и склонилась над замком. За что тут же получила не слишком сильный, но довольно ощутимый удар.
— Да чтоб тебя… — Раздражённо разминая обожжённые пальцы, я прищурилась, сканируя фасад. Ну разумеется. Кофейня была защищена. Практически от любого вторжения, а ещё от физического вскрытия замка. И как теперь попасть внутрь?
В панике я прошлась вдоль окон, выискивая хоть одну брешь в защите, куда можно было ударить. Ничего. Совсем. Кажется, защиту накладывали на совесть. Куда уж мне, первокурснице…
Я почти отчаялась, когда моё внимание привлекла какая-то рябь на краю поля зрения. Приглядевшись, я подошла поближе и застыла. Я могла поклясться, что передо мной было плетение отвода глаз. Но тогда… Почему я его видела?
Плетение закрывало небольшую брешь в стене. Затаив дыхание, я просунула внутрь пальцы и… Ура! Нащупала что-то тонкое и металлическое. А спустя пару секунд в моих руках оказался ключ.
Благодаря всех богов, я кинулась к двери и вставила ключ в замочную скважину. Замерла на миг, уповая на удачу и медленно повернула.
Почти не веря себе, я толкнула дверь. Раздался перезвон бубенчиков. И я с облегчением выдохнула, едва сдерживаясь, чтобы не запрыгать от радости. Но тут же взяла себя в руки. Надо было найти Сандера.
Первое, на что обратила внимание — в кофейне было холодно. Чуть теплее, чем на улице.
Стиснув зубы, я оглядела зал. Пусто. Кинулась в кухню…
Сандер сидел на полу. Бледный до синевы, и едва дышал.
— Да твою ж…
Упав на колени, я принялась ощупывать руки, ноги лицо… Холодный.
— Сандер, миленький! Посмотри на меня, ну пожалуйста!
В абсолютной панике, я обхватила ладонями его лицо и поцеловала. Не представляю, на что я рассчитывала. Наверное, в памяти всплыли все те сказки, где принцы будили поцелуем своих истинных. Сандер же говорил что-то про замкнувшиеся потоки…
— Ну пожалуйста… Не оставляй меня.
По щекам уже катились слёзы, когда ресницы Сандера затрепетали, и он открыл глаза. Поморгал, нахмурился и сфокусировался на мне. На лице тут же расплылась блаженная улыбка.
— Марика, — проговорил он с теплотой в голосе.
Вернее, попытался. Потому что горло его явно было не в лучшем состоянии, и вместо моего имени у него вышел почти неразличимый хрип, после которого Сандер зашёлся в кашле.
Вскочив на ноги, я зашарила глазами по кухне. Мне была нужна вода… Да что угодно.
Взгляд упал на недопитый вчера чай. Вообще, со вчерашнего дня всё осталось без изменений. Пустые чашки, чайник, одинокий кусочек торта, который уже ни в кого не влез… Словно Сандер и не притрагивался даже.
Схватив чайник, плеснула напиток в чашку и принялась греть. От волнения магия срывалась неравномерно, жидкость бурлила то с одного края, то с другого… Но за пару минут мне всё же удалось подогреть чай до приемлемой температуры.
— Держи, — протянула Сандеру чашку. Но, осознав, что он не торопится её брать, попросту поднесла к губам и дождалась, пока он жадными глотками выпьет всё до дна.
Только после этого он наконец поднял взгляд. И в нём больше не было тепла. Теперь Сандер смотрел со смесью злости и обиды.
— Зачем ты пришла? — спросил он хрипло.
Я опешила.
— Ты не рад меня видеть?
— Рад, — ответил он, упираясь руками в пол и с трудом поднимаясь на ноги. — Но не стоило.
— То есть, надо было просто позволить тебе замёрзнуть тут насмерть?
— Именно.
Кажется, я потеряла дар речи. Просто открывала и закрывала рот, глядя на него широко раскрытыми глазами. И конечно же моё состояние не укрылось от Сандера.
— Я умираю, Марика, — проговорил он со вздохом. — Зачем оттягивать неизбежное?
— Да, ты говорил, что на тебе проклятие, но…
— Вчера у меня отнялись ноги.
— Что?
Окинув полным непонимания взглядом фигуру стоящего на двух ногах Сандера, вернулась к глазам. Это он так пошутил?
— Ты всё услышала правильно. — Покачав головой, он принялся собирать оставшийся с вечера беспорядок. — Вчера утром я перестал ходить.
— Но вчера же мы…
— Когда ты рядом, я снова становлюсь собой. Но когда уходишь… — Открыв воду, он начал мыть посуду. Чтобы хоть чем-то себя занять. А может, чтобы не смотреть мне в глаза. — Вчера после твоего ухода мне едва хватило времени, чтобы прикрепить на дверь объявление о закрытии кофейни и вернуться в кухню. Неловко было бы, если бы кто-то увидел через окно моё тело.
Я с ужасом осознавала услышанное. Иными словами, то, что Сандер сейчас вполне успешно двигается — это временно? И стоит мне уйти… От понимания я зажала рот обеими руками, чтобы не вскрикнуть.
Что ж, по крайней мере, это объясняло вчерашний развал в спальне. Каково это — проснуться и понять, что больше не можешь ходить?
— Те женщины, которые приходили за тортом, — напомнила я, опуская руки, — сказали, что ты помолодел лет на десять…
— А рядом была ты.
Действительно…
Что ж, это всё упрощало.
Кивнув, я принялась стягивать с себя пальто.
— И что ты делаешь? — напряжённо осведомился Сандер, закрывая воду.
— Раздеваюсь, — невозмутимо ответила я.
— Оденься обратно, здесь холодно!
Подскочив, он попытался снова накинуть на меня верхнюю одежду, но я лишь скрестила руки на груди и выразительно покосилась на его рубашку. Нахмурившись, он проследил за моим взглядом.
— Мне ничего не будет, — фыркнул он. — Я не болею.
И тут же зашёлся в приступе кашля.
— А я болею, — отрезала я. — Так что давай, показывай, где тут у тебя включается отопление.
Обречённо покачав головой, Сандер побрёл к неприметной дверце под лестницей.
— Это бесполезно! — донёсся до меня его голос. — Как только ты уйдёшь…
— Значит, я не уйду.
— Что? — его нахмуренное лицо показалось из каморки.
— Я говорю, что с этого дня остаюсь жить здесь.
— Ты не можешь! — покачал головой Сандер, с недоверием глядя на меня.
— Это ещё почему?
— Потому что у тебя учёба и своя жизнь. К тому же это попросту неприлично.
— А мне плевать, веришь? — оскалилась я. — Я тебе не дам здесь остаться одному и тихонечко протянуть лапки. Будем искать способ снять твоё проклятие.
— Думаешь, я не искал? — хрипло рассмеялся он, и тут же снова зашёлся кашлем. — Каждый день. Выписывал книги, прочитывал их от корки до корки. Я выяснил, что за ритуал провёл Юстен. И это ничего не дало. Знаешь, сколько информации я перелопатил?
— Ну…
Резким движением Сандер ухватил меня за локоть и подтащил к каморке под лестницей.
— Хочешь перечитать? — спросил с болезненной усмешкой, раскрывая дверь шире.
На полу лежали книги. Несколько десятков фолиантов. Ближе к стене они стояли аккуратной стопочкой.
