Еще раз тяжело вздохнув, волшебник приблизился к жертве самогоноварения на достаточное расстояние, закрыл глаза, прошептал что-то себе под нос, после чего со всего размаху стукнул.
Жертва нападения закричала от боли и выпалила пару десятков ругательств, что было, в общем-то, не удивительно. Удивительным было то что, он мужчина был теперь трезв как стеклышко. Более-менее придя в себя он задал хоть и не слишком оригинальный, но в общем-то логичный вопрос:
— Ты кто? Какого демона ты в моем доме делаешь?! Почему у меня башка болит!
— Я Фамбер. Надеюсь, моего имени вам достаточно? Я бы хотел у вас кое-что купить, — представился волшебник, так и не ответив на последний вопрос, рассудив, что если он скажет, что стукнул своего собеседника палкой по голове, это усложнит ведение переговоров.
— Купить? — тупо повторил хозяин дома.
— Да, одного из ваших сыновей.
— Ты ведь колдун? — раскусил того хозяин.
— А-а… да, — решил не спорить Фамбер.
— Так значит, вы хотите купить моего сына, чтобы съесть его или использовать для экс-пе-ре-мент-ов? Двести золотых, — с неожиданной расторопностью приступил к торгам отец.
— Это уже мое дело, что я с ним буду делать. Пять.
— Конечно я могу до 100 скинуть…
— Пять. — непреклонно ответил волшебник.
— А может, двух возьмете или одну девчонку. Двоих по сотне за каждого отдам.
— Мне нужен только один. И определенный. Пять.
— Определенный, говорите… Какой именно?
— Тогда ты скажешь, что он тебе дороже всех остальных.
— 20… — сбросил еще 80 золотых хозяин. — Годится?
— 15, — неожиданно повысил цену волшебник.
— 18.
— 16.
— 17, — по рукам?
— Да, пусть будет 17 — ответил волшебник.
Стоит заметить, что 17 золотых было отнюдь не плохой ценой за одного из дюжины детей. В большом городе за него бы дали около 4000 медяков, а в тех небольших городках, что вероятно можно было найти в округе, и того больше. На такую сумму, при разумном планировании, в деревне можно было прожить пару лет, а то и больше.
— Так кого вы собираетесь съесть? Я хотели сказать, забрать, — рассматривая иноземную монету, спросил отец, с такой выгодой распродающий своих детей.
— Я не знаю его имени, — ответил волшебник. — Он повстречался мне на улице.
— Думаю, нам стоит спуститься. Я позову детей.
— Всех не надо, — запротестовал волшебник, но его, похоже, не слушали.
Отец, только что продавший своего ребенка на опыты, встал, опираясь о стенку и слегка покачиваясь, что было и неудивительно, учитывая его головную боль, и направился к лестнице. Фамбер и так был поражен выносливости этого человека. Заклинание, позволяющее быстро избавиться от опьянения, имеет одни минус: оно не только не избавляет от похмелья, но и усиливает его, хоть и проходит оно примерно за четверть часа.
Когда Фамбер спустился, внизу уже собралось около десятка разновозрастных отпрысков этой семьи. По всей видимости, отец семейства не оставлял надежды в нагрузку к нужному продать еще кого-нибудь из детей.
Волшебник обвел их сердитым взглядом проголодавшегося дракона. В глазах детей и подростков, мальчиков и девочек, на чьих обладателей упал этот взгляд, застыл страх откормленных кроликов, которые уже знают, что их ждет. Ни у кого не было иллюзий, насчет того, что делают колдуны с теми, кто попадает в их руки. Наконец взгляд этого чудовища остановился на пареньке лет пятнадцати — шестнадцати с темными волосами и вполне обычной внешностью. Он ни на секунду не сомневался, что пришли именно за ним. Вот только он никак не мог взять в толк, чем он так насолил этому колдуну? Может, он просто показался ему достаточно вкусным? Но зачем ему покупать его, ведь он мог просто сжечь деревню?
Пока он раздумывал о своей, готовой вот-вот оборваться жизни, волшебник уже успел сообщить его отцу, что ему нужен именно он, чему отец был похоже рад. Волшебник приказать пареньку идти за ним. Паренек не произнеся ни слова и покорно поплелся за колдуном, провожаемый лишь взглядами своих братьев и сестер. Он надеялся, что они были по крайней мере сочувственными, но, не желая разрушать эту мечту, он ни разу не обернулся.
— Да, чуть не забыл, — обернувшись уже на выходе, обратился волшебник к своему деловому партнеру. — Сколько идти до города?
— Дня два.
— Тогда не мог бы ты дать мне продуктов до города?
— Продать? — уточнил крестьянин, которого никогда не прельщала перспектива делиться с ближнем, но под суровым взглядом волшебника он сник, — для одного?
— Для двоих.
«Так значит он не будет есть меня прямо сейчас?» — задал себе вопрос потенциальный обед колдуна. «Или просто он не один…»
Тем временем его отец послал одну из своих дочерей в погреб, откуда та принесла мешок средних размеров, набитый неизвестным содержимым.
Попрощавшись, волшебник приказал своей покупке взять мешок и следовать за ним.
* * *
В течение получаса после выхода из деревни они хранили молчание. Волшебник, идущий впереди, большую часть времени тихо проклинал какого-то Сэйлэнара, который и был виновником сложившегося положения, а парень, плетущийся за ним на значительном расстоянии, с увесистым мешком с их припасами, обдумывал разнообразные планы побега и тут же отметал их, как несостоятельные. Его главным аргументом было: «Он ведь колдун, а колдун может все, что угодно!».
Наконец, собравшись с духом, на что ему потребовалось минут пятнадцать, он догнал волшебника.
— Господин колдун, вы собираетесь съесть меня? — произнес он отчаянно-серьезным голосом.
— Нет.
— Но вы ведь колдун…
— Во имя всех богов, с чего вы все здесь решили, что волшебники — людоеды? Людоедов называют каннибалами, а не колдунами, — наставительным голосом изрек Фамбер.
— Так вы не ка-ни-бал?
— Ну, если тебе так неймется, я могу испепелить тебя. Но есть не буду.
Паренек, идущий рядом с волшебником аж просиял от радости, как будто бы мгновенное испепеление было именно тем, о чем он всегда мечтал.
— Как тебя зовут-то?
— Шусандрикс — скотник, — ответил тот. — Ну, или просто Шус.
— Хорошо, что не просто «Скот». Меня можешь называть Учитель Фамбер или просто — Учитель.
В течение пары минут Шус переваривал эту информацию. Наконец он спросил:
— Учитель, если я вас так должен называть, значит вы будете меня чему-нибудь учить?
— Молодец! Хвалю за догадливость, — поздравил его Фамбер. Однако, несмотря на весь восторг волшебника, Шусу показалось, что над ним издеваются.
— Надеюсь не тому, как быть правильным колдуном — каннибалом? — с опаской уточнил он.
— Нет, скорее как правильно испепелять людей. — Жизнерадостно ответил ему Фамбер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
