Читаем без скачивания Пора по бабам - Маргарита Южина

Катерина Михайловна шустро ухватила билетик и спрятала за пазуху.

– Какие там у нас планы, скучаем, горюем, Лилю вот куда-то задевали… Ой, Жорик, да разве ж это повод, чтоб от свадьбы-то отказываться? Я вообще считаю – взыграло в девчонке ретивое, вот и кинулась от мужа отдохнуть. Я б и сама сейчас ка-а-ак убежала… – всплеснула она руками, но, увидев, с какой надеждой блеснули глаза домочадцев, спешно добавила: – Только не побегу, дома-то оно уютнее… Нет, Жорик, а со свадьбой это ты славно придумал. Я вот уже который день своим твержу: надо устроить праздник, надо устроить, а разве ж меня кто во внимание берет? Клавдия, так ту и вовсе – хлебом не корми, дай в каком-нибудь убийстве поковыряться, Акакию…

Старушка про Клавдию напомнила зря. Она уже сама спохватилась, но сказанного не воротишь. Глаза у Жоры полыхнули азартным огнем, он глубоко задышал и радостно затряс руками:

– Во! Я понимаю! Во! Ну наконец-то, убийство!

– Что значит – наконец-то? – красиво затосковала Клавдия Сидоровна. – У нас, между прочим, Лиля потерялась! Ее какая-то сволочь обвинила в убийстве, девочка испугалась и унеслась со своим чемоданом хрен знает куда!

– Так-так-так… Продолжайте, продолжайте, – уставился ей в рот вытаращенными глазами гость. – Бабушка, да бросьте вы этот пригласительный! Тут такое дело!.. Надо же! Сколько работы – просто непочатый край! – восторженно воскликнул Жора и тут же пригорюнился, блюдя приличие. – С Лилей непременно стряслась беда, да же? Вы, Клавдия Сидрна, прям так ее и чуете, да же?

– Жор, слышь чего, – встрял в разговор Акакий. – Пока тебе Клавочка ситуацию обрисует, может, я того, в магазинчик сбегаю, а?.. Клава! Только пиво! Я ж понимаю – нужен же свежий ум!

Клавдия только махнула рукой – с Жорой жуть до чего хотелось поговорить, а домашние только мешают.

– Еще и мамашу прихвати с Петром Антоновичем, организуй им экскурсию по рыбным прилавкам, пусть утешатся.

После того, как вся троица удалилась, Клавдия рассказала, что стряслось.

– Дык это… В ресторан-то пойдем? – гнул свое Жора.

– Я ему одно толкую, а он другое! – рассердилась Клавдия Сидоровна. – Я ж тебе русским языком говорю – не могу я по ресторанам на свадьбах сидеть, когда у моего сына в семье беда!

– Дык это… Я теперь тоже на свадьбе не могу, – вытаращился Жора. – Мне Даниил ваш тоже не чужой! Он мне как… он же мне близкий родственник! Только несостоявшийся. Я ж на его родной сестре жениться мечтал. Я не могу, какая тут свадьба. Да я вас в ресторан и не к себе зову, а в клуб этот, в бильярдный. Ну сами посудите, как вы там без меня, вы ж в этом ни уха ни рыла! Как, вы говорите, это заведение называется? «Мечты сбываются»? Вот и ладненько, сегодня же закажу столик. Нет, и они еще молчали! Я тут, понимаешь, со скуки чуть было не женился, а они… Так! Я пометелил домой, мне надо еще знакомым позвонить, сказать, что свадьба откладывается, а потом… В клуб!

Клавдия оживилась. Такая активная помощь окрыляла.

– Жорочка, а в этот клуб будет прилично прийти в эдаком блестящем, обтягивающем наряде? Я себе еще на новый год платьице купила, всего один раз надела. – Клавдия прикусила губу. Она вдруг вспомнила, что не носит платьице потому, что просто не может в него влезть. Пришлось тут же переводить разговор на другую тему: – Георгий, я тебя умоляю, ничего не говори Катерине Михайловне! Она непременно потащится с нами, и ее опять кто-нибудь сопрет! А у нас и Лиля не нашлась, когда нам еще бабушек разыскивать!

Такое в семействе Распузонов уже однажды случилось. Тогда бабуся даже не сообразила, что стала объектом похищения, даже была этому рада, поскольку немедленно влюбилась в похитителя, но родным этот случай добавил немало седин.

– Во сколько, ты говоришь, мы сегодня идем в «Мечты идиота»… господи прости, в этих мечтах запутаешься! – наморщила лоб Клавдия.

Жора что-то посчитал в уме и сокрушенно сообщил:

– Сегодня никак не получится. Сегодня меня Машка хвостать будет, ну, невеста моя. Она ж обидится, что я со свадьбой-то так, – закручинился он. – Придется снимать деньги, успокаивать ее материально, платить за подготовку, а потом она меня будет бить, они всегда так делают, когда я свадьбу отменяю. Так что давайте лучше завтра, а то сегодня с багровой физией мне неудобно как-то.

Пришлось согласиться и перенести поход в увеселительное заведение на следующий день.

