— Шус, ты…! — Не нашел подходящего слова, способного выразить всю полноту чувств, клокочущих в его груди, Фамбер. Когда же он все же их подобрал, то они были заглушены звоном почему-то запоздавшей сковородки.
— Тюр-Тюр, — обратился к другу Холдар, — сейчас не время…
— Я не Тюр-Тюр, а Фамбер Тюр… — его прервали донесшиеся откуда-то спереди командные крики. — Ты прав. Нам стоит поторопиться.
Схватив первое, что попалось под руку, они кинулись вперед, опередив разбойников, бежавших проверить, в чем дело, всего лишь на десяток шагов. Те же, увидев беглецов, кинулись за ними.
— Фамб, можешь что-нибудь сделать с ними? — на бегу спросил Холдар.
— А что ты хочешь, чтобы я с ними сделал?
— Ну, не знаю. Испепели их или заставь их остановится, как тогда, в…
— Действие той гадости еще не закончилось.
— То есть, ты до сих пор бесполезен? Что же ты в сокровищнице говорил…
— Хгр! — немногосложно ответил Фамбер.
— Ладно, ладно, верю.
Не успев затормозить, Холдар врезался в практически идеально квадратного здоровяка, перегородившего им дорогу. За его спиной уже можно было разглядеть темный провал выхода на поверхность. Несмотря на скорость движения Холдара, мужчина даже не пошатнулся, большая часть силы удара была амортизирована животом гиганта.
Холдар понял голову и улыбнулся бандиту. Тот, в свою очередь, взглянул на врезавшегося в него коротышку. По его лицу расплылась дебильная улыбка, все увеличивающаяся пропорционально силе, с которой он сжимал Холдара.
Тем временем преследователи приближались. Шус, стоя между учителем, опиравшимся на посох и повернувшимся к бандитам, и Холдаром, сжимаемым типом, смахивающим на прямоходящего бараномамонта, застыл, сжимая обеими руками ручку сковородки, бывшей единственным предметом, который он унес с места своего падения, и не знал, что делать.
Фамбер же изображал глубокую задумчивость и излучал таинственность, прижавшись к своему посоху. Преследовавшие их пятеро бандитов, увидев его, в нерешительности остановились:
— И чо он делает? — спросил один из них.
— Колдует, небось, — ответили ему.
— Не мели чепухи. Риглиф же сказали, что колдовать он не сможет, — заявил третий.
— Да он же сам колдун, а им веры нет! — ответил второй.
— Атаман ему верит, значит и мы должны.
— Ну раз такой умный, сам подойди к нему и проверь, не превратит ли он тебя в что-нибудь.
Последнее предложение было принято единогласно, если не считать подопытного. Того вытолкнули из толпы, в которую умудрились сбиться эти четверо, к зловещей фигуре волшебника.
Бандит, вытянув перед собой широкий кинжал начал медленно приближаться к Фамберу. Его подбадривали криками сзади. Внезапно, когда он приблизился к колдуну на расстояние вытянутой руки и порядком расслабился, волшебник раскинул руки в стороны, разметав при этом полы своей мантии, и, взглянув в глаза бандита полыхающим взором, произнес: «Узрите!». Бандит, пусть и ожидавший нечто подобное, отшатнулся и, споткнувшись, сел на пол. Выражение его лица было чем-то средним между смертельным ужасом и удивлением.
Звон упавшего кинжала гулко раскатился по коридору.
— И чо уз-зреть? — после непродолжительной паузы, слегка дрожащим голосом спросил один из бандитов.
Никто не ответил. На лице мага проскользнули разочарование и неуверенность. Похоже, он понятия не имел, что делать дальше.
Без всякого предупреждения мимо головы волшебника, задев край шляпы, пролетело нечто черное, врезалось в лоб задавшего вопрос и сбило его с ног. Оставшиеся четверо бандитов все это время смотревшие исключительно на волшебника, решили, что это какая-то сковородочная магия, и уже готовы были кинуться бежать. В этот самый момент выражение лице Фамбера сменилось с раздраженно-нетерпеливого на торжествующую улыбку.
Он поднял посох над головой, бандиты естественно взглянули на него, ожидая превращения в лягушек. Вместо этого весь коридор затопил нестерпимо яркий свет, ослепивший всех, кто не догадался закрыть глаза.
В результате стратегического маневра Фамбера зрячими остались лишь двое: он сам и Холдар, чье лицо во время вспышки было вжато в пузо бандита. Все же остальные кричали, что злой волшебник выжег их глаза, превратил в статуи и отправил в «Великую пустоту». Они бегали по коридору, спотыкались, передвигались по хаотически траекториям и сталкивались. Последнее, при их небольшом количестве, было маловероятно, но, как оказалось, вполне выполнимо.
Фамбер поймал за шиворот Шуса, направляющегося в противоположную от выхода сторону.
— Нам не туда. — безапелляционно заявил Фамбер.
— Но мне надо найти сковородку.
— Сковородку? — непонимающе повторил Фамбер.
В ответ Шус утвердительно кивнул:
— Я ее кинул в одного из бандитов.
— Во имя всех богов, какая сковородка, нам…
— Без нее я не пойду, — твердо заявил Шус.
Фабер издал звук, больше всего похожий на рык.
— Если у меня не будет сковородки я не смогу готовить.
На это Фамбер ничего не смог ответить. Вздохнув, он быстрыми шагами направился к оглушенному сковородой бандиту, на лбу которого уже вспухла шишка, пройдясь по другому, попытавшемуся встать, преступнику.
Тем временем Холдар все же сумел освободиться от лап здоровяка, что оказалось непросто, даже несмотря на смятение последнего, вызванное потерей зрения.
Беглецы выбрались наружу. Шус до сих пор не видел, и его приходилось вести. У самого входа Фамбер и Холдар обнаружили навес, прикрывающий коновязь с полусотней лошадей. Несколько из них, к счастью для беглецов, были оседланы.
— Погоди, — остановил Холдар друга, уже готового сеть в седло.
— Что еще?
— Хочешь, чтобы за нами была погоня?
— Ты прав, — Фамбер понял Холдара с полуслова. Разогнав лишних лошадей, они скрылись в ночном лесу под свист стрел и арбалетных болтов.
Когда звуки погони затерялись в лесу, вырвавшийся вперед Холдар почти остановился и, как показалось Шусу, чуть не свалился с коня, однако не свалился, а на вопрос Фамбера, все ли с ним в порядке сказал, что для разговоров нет времени.
Остановились они только на рассвете. Собственно, поводом для этого стало то, что Холдар остановился, улегшись на шею коня. Когда же Фамбер и Шус оглянулись, они увидели, что Холдар уже не на коне, а под ним.
— Не думал, что он так устал, — заметил Фамбер.
— Вы думаете, что он всего лишь устал? — недоверчиво уточнил Шус. — Выглядит он не очень хорошо.
— Да что с ним сделается, — легкомысленно ответил волшебник. В конце концов, он ведь военный и если мы смогли уйти…
— Но учитель, у господина Холдара что-то торчит из плеча.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
