сегодня. Из вредности. Если сейчас же не высушишь волосы.
И я наконец кинула в него полотенцем.
Сандер несколько секунд смотрел на предмет, словно не понимал, зачем он ему нужен. А потом послушно взлохматил тканью волосы.
Я улыбалась, глядя на него, а в душе возился червячок беспокойства. И когда я вечером шла обратно в академию, он так и не пропал.
Дорогие читатели, здравствуйте. Спасибо, что остались со мной! Мы продолжаем.
Шестой поцелуй
Поцелуй 6
— Сандер, Сандер! Я сдала экзамен по бытовой магии на отлично! Ты бы видел выражение лица профессора Торна, он был в шоке! Сандер?
Всё время, пока говорила, я стягивала с себя верхнюю одежду, и в итоге осталась в тонком свитере на белую рубашку. Щёки раскраснелись от бега, но румянец на этот раз меня не смущал. Сандер ведь говорил, что ему нравится? Кстати, где он?
На обычном месте, за барной стойкой, его на этот раз не нашлось. Зал пустовал. А на стойке стояли грязные бокалы. Это было необычно. Как правило, Сандер прежде всего следил за чистотой.
Внутри зашевелилось нехорошее предчувствие, и я крадучись двинулась вглубь кофейни.
— Сандер? — шёпотом позвала я, просовывая голову в кухню.
Он был здесь. Стоял по центру помещения, опираясь на стол, и улыбался до ушей. На миг эта улыбка показалась мне натянутой.
— Я здесь, — отозвался он и шагнул навстречу. — Ты огромная молодец. Горжусь тобой.
Шестой поцелуй был полон нежности и несбыточных обещаний. Как будто меня отвлекали от чего-то по-настоящему важного.
Оторвавшись от мужских губ, я огляделась. На полу белым пятном выделялась просыпанная мука. В раковине высилась гора посуды. Рабочий стол был заляпан каким-то… Кремом?
— Что здесь произошло? — нахмурилась я.
— Не обращай внимания, — хмыкнул парень. — Просто не успел убраться. Вечером готовил заказ, устал как собака. Даже посуду вымыть не успел.
Звучало… Логично. И всё же оставалось ощущение, будто он что-то не договаривает.
— Побудешь здесь, пока я заканчиваю? — тепло улыбнулся он, и я мысленно задвинула свои предчувствия подальше. Ну не успел помыть посуду — подумаешь. Я вон тоже не всегда успеваю застелить постель.
Надоедливый голос в голове твердил, что это нормально для десяти утра, но отнюдь не для двух часов дня, но я лишь отмахнулась.
— Не только побуду, но и помогу, — объявила жизнерадостно. — А потом мы достанем свечи… У тебя ведь есть свечи? Отлично. И откопаем где-нибудь кусочек торта. И будем праздновать! Я закрыла первую сессию, самой не верится!
Я не могла перестать говорить. Меня прямо-таки распирало от радости и гордости. Ведь до встречи с Сандером я всерьёз опасалась, что из-за несданного экзамена по бытовой магии придётся ехать домой. Да чего уж там — я и зачёта боялась как огня. А в итоге что? Я всё сдала. Какая же я молодец!
— Стой… Да стой же ты!
Сандер со смехом поймал меня в объятия, запечатлел горячий поцелуй на виске, накинул на голову фартук и завязал на спине.
— Чтобы ты не испачкалась, — пояснил он с улыбкой.
Кивнув, я поскакала дальше. Собирала с поверхностей забытые предметы, протирала столы, подметала пол. Всё это время Сандер как приклеенный стоял у раковины и мыл одну тарелку за другой. И я старалась каждый раз, отправляя в мойку очередной предмет, касаться его кончиками пальцев. Словно случайно прижиматься к спине. Вдыхать запах. Лизнуть ухо…
Ладно, с ухом я перегнула. О чём тут же и пожалела. Сандер резко обернулся, подхватил меня за талию, посадил на стол и вклинился между коленей, прижимая к себе. А потом принялся щекотать. Я извивалась, заходясь от смеха, едва не падая на гладкую поверхность.
— Ай, перестань! Аххаха! У тебя же руки мокрые! — Старалась, чтобы голос звучал возмущённо, но мои попытки с треском проваливались.
— А раньше надо было об этом думать, — злорадно сообщил Сандер. — До того, как трогать мои уши.
Я с хохотом повалилась на стол и с широкой улыбкой уставилась на парня.
— Ты закончил? — поинтересовалась, закусив губу. — Можем праздновать?
Он смотрел со странным выражением. Словно боролся с собой и проигрывал. В глазах горели пока непонятные мне чувства. Или понятные?
— Сандер? — позвала я, и он тряхнул головой, словно сбрасывая наваждение. Быстро отстранился и протянул руку, помогая подняться.
— Так у тебя найдётся кусочек торта? — повторила я.
— Нет, — улыбнулся он. — Но это не страшно. Мы его приготовим.
— Ты же помнишь, что я не умею готовить? — криво усмехнулась я. — У меня даже яичница пригорает.
— Ну, яичница — не самое простое блюдо, — подмигнул Сандер. — Торт гораздо проще.
— Издеваешься?
— Немного.
Со смешком увернувшись от ленивого подзатыльника, Сандер раскрыл холодильный шкаф.
— Итак, сначала бисквит.
— Знаешь, я передумала, — вклинилась я, подныривая под локоть. — Давай обойдёмся без торта. Лучше… — Замявшись, я окинула быстрым взглядом полки и вцепилась в лоток с яйцами. — Сделаем праздничную яичницу.
— У тебя же она пригорает? — Он иронично изогнул бровь.
— А ты мне поможешь и проследишь.
— Поздно, — безжалостно оборвал он. — Я уже настроился на торт. Кстати, яйца оставь. Они нам понадобятся.
Со вздохом поставив лоток на край стола, я огляделась в поисках достаточно большой миски. Такая нашлась на высокой полке, почти под потолком. И как бы я ни хотела её достать, мне было попросту не дотянуться. Увы, даже в прыжке мне удалось лишь мазнуть кончиками пальцев по низу полки.
— Помочь?
— Помочь, — вздохнула я. — Достань, пожалуйста, вон ту… Ай, ты что творишь!
Нырнув вниз, Сандер ловко подхватил меня под колени и усадил себе на плечи. И плевать, что я была в брюках! Этот жест совершенно ни в одном обществе не мог считаться приличным.
— Ну, ты будешь доставать или тебе там понравилось? — послышался насмешливый голос. А я лишь головой помотала, наглухо закрывая ладонями пылающее лицо. Кажется, на этот раз горели даже уши. — Ты же понимаешь, что пока мы не добудем миску, спускать я тебя не стану?
Через силу раздвинув пальцы, я выглянула через щёлочку. Теперь посудина виднелась на уровне глаз. Сделав глубокий вдох, я потянулась и осторожно сняла её с полки.
И тут же ухнула вниз! Сандер совершил какой-то кульбит и поймал меня на руки. Так мы и застыли. Он, сжимающий меня в объятьях в позе принцессы. И я с распахнутыми от ужаса глазами, вцепившаяся в миску.
— Обожаю, когда ты так краснеешь, — пропел он, ставя меня на ноги. Одёрнул на мне одежду, огладил волосы, поцеловал в лоб, выпутал из побелевших пальцев миску и, как
