя, а если у меня не получится? Я сейчас занят, поступать скоро…
— Эх, Серёжка! — вздохнула Капустина. — Не расстраивай меня.
Мда, а ведь тело требует женской ласки уже! Я вроде и не против разок в гости зайти на чай с десертом! Потом же будет второй, третий и так далее. Затем слезы, что не может она без тебя.
— Кстати, папа про тебя интересовался. Мол, как мы общаемся, близко ли? Он хорошего о тебе мнения… пока, во всяком случае, — сказала Галя и упорхнула по своим делам.
Характеристику с аэроклуба мне сделали. Курин смог договориться, чтобы еë закрыли задним числом до даты вступления акта о происшествии в силу. Георгий Сергеевич извинялся перед дедом Вовой, что не смог переубедить комиссию.
— Этот полковник Крутов — дикорастущий. Почти все звания досрочно получал. Сейчас начальником какого-то училища летного назначен. Вот и нарабатывает себе славу принципиального, — сказал Курин, когда приходил к нам.
Будем считать, что здесь мне повезло. Однако комсомольская характеристика повыше ценится.
В один из дней снова подвернулась подработка в универмаге по разгрузке грузовика. Привезли фрукты и овощи. Оплата 3 рубля и две бутылки «Колокольчика» — меньше, чем в прошлый раз, но дядя Петя попросил.
Зачем мне правда лимонад, не представляю. Дядя рассказывал, что его выпускали небольшими партиями, от того и редко купить можно было.
Когда я заканчивал работу, неожиданно появился мой сосед с Олегом Леонидовичем. Только сейчас я вспомнил, как он говорил, что знаком с директором универмага. Вот как же раньше не догадался поспрашивать по своим! Сердце слегка застучало от волнения, что сейчас мне могут помочь. А значит и не придëтся охмурять Галю.
— Леонидыч, помнишь, про него тебе говорил? — сказал дядь Петя. Мой сосед сегодня одет в заводской рабочий костюм и серую клетчатую кепку. Олег Леонидович, как и всегда, в белом.
— Ага, знаю этого паренька. Как дела? — спросил Капустин-старший у меня в очередной раз на французском, пожимая руку. Отказывать ему в удовольствии пообщаться на языке Бонапарта нельзя.
— Нормально, Олег Леонидович. Снова работаем, — подыграл я ему в том же ключе.
— Видал, как могëт! Слушай, тут проблема у парня с комсомолом..
Дядь Петя объяснил суть вопроса. Наверное, дед попросил или просто сосед сам услышал от кого. У подъезда бабушки о многом шепчутся.
— Да не вопрос. Я сейчас на пару дней отъеду с супругой. Как приеду, Петь ты мне сразу скажи, или домой позвони, Галочка запишет и передаст.
Если честно, ещё никогда так не везло. В той жизни так точно. Похоже, что роль «альфонса» можно не играть!
Прошли эти два дня. Вроде всё устаканилось. Дядь Петя сказал, что позвонил и напомнил. Старики немного повеселели. Баб Надя даже всплакнула немного. Переживает, родня! Ну а сосед и дед Вова решили это дело отметить, взяв пару бутылочек «Столичной».
И тут, как гром среди ясного
