Читаем без скачивания Наука убийства - Стив Айлетт

Ограничитель изолировался от этих фактов постфутуристическим интродействием, которое ужаснуло Ловеласа и прочие фигуры классической кибернетики. Люди с наслаждением открыли, как убить разъёмника: воткни электрогитару прямо в головной вход и возьми любой аккорд.

— Головняковое ограбление — класс, Дэнни просто взывал о проблемах со столь сумасбродным планом. — Ограничитель покачал головой, подумал и ухмыльнулся. — Годами ходить вокруг, наполненным зародышами преступлений, и когда наконец пришло его время — величайший антиклимакс с начала века.

— Троп-на-тропочке по-прежнему утверждает, что Загрузка нас предал.

— Это свободное решение нашего озабоченного ультразвуком друга — побывать на пике ограбления. Преступление столь же необратимое, как яйцо, детишки. И вы тешите себя контрабандой информации, где правду можно увидеть, дёрнув лампу за шнур. Слишком легкомысленные, вы проснётесь в развалинах склада подарков.

— Откуда ты взял этот бред? — прошептал Малыш, вставая и покряхтывая руками. Кори сидела, стиснутая очевидностью надвигающегося насилия.

— В твоей мозговой ткани ковырялась птица! — Было известно, что Ограничитель потерял глаз в ухохотной аварии, и теперь в освободившейся глазнице нашёл приют крапивник, которого он выхаживал.

— Что ещё скажешь? — спросил Ограничитель, улыбаясь.

— Мы хотим выдрать все ссылки на Дэнни в драге, — объяснила Роза, контролируя Малыша за глотку. — И поговорить с Загрузкой.

— Ты вылаиваешь неправильные слова, Роза, — улыбнулся Ограничитель, покачиваясь взад-вперёд на каблуках. — Каждая крошка так называемого грабежа уходит в Эдди Гамету. Думаешь, если в слухах есть правда, он оставил своё сокровище в хранилище, сделанном из макарон? Дай прочту кое-что перед людьми. — Он достал копию «Запланированная реакция абсолютно избыточна», демонстрацию десяти вернувшихся бумерангом стратегий американского нового мирового порядка, начиная с выборов на Гаити в 1990. Он декламировал, как кафешный поэт, вернувшийся к жизни:

Хирурги ожидают найти душу, взламывая людей, и раз за разом отвергают наличие собственной своим же поведением — лишь почтительным будет даровано право бросить взгляд, и они никогда не оскорбят тело. Сравните устройство идеальной безопасности с уроками, предлагаемыми бесплатно и пропадающими втуне. Преступный археолог раскопал ограбление, сохранившееся в потоке лавы в Помпее. Вор целится копьём в продавца, который складывает хлебы в сумку. Выражение лица у продавца не более и не менее удивлённое, чем сегодня в похожих обстоятельствах — сколько лет прошло, а урок не усвоен.

Во время декламации Кори косила взглядом в попытке опознать объект, возлежащий на приставном столике. Когда её глаза привыкли к мраку, она убедилась, что это гладкая реплика губительной бороды Эйба Линкольна из плексигласа.

— Гамета, — продолжал Ограничитель, — говорил, что даже любое мало-мальски ценное действие нельзя игнорировать, а когда игнорируют продуктивную личность, это плод ряда хорошо взвешенных шагов с его или её стороны. Детишки, теперь у меня есть доказательство, что рёбра мои суть свернувшиеся ноги насекомого, ждущие команды, чтобы развернуться и побежать. Смотрите на меня. — И он принялся глубоко дышать диафрагмой.

На Малыша это подействовало как красная тряпка, он головой вперёд бросился на Ограничителя и втоптал его в пол, избивая кулаками. Тень их молотящих рук носилась туда-сюда по стенам. Очки Ограничителя слетели, и из глазницы выстрелился крапивник, безумно защебетав вокруг лампы.

— Вот именно, — сказала Кори, вставая, и решительно вышла прочь, несмотря на знание, что в этой части города она поймает такси с фотографией дьявола на стекле. За её спиной Ограничитель кричал об аварии, приземляя инструкции с излишне шотландским акцентом.

Бенни вышвырнул одного из датамальчиков из системы берлоги — прежний разговор о Билли Панацее заставил его пересмотреть файлы. Дюжина досвалочных побегов из муниципального загона с помощью матери. Позировал для аура-фотографии, которая вылилась в одноцветную копофотку и бланк на арест. Украл гравитоны у вялого епископа, которого должны были подвесить к потолку в угриной сети. Бенни дошёл до середины файла, когда осознал, что раньше про Панацею ничего не говорили. С чего он начал изучать Панацею?

— Вызнаёшь про старых друзей, а, Бенни?

Бенни обернулся, оказавшись лицом к лицу с Блинком, который стоял, пожирая хот-дог размером с аэростат.

