— Простите учитель, — обратился Шус к Фамберу, — я тут подумал…
— Неужели? — саркастически изумился волшебник.
— Просто, как я буду готовить без дров? Здесь даже веток нет, а трава плохо горит и от нее…
— Может, сам попробуешь? В конце концов, ты же мой ученик.
— Попробовать?
— Ну да. С помощью магии нагреть сковородку. Это просто. Все, что тебе нужно сделать, так это смотреть на нее и желать, чтобы она нагрелась. Конечно, просто желания недостаточно. Ты должен приложить усилия, чтобы…
— Фамб, — перебил волшебника Холдар. — У нас сейчас нет времени на обучение.
— Не лезь в мои методы обучения. Это мой ученик, а не твой!
— Да делай ты с ним все, что хочешь, но не раньше, чем мы пополним наши запасы.
— Ладно, — согласился оскорбленный в лучших чувствах Фамбер. Шус, ты же уже порезал картошку? Поставь сковородку на землю. Да, можно и здесь. При…
— Учитель, а может лучше вы сделаете, как сегодня утром? Просто сделаете магически огонь и… — предложил Шус, но маг даже не захотел его слушать.
— Нет, не лучше. Это сложнее. И потом, должен же ты хоть чему-то учиться. — Ответив на возражение Шуса, Фамбер продолжил прерванное предложение:
— Приготовьтесь, сейчас вы получите картошку!
Шус и Холдар, порядком обеспокоенные нервным состоянием мага, отошли от сковороды на добрый десяток метров. Волшебник же подтянул широкополые рукава мантии, многозначительно кхмыкнул, и уставился на чугунную сковороду, как удав на готовую распрощаться с жизнью мышь.
Это произошло внезапно. Вначале все было спокойно, колдун просто гипнотизировал сковороду в течение нескольких минут. Шус даже хотел спросить, почему так долго, но его останавливало то, что в заложниках был их завтрак. Вдруг из сковородки к небу взметнулся столб огня, дерзающий затмить солнца, исчезнувший столь же внезапно, как и появился.
Когда пламя погасло, Шус увидел, что на земле вокруг сковороды образовалась выгоревшая плешь без единой травинки с радиусом в пять метров. Передний край шляпы и кончики сапог колдуна, стоявшего на самой границе круга, дымились. Что же касается самой сковородки, то она светилась белым в центре выжженного круга.
— Не думаю, что тебе стоит пробовать готовить в домашних условиях, Тюр-Тюр, — сочувственно похлопав Фамбера по плечу, посоветовал волшебнику Холдар.
Фамбер ничего не ответил, лишь бросил на старого друга испепеляющий взгляд.
Шусу на голову упало что-то теплое. Опасаясь самого худшего, он ощупал голову, проверяя состояние волос. К счастью, это был всего лишь кусок картошки. Точнее то, что осталось от него, что-то черное, рассыпавшееся в прах прямо в его руках.
Холдар, своим единогласным решением, решил, что завтрак отменяется. В любом случае, продукты для завтрака они истратили, а каким образом — без разницы. Шус, хоть и хотел есть, но и не думал возражать этому серьезному мужчине с мечом. Тем более, что пару картошин он припрятал в рукаве. Фамбер же реагировал на окружающий мир как-то вяло.
— Шус, — проговорил Холдар через пару часов неторопливой езды в направлении дороги, если верить тому же Холдару. Не против, если я расскажу одну историю?
— Историю? — переспросил Шус.
— Да. Об одном короле. — Дождавшись утвердительно ответа Шуса, Холдар начал.
Случилось это в те времена, когда Мелфар только-только успел прочно сесть на трон Алтара, на что ему потребовалось чуть больше пяти лет.
Многие лорды считали, что у них больше прав на трон, чем у сына дочери рыцаря, то есть бастарда. Другие же просто обрадовались поводу побузить и увеличить свои территории, за счет соседей. Дело в том, что король, его отец, лишившийся еще при своей жизни двух законных сыновней, своим указом признал Мелфара следующим, после третьего сына наследником престола.
Третий сын короля, так и не оставив наследника, умер, поправив пять лет. Многие тогда судачили, что к этому приложил руку сам Мелфар, что не прибавляло ему популярности и играло на руку его врагам.
Но речь в моем рассказе, как я уже сказал, пойдет о другом.
Как-то раз король Мелфар, возвращаясь в свою столицу из поездки в северную часть своей страны, к южным отрогам Фалкийских гор, решил совершить небольшое морское путешествие из Сайраана до ближайшего к столице порта — Син — Мара, заодно полюбовавшись великолепными видами пролива Семи богов, названного так по числу больших островов, находящихся в нем. Последнее, вкупе с огромным количеством мелей, делает его до сих пор головной болью штурманов по сей день.
А надо сказать, что в те времена, как, впрочем и сейчас, берега и маленькие островки, раскиданные тут и там у берегов Алтара, были прибежищем пиратов. Сердцем же их деятельности поныне является Тортюга, крупный остров, находящийся под носом Алатара, но в те времена даже не плативший налоги.
Итак, Мелфар, на небольшом купеческом судне, других в порту Сайраанском не оказалось, выплыл навстречу нежданному приключению.
Случилось это на рассвете второго дня плаванья в самом сердце пролива Семи богов.
Король, хоть вставал и рано, еще не проснулся, в то время как его повар Ерик уже занялся завтраком для господина.
А надо сказать, что король, не страдавший никакими маниями и не опасающийся, что в пищу ему подсыплют яд, по крайней мере в той степени, в которой мог себе это позволить, пользовался тем не менее услугами лишь одного, своего личного повара. Дело в том, что Мелфар, еще в свою бытность принцем, как-то раз провел ночь в сортире какой-то придорожной гостиницы, и пообещал себе, что коли станет он королем, он найдет себе человека, который не допустит, чтобы это повторилось, или сам научится готовить. На последнее у него не было ни сил, ни времени, ни желания, что же касается первой части обещания, то Ерика он нашел еще до того, как сел на трон, но это совсем другая история.
Так вот. В то время, как король, рассуждавший, что если он король, то имеет право хотя бы на личного повара, несмотря на недовольство придворных церемониймейстеров и камергеров, спал, его повар готовил, а команда корабля занималась лавированием вокруг скал, за одной из них притаился неказистый, в сущности, кораблик, больше смахивающий на рыбацкую лодку гипертрофированных размеров. А за несколькими другими скалами — уже самые настоящие рыбацкие лодки, набитые отнюдь не рыбаками.
Проснулся Мелфар от довольно болезненного удара об пол. Что, в общем, не насторожило его. Конечно, они еще не должны были приплыть, но мало ли, что могло случиться, рассуждал он, почесывая ушибленную руку. Самым худшим, что, на его взгляд, могло произойти, было то, что они налетели на скалу. Насторожил же его звук выстрела пушки зеленого огня, который он ни с чем спутать не мог. В отличие от кораблей, их он успел насмотреться, пока замирял страну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
