лежала в мягкой постели. Насколько помню, койка в Академии гораздо твёрже. Надо будет попрактиковать на ней заговоры для улучшения быта. В большой рукописной книге заклинаний есть такой раздел.
– Решила забрать ценные книги из семейной библиотеки? – Шурш неодобрительно покосился на стопку на моей тумбочке.
– Тебя забыла спросить, – привычно огрызнулась я. – Я тоже член семьи, так что имею на них право. И мне они сейчас больше пригодятся, родители и так всё это наизусть знают. Лучше скажи, пирожков ещё много осталось?
– Завернул я уже пирожки в дорогу, – отмахнулся маленькой ручкой Шурш. – Что ты ещё хотела? Сразу говорю, заклятье не сниму. Чем тебе плохо – сразу понимать, с кем общаешься?
– Слушай, а почему тогда я не вижу недостатков в кураторе? – заинтересовалась я. – Или твоё заклятье действует только в отношении обычных людей?
– И магов тоже, – твёрдо заявил он. – Значит, в Андрее просто нет тех недостатков, которые могли бы тебя оттолкнуть. А что, он тебе понравился? – Шурш перешёл на шёпот.
В кошачьих глазках домового появился заинтересованный блеск.
– Ты о чём? – я фыркнула. – Андрей – просто куратор, учитель, он намного старше меня, да и вообще я с ним только сегодня познакомилась.
– Понравился, – почему-то сделал вывод Шуршаня. – А что, хороший выбор! Даже старая хозяйка одобрит, – он запрыгнул на кровать и уселся рядом со мной. – Маг-воин, герой, из сильного старого рода, из хорошей семьи…
– Ты домовой или сводник? – возмутилась я. – Уже и про его семью разузнал? Не вздумай рассказать родителям и бабушке, что тебе в голову пришло. И вообще я собиралась поговорить с тобой совсем о другом. Расскажи-ка лучше, как можно договориться с домовыми из Академии.
– Ты о чём договариваться собралась? – Шурш хихикнул. – Они жалуются каждый год, говорят, надоели адептки – то командовать пытаются, то уговаривают нарушить приказ ректора.
– Мне нужно, чтобы домовые вели себя как домовые, а не как надсмотрщики, – объяснила я.
– То есть как я, – Шуршаня снова хихикнул. – Диана, они же не семейные домовые, и прислуживать тебе не обязаны.
– Вот и расскажи, как с ними договориться, – я устроилась поудобнее. – Только поить их молоком и кормить конфетами я не смогу. Там конфискуют продукты, представляешь?
– Насчёт пирожков я уже договорился, их «не заметят», – пообещал Шурш. – Только угости местных домовиков. В вашей комнате за всем смотрит Доглядай, ему положишь в уголок пирожок с клубникой, он сладкое любит. Хотя можешь сразу туда же добавить два пирожочка с мясом, он остальным передаст. А за конфетами – это к самобранке, если уговоришь, конечно. Задобришь домовых Академии, поговоришь уважительно – может, до чего-то и договоритесь. Командовать даже не пытайся, поняла?
– Шурш, зачем меня запихнули в это заведение? – хмуро спросила я.
– Для твоего же блага, – отозвался домовой. – Между прочим, одна из лучших Академий страны. Группы адепток маленькие, учителя великолепные, и там очень быстро всему учатся. Видишь, и суток не прошло, а ты уже книг набрала и меня расспрашиваешь. А две другие твои сокурсницы, между прочим, всё свободное время в библиотеке просидели. Засыпай, завтра рано вставать. Хочешь колыбельную?
– Давай, – я улыбнулась.
От скрипучей бессловесной колыбельной Шуршани все засыпают за минуту и спят беспробудным сном до самого утра. А если повезёт, так ещё и вещий сон можно увидеть.
– На привычном месте приснись жених невесте, – пробормотал домовой.
Я закатила глаза. Да что ж за напасть такая? С каких пор Шуршаню так интересует моя личная жизнь? Сказать ничего не успела: домовой заскрипел свою медленную колыбельную на двух-трех звуках. Засыпая, я слышала, как он спрыгнул с кровати и тихо топает к двери.
Глава 9. Последствия побега
– Диана, вставай, слышишь? – Шуршаня сидел рядом и тряс меня за плечо. – Пора собираться.
– Отстань, – сквозь сон пробормотала я.
– Вставай! – домовой слегка потянул меня за ухо. – Ну что, прав я был? Кто тебе снился?
– Не помню, – я нехотя села на кровати. – Шуршаня, надеюсь, ты ни с кем не делился своими идеями? Ещё раз повторяю: Андрей – куратор Академии.
– Одно другому не мешает, – пробурчал домовой и резво потопал из комнаты.
Что-то не нравится мне, что он не ответил. И кому успел растрепать о своих наблюдениях и выводах? Так и представляю, как по всем знакомым родителей пойдёт сплетня о моём «романе» с Андреем.
– Шурш, я запрещаю тебе обсуждать с кем-либо мою личную жизнь, – рявкнула я вслед.
– Значит, это все-таки личная жизнь, – удовлетворённо отметил домовой и нырнул за дверь. – Ах, какая получится пара, – мечтательно добавил он уже в коридоре.
С кровати меня как ветром сдуло. Не хватало только, чтобы Шуршаня завёл разговор о «такой прекрасной паре» с Андреем и начал меня нахваливать как невесту из сильного рода. Собралась быстро, но когда зашла на кухню, домовой уже что-то оживлённо рассказывал гостю. На столе стояли две тарелки плова, две чашки кофе, небольшое блюдо с пирожками. Объемистый сверток всё с теми же пирожками лежал тут же, заботливо подготовленный домовым. Надо же, для Андрея Шуршаня даже на кофе расщедрился. А мне всё время пытался предложить свой «пользительный отварчик».
– Диана очень, просто очень способная, – разливался соловьем Шурш. Мои худшие опасения оправдывались. – Красавица, умница, гордость семьи…
– Позор семьи, – с усмешкой поправила я и села за стол. – Доброе утро. Шуршаня, с чего вдруг ты так меня нахваливаешь?
– Ну, пока нахваливает по делу. В твоих способностях я сам вчера убедился, – Андрей спокойно улыбнулся. – Вот если бы ваш семейный домовой сказал, что у тебя ангельский характер, это было бы преувеличением.
– Да кому он нужен, этот ангельский характер? – не унимался Шуршаня. – С правильными скучно, а с моей хозяйкой точно не соскучишься.
– Да уж, не соскучишься, – куратор хмыкнул.
– Вот уверен, что вы друг другу снились, – заговорщическим тоном сообщил домовой.
– На новом месте и на привычном месте? – Андрей рассмеялся. – Шурш, я почему-то уверен, что Диана не просила тебя об этом заклятии. Кстати, оно далеко не всегда действует.
Шуршаню удалось заткнуть с трудом. С этой интересной темы он перескочил на рукописи, которые я собралась взять с собой. Отстал только когда Андрей подтвердил, что это разрешено и является не кражей, а заимствованием с обязательным возвратом.
В Академию возвращались в обычном такси. Я мрачно смотрела в окно. Совершенно не хочу назад, в эту тюрьму, даже если она считается одной из лучших. И подставлять Андрея тоже не хочется. Ладно, если бы у него был открыт магический канал, был бы другой разговор. А пользоваться магией против того, кто не может мне
