Поняв, что не коситься влево слишком сложно, девушка фыркнула и отвернулась вправо. Прикрыла глаза, давая им отдохнуть. Слева сквозь веко просачивался свет костра, чуть расцвечивая темноту под веками в оттенки красного. Снова открыла глаза, глядя в темноту. Ей вдруг показалось, что впереди и чуть справа что-то блеснуло. Девушка присмотрелась, пламя костра взвилось от ветра, и на миг высветило: блестел наконечник стрелы, лежащей на тетиве.
— А… — сказала она. И подскочила одновременно с Раиром, крикнувшим:
— Бежим!
Мимоходом Вика заметила две стрелы, одна из которых просвистнула совсем рядом и впилась в землю, мелко дрожа от злости. Мимоходом потому, что обращать на это внимание было некогда: в следующую секунду все трое уже неслись по бездорожью сломя голову, сопровождаемые хрустом веток и нечленораздельными выкриками. Погоня наступала на пятки.
Ещё минуту назад Вика была уверена, что и идти-то с нормальной скоростью не в состоянии, а сейчас неслась так, как не бегала ещё никогда. Что, впрочем, понятно: до сих пор самым большим стрессом, подгонявшим её, оставался страх плохой оценки на выпускном экзамене по физкультуре. К тому же, она умудрялась не сбавлять скорости, несмотря ни на какие буераки, буреломы, ручьи, овраги, и не ломать при этом ног; ветки больно хлестали и цеплялись за ноги, руки, одежду, но Вике было совершенно плевать на эти мелкие трудности, она бежала, и в сознании крутилась одна-единственная мысль: бе-жать-бе-жать-бе-жать…
Склон становился всё круче, но Раир, бежавший впереди, упорно поднимался вверх, пока не уткнулся в скалу: отвесную серую скалу, лишь кое-где оккупированную кустиками полудохлой растительности. Тогда он свернул вправо, пробежал, почему-то не оступаясь на осыпистом щебне с песком, а потом вдруг затормозил, да так резко, что Вика чуть не впечаталась лбом ему в спину.
— Чего там? — спросил запыхавшийся Ликт, налетевший сзади (Вика подскочила с перепугу). — Чего это он там ищет?
Раир шёл вдоль стены, внимательно её осматривая, как будто можно было что-то разглядеть в такой темноте.
— Понятия не имею, — сказала Вика, тщетно пытаясь восстановить дыхание. — Надеюсь, он сам хоть знает. Потому что общаться с этими… — она кивнула назад, где уже слышались приближающиеся "эти". — Я лично не хочу.
Раир тем временем остановился и жестом подозвал их. Они послушно подошли поближе, раскрыли рты, но Раир сказал только:
— Тихо! Смотрите!
Он поставил ногу на какой-то еле заметный выступ в скале, ещё на один, как по ступенькам, и одним движением оказался метрах в двух, где, похоже, была какая-то площадка. — Быстро сюда! — скомандовал он. Пока Ликт думал, предлагать Вике помощь или нет, она повторила акробатический номер Раира (зря, что ли, в детстве столько по стройкам и загородным скалам тренировалась!) и действительно обнаружила тропинку, больше похожую на коридор между двумя скалами и потому незаметную снизу. Ликт уже поднялся туда же, и все трое заторопились вперёд, подальше от преследователей. Раир шёл замыкающим. Тропинка почти сразу сворачивала прямо к востоку, и трое успели пройти по ней метров двадцать, когда позади и внизу прошумела погоня: мимо! Вика прошла ещё шагов десять, прежде, чем до неё действительно дошло, что всё в порядке. Она облегченно вздохнула, улыбнулась и наконец расслабилась. И тут же почувствовала резкую боль в правой ноге и боку, такую сильную, что смогла только удивленно охнуть и схватиться за подогнувшуюся ногу. Глухо, как из-за стены, донёсся встревоженный голос Ликта, и…
_______________________________________________________________________
*Строго говоря, не совсем так. Как родные языки она знала староимперский (и его разговорный вариант, арнеи) и кадарский. Могла объясниться на алеире и умела читать на зангском. Арнский и арнакийский в то время были диалектами в составе староимперского; эрлик окончательно сложился намного позже, вобрав лексику из всех языков Центральной равнины, но был бы понятен Реде, так как возник на базе арнеи.
