— Голь перекатная, — прокомментировала Вика. — Свободней всех тот, кто ничего не имеет. Почему бы тогда не лишить себя заодно и жизни?
— Потому что тогда затруднительно будет ей наслаждаться.
Вика вскинула глаза, но по лицу Раира совершенно невозможно было определить степень его серьёзности. Он сидел, глядя в воду, и меланхолично вертел в руке травинку.
— Мне и так затруднительно, — буркнула Вика. — Ты можешь себе представить, что это такое, когда у тебя ничего совершенно нет в этом мире? Вообще ничего. Даже планов, надежд, мечтаний. Все мои мечты остались за дверью, а дверь захлопнулась! Всё! Всё начинать с чистого листа, когда нет, вообще-то, и самого листа, как нет и желания чего-то там начинать! Словно оказываешься вдруг в пустоте, бестолково дрыгая ногами от растерянности! Можешь ты это себе вообразить?!
— Могу, — сказал Раир. — Поверь мне, для этого вовсе не обязательно попадать в другой мир. Конечно, это страшно, если у тебя больше нет ничего, кроме тебя, хотя может, и того нет. Но тогда остается только два выхода: сразу взять себя в руки и начать жить заново или сперва поплакать и повозмущаться, а потом уже начинать.
— Я уже и поплакала, и повозмущалась, а вот с какого конца начинать, всё равно не представляю! — пожаловалась Вика. — Ну не могу я так, с пустого места, когда в спину дует и не на что рассчитывать. Слишком непривычно… и страшно!
— Вот это уже точнее, — улыбнулся Раир. — Привычка — страшная штука, правда? И очень сильная, к сожалению. Но многие дорого бы заплатили за то, чтобы избавиться от всего, что сковывает движения: от привычек, знакомств, привязанностей, почвы под ногами… А тебе этот подарок сделали, не требуя никакой платы. Только немного страха. Разве это слишком дорого?
— Не знаю, — сказала Вика. — Может, и не слишком. Не тот это подарок, который я мечтала получить ко дню рождения. Ну что мне с ним делать?
— Я бы для начала рассмотрел хорошенько. Может, окажется, что именно об этом ты и мечтала, просто понять не было времени? Побродить по свету, посмотреть разные города, попробовать свободу на вкус. А если вкус этот тебе не понравится, всегда можно обрасти друзьями и знакомыми, влюбиться в какой-то город… и в кого-то (он посмотрел на девушку: не обидится ли, но она и не думала. Просто задумчиво глядела в ручей). Но неужели тебе по душе всю жизнь просидеть взаперти?
— А у меня хорошее, уютное такое было "взаперти", — негромко заговорила Вика. — Терпеть не могу в себе трусость, но я боюсь. Меня слишком мало без моих привязанностей и без почвы под ногами. Теоретически я понимаю, что, раз уж всё равно висишь в воздухе, надо воспользоваться случаем и научиться летать. Но мне не хватает духу. Я не знаю, что делать. И мне страшно… Я предпочла бы просто вернуться домой, — тихо сказала она, поднимая голову.
Раир помолчал.
— Ну что ж. Если в этом мире тебе ничего не нужно, тогда ищи дорогу обратно. Раз можно пройти оттуда сюда, должен быть и путь назад.
— Нету его, — сказала Вика. — Для меня, во всяком случае. Там, дома, я умерла, кажется…
— Кажется или умерла?
— Не знаю… Может быть…
— Если ты действительно хочешь вернуться, ты попробуешь все, пока есть хоть один шанс из тысячи! Что если мост есть, а ты не пройдешь по нему лишь оттого, что сдалась раньше времени?
Вика вздрогнула и подняла загоревшиеся глаза.
— Да, ты прав! Нечего надежде биться в агонии раньше времени! Сидя здесь, я уж точно ничего не дождусь! Только… Ты часом, не знаешь, куда положено обращаться с такими вопросами? — спросила она. — Служба помощи заблудившимся путешественникам между мирами или ещё там что-нибудь…
— Ну… — протянул Раир, прикидывая. — Кое-что наверняка знает Дракон, но к нему, сама понимаешь, идти с подобной просьбой несколько бестактно… Я бы обратился к Эглитору, Мастеру Нори-ол-Те, потом, вполне может что-то знать Нанжин, арнский Мастер… Если Алирон всё-таки существует, там наверняка должны бы знать…
— Подожди секундочку! — взмолилась Вика. — Столько имен и названий, и все непроизносимые! Что это, например, за история с Алироном?
— А, — махнул рукой Раир, — это просто легенда, скорее всего. Алирон — страна эльфов, но о них вообще никаких сведений нет, кроме смутных слухов и суеверий. Есть, правда, алеир, эльфийский язык…
— Это как это? Самих эльфов, скорее всего, нет, а язык их есть?
Раир рассмеялся.
— Именно так. Эльфов никто не видел уже лет двести, как минимум, да и раньше едва ли кто-то видел, потому что ни один серьезный историк этого не упоминает. А язык есть, на нем даже говорить некоторые умеют. Дело в том, что книги святых Мальвиша и Оректа написаны в четырёх вариантах, на четырёх языках: изначально на староимперском и алеире, а позже появились переводы на арнакийский и эрлик. Принято считать, что алеир — это и есть язык эльфов. Ну и, конечно, его изучают, потому что священные книги положено изучать.
("Кому это положено? — подумала Вика. — В мире, где читать, я полагаю, умеет процента три населения! Ты сам-то откуда взялся такой: маг, фехтовальщик, спец по всем наукам и чёрт знает чему ещё?")
— Ладно, — сказала Вика. — Будем считать, что с эльфами вы разобрались. Вернемся к нашим маршрутам. Я же понятия не имею, где это, что это, и вообще… Объяснишь, может, хоть в общих чертах, где тут что?
— Будто ты хоть половину названий запомнишь, — улыбнулся Раир. — Мы пойдём на север, через Арну. Там правит родной брат Дракона, так что идти будем с оглядкой. Нори-ол-Те, где Мастер Эглитор, — в Арне. Лаолий, моё королевство, к северу от Арны. К востоку — Арнакия. Её столица, Арнер — бывший религиозный центр Старой Империи, этот город вырос вокруг древнейшего храма, храм называется Арн. В Арнском храме — Мастер Нанжин, к которому мы пойдём, если Эглитор не поможет.
— А что это все названия одинаково начинаются? — спросила Вика.
— По имени реки. Священный Арн — великая река, протекающая через две страны, угадай, какие, — Раир улыбнулся. — Около трёх с половиной тысяч лет назад на берегу Арна был построен храм, взявший то же название. А от храма получил имя город. Арнер был религиозным, а Эрлони, столица Арны, — политическим центром Старой Империи.
— Постой, — прервала его Вика. — А что такое "старая империя"?
— Это… — Раир усмехнулся и покачал головой. — Как-то даже странно объяснять, это все знают. Это — наша история. Может, та её страница, которая более всего заслуживает памяти. Империя начала строиться в древности такой глубокой, что никто уже не может сказать, как давно это было. Разве только эльфы, если правда, что они появились на земле прежде людей. Точно известно только, что уже полторы тысячи лет назад Империя был могущественной страной и включала в себя Арну, Арнакию, Илир и Кадар. Это был золотой век. Строились города и храмы, писались научные труды и поэмы, создавались прекрасные статуи и картины, процветали ремесла, торговля…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