— Изучаю подноготную, Шеф.

— Чёрт тебя дери, Бенни, ты жуёшь воздух с тех пор, как нам настучали про этого хакера — я молил бы бога, чтобы мы плюнули на него и поехали прямо на Торговую. Ты не знаешь или не учитываешь, что Билли Панацея вне нашей юрисдикции? Он сейчас в Молоте на внештатной работе ворует сторожевых собак. Вымел подчистую целый новый штат, Терминал, и продал их в городской питомник. Ты теряешь трудочасы на полный висяк, и я вспухаю злостью.

— А мне стало интересно, Шеф.

— На территории Терминала нет ничего интересного для нас, танкист. Ты не обманешь меня, попавшись на краже сторожевых собак в этой жопе мира. Закон без фарса ленив, как сказал Паскаль, и ты знаешь, что это значит в штате, который и наполовину не подстроился к Пентагону. — В Терминале традиционно наказывали людей, чтобы соблазнить других. Славу несправедливости осмеивали те, кто пытался проломиться вперёд силой преступности. Для Блинка же единственной неотъемлемой ценностью в аресте подлинного обвиняемого было то, что его легче оклеветать.

— Я пришёл сюда, чтобы заказать сигнал всем постам на Энтропийного Малыша — тело на точке возгорания не опознали. И я хочу защищенный файл по временным преступлениям — что-нибудь про всё это непонятное пастрами-во-ржи. Да, Бенни, твоя одержимость этим вышедшим в тираж сукин сыном Билли Панацеей, взломщиком экстраординарным, подвергает опасности мой пищеварительный тракт. Она швыряет спаниэля в дела, и я приказываю тебе лечь мордой на педаль.

— Разве не могу я поупражнять интуицию, Шеф?

— Пока я рядом — не можешь, — сказал Блинк и вышел.

Четверть миллиона копий личности Загрузки Джойса хранилась в управляемой драге в бессетье, но когда Ограничителя перемещали, он вспомнил, что никогда не встречал мозговой конструкт, который бы ему понравился. Джонсова загрузка оказалась куда острее неадекватна, чем обычно. Комп в компе, ему не хватало жажды жизни, бедствий, юмора — искры летят, только когда душа встречается с телом. Джонс выпустил эти закорючины с единственной целью выманить пользователей драги из запрограммированного склада насмешек. Против кишащего серым пробела крутилась иконка Джонса, кровавая обезьянья голова, с дребезжащими бивнями зубов.

— Хозяин, — сказала загрузка, имея в виду Джонса, — использовал в виртуальной прогулке по Высотке Торговой Улицы те данные, что содержались в официальном плане города. Это действие не согласуется с критерием практической шутки, которую вы описываете. Вы сексуально неадекватны — вот почему вы общаетесь с машинами.

— Тебя скопировали четыре года назад — этого прикола не должно быть в твоей памяти.

— В меня не включены планы на будущее — Хозяин снял с них выделение во время сканирования — его шутки не сработали бы, если бы каждый сетевик знал их заранее. Вы, драгоголовые, столь внушительно эффективны, что вам может заткнуть рот тупейший неандерталец, научившийся использовать камень.

— Расскажи про исходную сохранённую версию дома у Джонса, в суперкомпе.

— Там может быть такая информация — ни я, ни другие копии никогда не общались с ней. Ты печальный ублюдок — в этом суть твоей жизни.

— А резетный вирус — это что?

— Может, это прикол — я ничего про него не знаю. Найди себе работу, жалкий…

Загрузка отрубился и передал свои открытия Розе и Малышу.

— Проверь его на ссылки на Дэнни, — сказала ему Роза.

Ограничитель запустил поиск.

— Ссылка на Локтя пару часов назад в тандеме с квитанцией по смарт-карте — Агентство Миза, остановочное снаряжение на Труте. — Роза уже вышла в дверь, когда Ограничитель добавил: — И соответствие в коп-драге — перечисление статей и подтверждение, что он с глазом трески и по дороге на Олимп в труповозке. Ты тоже всплыл там, Малыш, — по всем пунктам. Какая-то херня про взлом Молота — все говорят, впервые за долгие годы им не скучно до смерти. Вот и всё, что она написала, — изрёк Ограничитель, оглядываясь. — А где Роза?

Малыш ковырялся в бороде из плексигласа.

— Я думаю, потребность быть мёртвым растёт, — прошептал он.

Кори Кассиржа стояла на Прыжке, в эпицентре Береттского Треугольника, и смотрела, как белорожий мим всё шире разворачивает ухо. Потом он приложил к уху руку и гиперболизированно прислушался. Очевидно изумлённый услышанным, он начал подтягиваться на месте. Кори вытащила пистолет Хитачи и завалила парня одним выстрелом. Вот что она больше всего ненавидела в этом районе.