IV
"Would you tell me, please, which way I ought to go from here?"
"That depends a good deal on where you want to get to," said the Cat.
"I don't much care where…" said Alice.
"Then it doesn't matter which way you go," said the Cat.
"…so long as I get SOMEWHERE," Alice added as an explanation.
"Oh, you're sure to do that," said the Cat, "If you only walk long enough."
L.Carroll*
— Очнулась! Слава Гиллене! Наконец-то! Нет, ты лежи, лежи, нечего сразу вскакивать… Ты как? Ну и напугала же ты нас! Трое суток в отключке! И то ведь только потому, что Бабушка, храни её, Вечные, взялась за тебя, как следует!..
— Постой, — попросила Вика, поморщившись от боли: задетая нога сразу же доступно объяснила, что вставать пока действительно не стоит. — Постой. Чья бабушка? И как она за меня взялась? И вообще, где мы? Чёрт, сколько дней, ты сказал?
— Теперь ты постой! — рассмеялся Ликт, больше, правда, от радости, что все в порядке. — Не так много вопросов сразу! Провалялась ты мало не трое суток — два дня, три ночи, да ещё сегодняшнее утро. Потом, Бабушка — она не чья-то, а просто представилась так: "Бабушка", а взялась она тебя лечить, успешно, как видишь, раз ты уже очухалась. А мы сейчас у неё дома, у Бабушки, то есть.
— На деревню, Бабушке, — машинально отреагировала Вика. — И все равно я не поняла, где вы её нашли…
— Ну, не мы её, а скорей уж, она нас, — тоже не слишком конкретно объяснил Ликт. — Вообще-то, ты права, странно это как-то. Вдруг откуда ни возьмись. Можно подумать, она и правда ждала нас. И сразу так — что собачонок мясом поманить, — позвала — а мы и пошли. Ты когда упала, мы перепугались, конечно… Ну вот, а потом, из ступора выйдя, мы вокруг тебя засуетились… Вернее, я так, мешался, как телеге пятое колесо, это Раир делом занимался: перевязывал там и всё такое, да так, словно каждый день часами тренируется! Я на подхвате был, всё равно в этом не умнее гуся, разве только подать что… Всё, я уже продолжаю, не надо такие глаза страшные делать! Словом, пока мы по сторонам не смотрели, она — ну, Бабушка, — потихоньку и нарисовалась из ниоткуда. Знаешь, что первым делам сказала? "Ну наконец-то, я вас ещё утром ждала". Бес её знает, может, и правда, ждала. Я в магии не умнее, чем в лекарстве. Только ей не верить почему-то нельзя почему-то. Вот сама посмотришь. Все равно, что Вечным не верить.
"Пхм…" — подумала Вика. Слова Ликта навели на мысль, что надо бы прощупать на вшивость эту "Бабушку". А то ходят тут всякие, а потом — известно что. Как именно проверять, она совершенно не представляла, впрочем.
— А потом она говорит: что ж это вы, мол, делаете, греховодники? Разве это дело — чтоб раненую на земле держать? Тем более, что и дождь того и гляди начнется. А на небе-то к тому времени распогодилось: ни облачка, звёзды — ярче некуда. И ладно бы, говорит, чистой стрелой раненую, там же, говорит, яд был. Ох, как я перепугался! А Раир в Бабушку глазами так и вцепился. Ну, мы пошли, раз уж она в дом звала. Чтоб мне во сне только демонов видеть, если я понимаю, почему ей не получается не верить! Раир вон до сих пор тоже на неё странно смотрит. Но не то чтобы подозрительно, а, вроде, наоборот. Вроде он её знает. Знаешь, я думаю, а что если она и не человек вовсе?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
