Не успел Шус ускакать куда подальше, или хотя бы закричать, как на него спустилась тьма.
Сознание возвращалось с трудом. Вначале Шус начал слышать глухи удары, болью отдающиеся в голове. Следующим пришло ощущение холода и жесткости того, на чем он лежал. Шус попытался спросить, где он, однако вместо этого издал лишь нечленораздельное мычание.
— Очнулся?! — раздался знакомый голос, воткнувшийся в голову Шуса, подобно раскаленной игле.
— Ва-уа… — откликнулся Шус.
Шус попытался открыть глаза. По ним резанул нестерпимо яркий свет. Наконец, несколько раз моргнув, он, приподнявшись на локтях, осмотрелся. Как оказалось, света было не так уж и много. Его источником было небольшое оконце, прорубленное в камне под самым потолком. Все же остальное пространство замыкал грубо обработанный камень, смыкавшийся в каменный мешок, пересечь который можно было за шагов за пять. Прерывала его лишь дверь-решетка.
Шус, еще ни разу не бывавший в тюрьме, поинтересовался, куда они попали. Фамбер, оказывавшийся в подобном месте уже не в первый раз, красочно расписал Шусу все прелести тюремной жизни. Тот же, в свою очередь, вопреки чаяньям волшебника не ужаснулся, что объяснялось тем, что жизнь в многодетной семье, в определенных обстоятельствах, не многим лучше камеры.
Шус, спустя несколько минут после разъяснений Фамбера, обратился к волшебнику:
— Учитель, простите, но почему бы вам не разрушить стену или дверь? Ведь для вас это проще простого. Ну с помощью всей этой вашей магии.
— Даже если бы я мог колдовать, разрушив стену, я бы в месте с ней разрушил бы еще и нас.
— А решетка?
— Понимаешь, Шус… — начал было Фамбер, но его прервал Холдар, сидевший на корточках в углу.
— Ты еще не понял, что твой бесполезный учитель ни на что не способен?
— Это кого ты назвал бесполезным? — тут же набычился Фамбер.
— Тебя, Тюр-Тюр.
— Сколько раз тебе говорить не называть меня так?!
— Ну и что же ты сделаешь без своей магии?
Фамбер уже был готов доказать Холдару, что не одним колдовством он силен, но вопрос Шуса отвлек его:
— Учитель, это правда?
— К сожалению, да. Среди этих проклятых бандитов есть маг или по крайней мере, травник. Они поняли, что я маг и опоили меня какой-то гадостью, блокирующей мою магию. Вот только доберусь до этого паршивого недоучки!
— Ну, лишить тебя магии у него получилось же. Так что ты несправедлив к нему, — меланхолично проговорил Холдар.
— Вместо того чтобы критиковать, сделал бы что-нибудь. — В тон ему ответил Фамбер.
— А может, получится открыть замок или снять решетку с петель?
— К несчастью, эти бандиты не полные идиоты.
— Но я мог бы попробовать отпереть…
— К несчастью, замок кодовый, да еще и магический. Как бы это ни было невероятно в этой глуши.
— Фамб, а с чего ты вообще решил, что это бандиты? Вполне возможно, что это — здешние власти.
— Я не делал ничего противозаконного в этом королевстве. Постой, так значит это из-за тебя?!
— Нет, что ты. Здесь я всего лишь проездом. Наверное, ты прав. Это бандиты.
Они помолчали еще немного.
— Нас будут кормить? — спросил Шус.
— Откуда мне знать? — ответил Фамбер.
— Но ведь должны. Вы сами говорили, что в тюрьмах должна быть отвратительная еда. Но ведь должна же?
— Может, и не будут. Как-то слышал я, что дикари из Новых Земель любят сажать своих узников в колодец со змеями и пауками и не кормить. Вначале несчастный съедает всех гадов, а затем умирает от голода. Кто знает, может с нами так же поступят, — зловеще предрек Холдар.
— Не говори ерунды. Если бы они хотели убить нас, то сделали бы это, пока мы были без сознания.
— Фамб, а твой ученик не мог бы попробовать открыть этот замок, раз уж ты говоришь, что он магический? — спросил Холдар.
— Он умеет только коз да бараномамонтов пасти. Я купил его два дня назад.
— Три, учитель, — поправил последнего Шус.
— Ну значит, три. А даже если бы и мог, мы все равно не знаем код.
— Возможно, когда к нам придут, можно будет попробовать…
— Не такие они идиоты, чтобы дверь открывать.
— А ты прям профи по части бандитов, Тюр-Тюр.
— Я не Тюр-Тюр, а Фамбер Тюртюрлинкс. — огрызнулся волшебник.
Слушай, Фамб, может, вместо того чтобы ругаться, нам стоит все-таки придумать, что делать? Мы, солдаты, называем это мозговым штурмом.
— А как это? — спросил Шус.
— Это значит, что мы сядем в кружок и все вместе будем думать, — пояснил Холдар.
— А обязательно садиться в кружок?
Ответом ему был подзатыльник. Впрочем, идею Холдара нельзя было назвать никак иначе, кроме как провальной. То есть в кружок они и в правду сели, но дальше этого дело не сдвинулось. Так что, минут через пять они опять вернулись к вялотекущему переругиванию, продлившемуся до заката солнца.
Внезапно тишину, лишь изредка разрываемую всплесками одиноких капель, падавших в лужу, разорвали шаги. Уже почти заснувшие узники, напряглись и приготовились к худшему. Правда, что это за «худшее» никто из них не знал. Вскоре за решеткой показалось пять человек. Одеты они были не в форму, что, впрочем, не отменяло предположения Холдара о том, что схватили их местные власти. Пока заключенные рассматривали своих тюремщиков, одни из них, толстый, лысеющий человек лет сорока, с небольшой бородкой, сливающейся с усами и шрамом, пересекающим закрытый левый глаз, приказал отпереть дверь. Фамбер уже встал, собираясь подойти поближе чтобы подсмотреть код, но его остановили два заряженных арбалета в руках бандитов. Перспектива получить пару арбалетных болтов не прельщала волшебника, даже если это и позволит бежать его товарищам по несчастью, так что он отступил.
Наконец, довольно долго провозившись, бандит отпер дверь, пропустив своего начальника вперед.
— Я — Кселдар, атаман свободных воров и разбойников. Ужас, несущий смерть и хаос этим землям — представился последний. — А вы — мои пленники.
— Заметили, — угрюмо ответил Фамбер. — При…
— Рады с вами познакомиться, — прервал Фамбера Холдар. — Простите, не могли бы вы сказать, почему вы захватили нас, господин атаман?
— Э-э…Чтобы потребовать за вас выкуп, — растерялся Кселдар. — Или, чтобы вы рассказали, где зарыты ваши сокровища.
— Но у нас нет… — хотел возразить Шус, но снайперский пинок улфулдара, прошедший незамеченным для тюремщиков заткнул и его. Шус хотел пожаловаться тюремщикам на насилие со стороны сокамерников, но повторная экзекуция отбила у него всякое желания кляузничать.
— А-а. Так вам нужны наши сокровища. Фамбер, даже не думай заткнуть мне рот. — Тебе дороже жизнь или золото? Мы их зарыли, господин атаман. Совсем недалеко, в паре дней езды верхом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
