в глаза, уточнял какие-то детали.
– К счастью, с элементами деревянного декора работы оказалось немного. И качество материала очень хорошее, и хранили их все эти годы в подходящих условиях. Поэтому пришлось только местами снять старую, облупившуюся краску и обновить ее. Ну и обработать от всяких жучков-короедов. Так что совсем скоро их установят на место, – рассказывала я.
– Да, я читал, что все деревянные детали для костела производила одна варшавская фирма, – заметил Левандовский. – Кажется, она существует и сейчас.
– Думаю, они будут рады узнать, что их работа сохранилась до наших дней! Жаль, что статуи святых, украшавших центральный зал, постигла другая участь и они утрачены… А вот с витражами пришлось повозиться. За сто лет они серьезно пострадали, местами оказались расколоты, утратили некоторые фрагменты. Но в архивах удалось отыскать несколько старых фотографий, сделанных внутри собора, я увеличила их и смогла восстановить практически все детали.
Я увлеклась любимой темой – о витражах могла говорить бесконечно. Да и Борису это было явно интересно, он подробно расспрашивал об изображенных на них сюжетах, о методах состаривания стекла, интересовался моим мнением о мастерстве художника, столетие назад создавшего эту красоту. Я подумала о резком контрасте с Кириллом, который никогда не интересовался моей работой, а если и делал это, то только из вежливости.
– Жаль, что нигде в архивах не упоминается его имя, но работа очень талантливая, оригинальная. Я получаю такое удовольствие от выполнения этого заказа, потому что одновременно учусь у неизвестного мастера. А как необычно он изобразил сцены из Евангелия! – Я так увлеклась, что на мой громкий голос стали оборачиваться прохожие.
– Кира, вы разрешите еще раз посетить мастерскую, чтобы внимательно рассмотреть то, о чем вы так увлекательно рассказываете? Может, мне повезет, и вы покажете, как работаете со стеклом. Хотелось бы сделать несколько фотографий с витражами. Мы разместим их в нашем университетском журнале вместе со статьей о поездке. – Борис настойчиво сжал мою ладонь и просительно улыбнулся.
Конечно, он получил мое согласие и приглашение зайти через день, ведь завтра я должна навестить в пансионе Серафиму.
– Буду с нетерпением ждать встречи, милая пани. – Левандовский еще на мгновение удержал мою руку в своей и нежно коснулся ее губами. – Надеюсь, и вы тоже…
Я смутилась, покраснела, быстро попрощалась и поспешила к дому, прижимая к груди букетик ландышей и с трудом удерживаясь, чтобы не оглянуться…
Интересно, он смотрит мне вслед?
Ближе к вечеру позвонила Ниночка. Выслушав мой сбивчивый рассказ о новом знакомом, подруга, как ни странно, не обрадовалась:
– Тебе, Кирюша, конечно, давно пора перестать притворяться монашкой и закрутить парочку головокружительных романов. Да-да, и не спорь. Клин, как говорится, клином. Но меня смущает, что этот иностранный кавалер появился именно сейчас. Ты будь с ним пока поосторожнее, присмотрись.
– Да ладно, Нинуль, ты, как всегда, преувеличиваешь. Простое совпадение. И никакой это не роман, он со мной только об истории и архитектуре и говорит…
Наш разговор давно закончился, а я все сидела и задумчиво смотрела на хрупкие ландыши.
Из дневника следователя Савельева
23 мая 2017 года
В расследовании наметились сразу две новые линии! Во-первых, пришло заключение технической экспертизы по ключам от квартиры Киры и ее мастерской. Стало ясно, что кто-то сделал слепок с ключей Мирошкина. Значит, теперь нам предстоит лучше изучить этого мастера ремонтных дел и его окружение. Кстати, надо проверить, не пересекались ли где-то пути жертвы, Люси Романовой, и этого самого Мирошкина.
Во-вторых, Слава Курочкин побывал в магазине, где работала девушка, и опросил заведующую и двух продавщиц. И если Ирина Георгиевна все больше сокрушалась, где теперь найти такую работницу – пусть немного легкомысленную, но безотказно выполняющую любые просьбы и готовую остаться во вторую смену, да и план выполняющую, – то одна из девушек была искренне опечалена и рассказала весьма любопытные вещи.
– Эта Маша ближе всех знала Людмилу, они учились в параллельных классах, – докладывал Славка. – Говорит, та любила кокетничать с покупателями в надежде найти достойного кавалера. Иногда принимала от них предложения сходить на танцы или в кафе. Были и такие, что дарили девушке в ее же отделе купленные конфеты, шоколадки. Так вот, за день до убийства Романова по секрету рассказала Маше, что у нее появился таинственный воздыхатель, который каждый день приходит в магазин. Подробно она его не описывала, видимо, боялась, что приятельницы тоже обратят внимание на нового кавалера. Но Маша запомнила, что мужчина не из местных, скорее всего, командировочный или турист из Прибалтики.
– Почему именно из Прибалтики? – удивился я.
– Люська так считала, потому что говорил он с легким акцентом, который ей показался прибалтийским, – объяснил Курочкин.
– И где нам теперь искать этого «прибалта»? А найти бы его не мешало. Не с ним ли Романова встречалась тем вечером? Вот что, Слава, давай-ка завтра обойди все гостиницы в городе, начиная с центральных и тех, что ближе к магазину расположены, и выясни, есть ли у них похожие постояльцы. А внешность его эта Маша не описала?
– Нет, товарищ капитан, она сама его не видела, но Люська описывала как голливудского красавца. – В голосе Славы чувствовалось сомнение.
– Да уж, данных маловато, красавец с акцентом. – Я понимал, что ниточка очень тонкая, но интуиция подсказывала, что персонаж этот появился в нашем расследовании не случайно. – Будем искать. Если нужна помощь, ты скажи, полковник обещал нам всяческое содействие. Попрошу-ка я у него парочку оперативников за Мирошкиным последить – куда ходит, с кем встречается.
– Справлюсь, не сомневайтесь. Весь город перерою, но найду. Я еще в ресторанах поспрашиваю, ведь если он приезжий, то обедает или ужинает где-то в городе, в общепите.
Мы со Славой еще немного поговорили, набросали план действий на ближайшие пару дней, и мой помощник убежал. А я изучил заключение судмедэксперта, оформил разрешение на выдачу родителям тела Людмилы и перешел к бумагам от криминалиста Рябченко. Вот за что я люблю работать с Сашей Рябченко, так это за его оперативность и четкость. Он за пару дней проверил все «пальчики», снятые на месте преступления, и прислал мне предварительные результаты.
Помимо отпечатков Киры и Люськи, на двери мастерской, рабочем столе и подоконнике были обнаружены следы еще как минимум двух человек, причем эксперт считал, что одни принадлежат мужчине, другие – женщине. По нашим картотекам они не проходили и вполне могли принадлежать кому-то из клиентов Деминой. А вот на орудии убийства, лобзике, отпечатки были затерты, и Саше удалось выделить только небольшой фрагмент.
Ну что
