Академии не-маги тоже работают? В первый раз такое слышу! Отварчик у меня остался, и пирожочки…
Нервы у меня и так были на пределе, но услышав о пирожках и отвратительном «пользительном» отваре, я сорвалась. Рука сама собой схватила стоявший на зеркале бабушкин подсвечник для гадания и с размаху запустила в Шуршаню.
– Пирожки? Ты предлагаешь мне ужинать этой дрянью? Только попробуй поставить на стол хоть что-то заговоренное! Такую зеркальную защиту сделаю, что тебе втрое больше прилетит! Ещё и от себя добавлю, чтобы уж точно подействовало!
Подсвечник Шуршаня, конечно, поймал и теперь молча слушал меня, чуть склонив голову набок.
– Ты решила убить домового? – Андрей с усмешкой кивнул на подсвечник. – Так ваш Шурш бессмертный, может только обидеться.
– В первый раз, что ли? – пробормотал Шуршаня. – Ну и чем мне прикажешь вас кормить?
– Гренки с сыром, омлет, чай с лимоном и двумя ложками сахара, – распорядилась я. – Половину помидора. С чем, говоришь, пирожки?
– С творогом, с мясом, с клубникой. Только затеялся с духовкой, а все и разъехались. Всё свеженькое…
– Ладно, пирожки тоже давай на стол, – кивнула я. – Но смотри, насчёт защиты я не шутила. Не вздумай что-нибудь нашептать на еду или чай. И проводи гостя, мне здесь не нужен куратор. Тем более, что магия у него всё равно перекрыта, – мстительно добавила я.
– Одно из главных правил при общении с домовым: не давай ему непосильных заданий, – спокойно произнёс Андрей. – Пока я не нарушаю закон, проводить меня отсюда Шурш не сможет никаким образом. Я – куратор Академии с соответствующими защитными чарами. Так что оставь домового в покое. Лучше подумай, что ты собираешься делать дальше.
– Подам заявление в нормальную Академию или Высшую Школу магического правопорядка, – отчеканила я. – Пусть в другом городе, в другой области, но не с таким безумным режимом дня и с адекватными профессорами.
– Берестов, Духова, Велеира считаются одними из лучших учителей, – напомнил куратор. – Чем они тебе так уж не угодили?
– То есть это нормально, что Берестов завёл себе неуправляемого духа природы и держит его в коридоре учебного заведения? – я фыркнула. – Нормально, что Духова устроила рассадник призраков, включая тех, из зеркал? Велеиру я ещё не видела, зато Гелероид смотрел на нас, как на свой личный гарем. И, уж извините, взять в Академию куратором мага-преступника с перекрытой магией – это точно ненормально. А отправить его гоняться за мной по городу – как минимум непорядочно. Они ведь прекрасно понимали, что я не захочу возвращаться, и теперь свалят всю вину на вас. Разве нет?
– Я тебе отвечу на каждую из твоих претензий, – пообещал Андрей. – Только за ужином. Как молодые ведьмы едят эту пиццу? Гастрит же можно нажить.
– Пиццу? – возмутился Шуршаня. – Сколько тебе говорить, не тащи в рот всякую дрянь!
Я влетела в ванную и закрыла дверь на замок. Похоже, Андрей отсюда так легко не уйдёт. Даже «мага-преступника» стерпел. Ладно, хочет сидеть здесь – пусть сидит, пока самому не надоест. А я никуда из дома уходить не собираюсь.
С ужином Шуршаня расстарался. На всякий случай зеркалку я на стол всё же поставила и привычно проговорила:
– Ключом запираю, замком замыкаю, назад троекратно возвращаю, все что сделано, что подделано, что подложено…
Андрей со скучающим видом сел за стол и, не дожидаясь окончания заговора, принялся за омлет. Шурш, предатель, куратору туда ещё и колбасу добавил!
– Вот зря ты сейчас все это начитала, – с искренней обидой заявил домовой. – Я тут заговоры на доброе здоровье нашептывал, на мир в доме, а ты мне всё это в троекратном размере, – он развёл ручками. – Мне-то здоровье зачем? Я и так заболеть не могу.
– Я откуда знаю, что ты там понашептал? – огрызнулась я. – На мир в доме, говоришь? Это чтобы я унялась и послушно уехала в Академию?
– Да не делал он ничего в этом духе, – раздражённо перебил Андрей. – Академия по тебе просто плачет, если сама не можешь определить, есть вредоносные чары или нет.
– И вы меня этому, конечно, научите. Лично, – ядовито отозвалась я.
– Не я, а Берестов и Велеира, – сдержанно сказал он. – Впрочем, на это и моих остатков магии хватило бы. Шуршаня, так ты мне какое-нибудь место для сна приготовишь? А то, смотрю, твоя хозяйка сегодня вряд ли куда-то поедет.
– Куда ей ехать? Ночь-полночь на дворе, – забубнил Шурш. – Постелю в комнате старшей хозяйки, она разрешила.
– Так ты уже связался с хозяевами? – оживился куратор. – Что сказали?
– Её родителей не дозовешься, нет там поблизости домовых, – с готовностью отчитался Шуршаня. – А бабушка сказала, чтобы создавали портал из Академии. Ругалась, спрашивала, почему куратор сам не додумался. Когда я сказал, что у куратора магия перекрыта, старшая хозяйка собралась пообщаться с ректором Гелероидом.
Угу, и это она далеко не обо всем знает. По сравнению с остальными проблемами этого учебного заведения, на куратора-преступника вообще можно закрыть глаза.
– Шурш, передай ей, что в Академии морят адепток голодом, по коридорам летает Подметень, в зеркалах живут агрессивные призраки, а у ворот – страшники, – на одном дыхании выпалила я. – И ректор Академии – старый козёл!
– Она его так и назвала, – буркнул Шуршаня и выкатился из кухни на коротеньких ножках.
– А теперь объясняю по пунктам, почему в Академии всё так устроено, – Андрей потянулся за пирожком и критически осмотрел его, прежде чем надкусить. – Призраки и духи нужны для того, чтобы вы нарабатывали навыки общения с ними и умели, когда нужно, договориться или обезвредить объект. А вы все трое пока даже с домовыми общежития нормально общаться не в состоянии, не то что с Подметенем. Постепенно, конечно, всему научитесь, но для этого нужно время. Кстати, если скатерти-самобранке сказать «пожалуйста», а потом поблагодарить, она может изменить меню дня. Заметила, что адептки второго курса питаются гораздо лучше?
– А сказать нам об этом нельзя было? – я поморщилась, вспомнив трапезы в Академии.
– По традиции, сами должны догадаться, – он усмехнулся. – Это единственная подсказка, которую я тебе дал. За остальными – в библиотеку. Насчёт поведения профессора Гелероида: о нем все и так прекрасно знают. И все в курсе, что он может смотреть на адепток, как угодно, но пальцем никого не тронет без чёткого согласия.
Я хмыкнула. Не представляю, кто в здравом уме согласился бы пообщаться с любвеобильным старикашкой!
– Режим дня, которым вы так недовольны, согласован с вашими родственниками, – продолжал Андрей. – А меня в качестве куратора два года назад пригласил на работу лично профессор Гелероид. Ни у кого по этому поводу возражений не было.
– А