Глава 3

Реанимация для коряги

Всю ночь Клавдия ворочалась и вздыхала – жалко было глупую Лилечку, которая неизвестно отчего наговорила на себя всякой всячины, жалко было Даню, который теперь, наверное, лежит и не может сомкнуть глаз от одиночества. И конечно, нестерпимо жалко было себя – потому что на нее опять навалилась бессонница, а снотворное уже кончилось. С досады тыча в бок храпящего мужа, она с нетерпением ожидала утра. Но и утро особенно не обрадовало. Началось все с раннего звонка в дверь. Позвонили ровно в десять. Конечно, Клавдия уже не спала, какой уж тут сон, когда надо привести себя в боевое состояние, им сегодня предстоит трудный поход в бильярдный клуб. Она с самого утра наложила картофельное пюре на щеки – замечательная маска, если верить журналам, и все придумывала, что бы такое сказать Каке, чтобы он не вздумал их с Жорой сопровождать.

Когда Клавдия уже решилась сообщить, что вечером она идет к стоматологу и, возможно, немножко задержится, прозвенел звонок. Она дернулась было к двери, но вездесущая Катерина Михайловна уже клацала замком. Слышно было, как скрипнула дверь, и сразу же раздался какой-то резкий каркающий звук. Клавдия кинулась в прихожую. Слава богу, ничего страшного не произошло, это просто так по-вороньи охнула Катерина Михайловна. А уж охать было от чего. В дверях собственной персоной красовался Жора, а все его лицо, точно голограмма, переливалось багрово-сиреневым синяком. Левый глаз опух и вообще не просматривался, челюсть уехала куда-то в сторону, зато голос звучал бодро и жизнеутверждающе:

– Здрашште! Кладия Шидрна, щеводня не повущитша в квуб, я на шубботу штоик жакажав. Чой-то гваж не видит ни фига, и жубы надо поменять. Но уж в шубботу, я как огурщик буду, вы ж меня жнаете!

– Жора! – ухватилась Клавдия за щеки, измазанные подсохшей картошкой. – Это кто ж тебя так? Твоя невеста? Машка твоя?

Катерину Михайловну тоже проняло:

– Миленьки-и-и-й!.. А я тебе сразу говорила – на кой черт тебе жениться?! Вот ведь, чуть парня такой изуверке не всучили! И как она только руки свои об тебя не обломала?!

Жора замахал руками:

– Не, она не ижуверка. Это ж не она одна, это они вщей родней. Уй, шкойко их понаехаво на швадьбу-то! Машка-то шама бежобидная такая, тихая, она меня тойко книгами так – тюк, тюк… А те, они пйямо – чем под уку попадетша. И ведь не хватаи там какие-нибудь подушки! Под уку чо потяжелее пихаи – штулья там, важу напойную… уй-й-й-й!

Жора ухватился за больную челюсть и в это время у него зазвонил мобильник. С трудом приладив аппаратик к развороченному уху, парень долго слушал, потом что-то прошепелявил и отключился.

– Брат Машкин жвонил, – пояснил он. – Жалеет меня. Говоит, что Машка вшкрыла щейф, доштала пиштолет и теперь нощитщя по гооду, хочет меня рашштреять, как дежертира, чтобы меня уже шовщем не было. Ну, побегу я, мне еще надо этому братейнику двешти бакшов отдать жа информачию.

Жора выскочил, а пораженные женщины так и стояли в прихожей, боясь пошевелиться.

– Какая, однако, чувствительная молодежь пошла, – первой очнулась Катерина Михайловна. – Столько страсти, столько страсти… Петр Антонович! Петр Антонович, а не завести ли нам с вами пистолетик в сейфе, а? Ну хоть самый захудалый?

Катерина Михайловна подалась к себе в спальную будить толстокожего супруга, а Клавдия Сидоровна поспешила в ванную, смыть эту противную корку с лица, ну так стянуло, даже рот куда-то на нос съехал!

Когда, наплюхавшись вволю, она вышла – покрытая свежим багряным румянцем, в комнате раздавался счастливый голосок Каки и чей-то еще – женский и ужасно противно молодой!

– Да-да-да, не скромничайте! Я давно мечтала о встрече с вами! – кокетливо восклицал этот противный голос. – Я про вас все-е-е зна-а-а-ю! Вы – куде-е-есник!

– Девочка моя, ну… хм… ну уж какой там кудесник… хотя, если ненужную скромность отбросить… я еще могу… – плавился от счастья перезрелый шалун.

Клавдия бурей ворвалась в комнату, уперла руки в могучие бедра и зарокотала:

– Это что у вас, дамочка, за мечты такие – встречаться с моим мужем? – уткнулась она недобрым взглядом в худенькую, вертлявую девушку.

Девушка выглядела неплохо. Она была в облегающей светлой кофточке, коротенькой юбчонке и с мелким барашком на голове. Вальяжно устроившись в кресле, девица закинула ножку на ножку и теперь мотала ступней чуть не перед самым носом Акакия Игоревича. Хозяин квартиры сидел рядышком, на диване, и завороженным взглядом провожал ногу легкомысленной гостьи.