— Это значит лишь то, что тебе придется стать еще беднее, ваше превосходительство. Как ты думаешь, твоя семья способна за… две декады собрать четыре сундука золота?».
— Де-кат? — прервал рассказ Холдара Шус.
— Только не проси меня дать тебе попробовать пострелять из этих проклятых декад по твоему учителю. Тогда он меня точно убьет.
Шус вопросительно посмотрел Холдара. Он то был почти уверен, что эти самые «декады» нечто нематериальное. Что-то, что никак нельзя потрогать или уж, тем более, пострелять из него, но из слов Холдара выходило как раз обратное.
— Не смотри на меня так. Я пошутил. Декада это… способ измерения времени, насколько я знаю, во всем цивилизованном мире. Неужели вашу деревню они обошли стороной?
Шус энергично закивал.
— Что ж… надеюсь, ты знаешь, что год длится 654 дня. Это период полного оборота Эридана, желтого солнца, вокруг мира. Декада же — это 10 дней. То есть получается, что в году 65 с половиной декад. Понял?
— Да, вроде бы… Понимаете, господин Холдар. Мы в деревне не следим за днями. — Для нас важно только время, когда пора сеять, гнать скот в горы, собирать урожай… — вконец сбился Шус.
— Да ты прям философ. Неужели сам придумал?
— Нет. От деда слышал…
— Понятно. Так о чем это я… Итак.
Мелфар ответил:
— Но ведь даже галопом до Рута отсюда девять дней пути.
— Что ж, им придется поторопиться. Пусть просят помощи у вашего короля
— Он и ваш король.
— Э-э, нет. Я — Кастрагонец — сказал пират, после чего рассмеялся.
Поставив короля перед фактом, пират приказал забрать с корабля все, что можно забрать, сам же корабль вместе с трупами затопить. Пленных, несмотря на первоначальные его намеренья, пиратский капитан, звали которого Баргандос, не отправил на дно морское. Еще за два сундука золота он согласился оставить их в живых. Одного же из членов команды, посадив его в шлюпку и дав воды на два дня, отправили в ближайший порт, Ривендин с условиями выкупа. Капитан пиратов, в котором взыграла то ли жалось, то ли практичность пополам с жадностью согласился не убивать господина Джоана-Ларса де Кути в случае, если его родственники не уложатся в положенный срок. Вместо этого каждые пять дней отсрочки грозили новым сундуком золота.
Путь до Тортюги, отнявший чуть больше суток, а именно туда и направлялся пиратский корабль, король вместе со своей командой, провел в трюме. Понятное дело, что хоть Ерик и был при короле, нормально поесть у Мелфара не получилось. Однако морить голодом заложников у пиратов резона не было. И, несмотря на то, что еда состояла из чего-то неопределенного, больше всего смахивающего на разведенные в воде сухари, чем оно, скорее всего и являлось, Мелфар и не думал жаловаться. Хоть он и старался есть лишь то, что приготовил его повар, в соответствующих обстоятельствах король ел практически все. Но хватит об еде.
Если быть точным, то привез Баргандос их не на сам остров Тортюга, а на один из крошечных островков, разбросанных у его берегов, бывший его базой. Пират опасался не столько того, что пленники сбегут, сколько того, что кто-нибудь украдет их у него.
В первый же день пребывания на остове Мелфар предложил Баргандосу сыграть в кости. В случае выигрыша король хотел получить возможность свободно передвигаться по острову, если же он проиграет, он обещал победителю сундук золота вместе с жизнью, в том случае, если последняя окажется в руках Мелфара.
А прежде чем продолжить рассказ, надо сказать, что одним из многочисленных качеств короля Мелфара было еще и то, что до того момента он ни разу не проигрывал ни в одной азартной игре. Если бы Мелфар был кем-то другим, скорее всего, это повлекло бы у него отвращения к играм. Однако Мелфар был самим собой и, несмотря на то, что с 99-процентной вероятностью мог предсказать исход поединка, его азарт выливался в этот самый единственный процент, а именно в надежду все-таки найти кого-то, кто бы обыграл его.
Однако капитан пиратов не был этим человеком. После того как Баргандос проиграл в 11 раз подряд, он, скрежеща зубами, приказал выпустить удачливого дворянчика. Пусть пират и не был в восторге от этого, хоть он и был уверен в своем острове, но пиратская честь не давала ему нарушить данное слово.
— А если бы капитан выиграл, как бы он получил свое золото? — прервал Холдара Шус. — И как они договорятся о месте встречи. Ведь не могут же пираты выдавать, где они находятся?
— Ну… думаю, у них был связной или что-то вроде этого, — не слишком убедительно пояснил Холдар. — В конце концов, как-то ведь они договариваются об этом.
Как бы там ни было, оказавшись на свободе, если не считать двух охранников, всюду ходивших за королем, и тем, что эта свобода была ограничена квадратным километром, большую часть которого занимали голые камни, Мелфар почти все время провел, играя в разнообразные азартные игры, а знал он их пару сотен, со всеми, кто был на острове. Кроме того он только ел, пил и спал. Можно сказать, пираты устроили ему что-то вроде отпуска. А на седьмой день своего заключения Мелфар встретил Его.
Ему тогда было как тебе сейчас, однако, несмотря на то, что он был всего лишь юнгой, он с первого же раза обыграл Мелфара. Король, весьма озадаченный этим фактом, предложил переиграть, чтобы удостовериться, что это не было ошибкой. Мелфар, действительно, выиграл два раза подряд и уже успокоился, но тут паренек вновь обыграл короля. После этого у Мелфара не оставалось иного выбора, кроме как узнать имя счастливчика и пообещать, что при первой же возможности он отдаст победителю его выигрыш. И судьбе было угодно, что Эннал, а именно так звали юнгу, смог получить свой выигрыш всего через несколько дней.
Пока король отдыхал в пиратском плену, тот матрос, которого послали за выкупом, потратил полтора дня на путь до Ривнедина, ближайшего порта, и поставил на уши все тамошнее начальство. После двухдневных заседаний в городском совете пришли к выводу, что стоит посоветоваться с начальством в столице. Послу же потребовалось еще дня три дня на путь до столицы, в которой королевский совет в течении трех дней думал, что делать. Главной проблемой было то, что после пятилетней гражданской войны в казне, фигурально выражаясь, не осталась ни одной завалящей медной монетки. Возможно, что если бы в плен Баргандосу попался бы настоящий Джоан-Ларс де Кути, у последнего был бы шанс выкупиться, однако у кроля такой возможности не было. Объявлять же о пленении короля ни в коем случае было нельзя, потому как в неспокойной стране это бы породило новую волну восстаний. А даже если и нет, пират бы взвинтил цену в сто раз против прежней, а в таком случае у Алтара не осталось бы иного выбора, кроме как заложить страну какому-нибудь Привонскому банку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
