тем, что я ощущал секунду назад? Вот только сил подняться уже не нашлось.
— Видели? — над притихшим залом разнесся звенящий от напряжения голос бастарда-психопата. — Видели? Запомните это! Я, Бранд, рожденный Старком, пришедший вернуть свое по праву, заглянул за Грань и поработил саму Бездну! Мне подчиняются твари из-за Великого Ничто, я повелеваю Смертельной Пустотой, и горе тому, кто пойдет против меня! Я! Я теперь ваш повелитель! Склонитесь — или умрите страшной смертью!
«Боже, сколько пафоса», — промелькнуло у меня в голове. «Я ведь даже не умер. Или…».
По залу пробежал шепоток, и я услышал странный звук. Чтобы его идентифицировать, мне понадобилось немного времени. Возможно я, конечно, ошибаюсь, но, кажется, именно с таким звуком стучат о камень колени, преклоненные перед новым повелителем.
В поле зрения возникло ликующее лицо Бранда. Впрочем, выражение быстро сменилось на недоумевающее: видимо, он ожидал увидеть совсем другую картину. Глядя на меня сверху вниз, бастард перекосил рот в гримасе отвращения и прошипел:
— Странно. Обычно гости из-за Грани доводят дело до конца. Видимо, такой мразью, как ты, даже они побрезговали. Что ж. Тем лучше. Ты мне еще пригодишься. Уверен: тебе понравится.
А потом мне в голову прилетел грубый ботинок с окованным металлом носком, и сознание, наконец-то, ускользнуло из измученного тела. И я был этому только рад.
***
Свет.
Яркая точка где-то далеко, на самом краю клубящейся тьмы.
Я чувствовал, что мне почему-то нужно до нее добраться.
Зачем?
Мне и здесь хорошо.
Тепло, тихо, уютно… И даже ничего не болит.
Мне кажется, я заслужил немного жизни без боли. Сколько можно?
Вот только что-то внутри толкало меня вперед, вынуждало сделать хотя бы шаг.
Я попробовал поднять ногу — и ничего не вышло. Будто что-то держало.
Я словно угодил в болото — теплое, обволакивающее и вязкое.
И с каждой секундой затягивающее все глубже. Еще немного — и я скроюсь с головой. Мутные воды сомкнутся надо мной, и тогда ничто не сможет меня потревожить. Никогда.
Никогда?
Я вдруг почувствовал страх.
Отсюда нужно выбираться.
Собрав все силы, я рванулся вперед и вверх. Болото не отпускало. Тем не менее, что-то изменилось. Свет будто стал ближе. Как это? Я не продвинулся ни на метр, но яркая точка приблизилась, словно я сократил расстояние вдвое. Нужно попробовать еще раз. Собрать все силы… Рывок!
Болото чавкнуло, расступаясь, и я почувствовал, что могу дышать полной грудью. Ничто больше не сдавливало легкие, ничто не стесняло дыхание. Почти вырвался! Ну-ка, еще раз!
Рывок — и я ушел в толщу жижи с головой. Противоположный результат! Меня будто схватили за ноги и потянули вниз, словно топь не хотела отпускать то, что уже считала своей добычей. Меня объял ужас. Заметавшись в панике, я пытался прорваться к поверхности, но лишь погружался все глубже и глубже. Перед глазами замерцали красные пятна, легкие разрывались, еще немного — и я не смогу сдерживать дыхательный рефлекс, вдохну болотную грязь полной грудью — и останусь здесь навсегда!
Навсегда…
Рывок!
Меня выдернули из глубины одним движением. Я взвился в воздух и тяжело рухнул… на землю? Но ведь здесь только что было болото! Что происходит?
Вскочив на ноги, я завертел головой. Болота как не бывало. Под ногами — твердое покрытие, слишком ровное для того, чтобы признать его естественное происхождение. Вокруг — туман. Густой, как молоко. Свет, яркая точка на горизонте, к которой меня так тянуло, едва пробивалась сквозь марево. Именно к ней неторопливым шагом направлялся человек. По крайней мере, силуэт, едва различимый в тумане, выглядел человеческим.
Кто это?
Тот, кто меня вытащил?
— Эй! — позвал я, но мой голос утонул в туманной дымке, будто втянувшись в нее.
— Постой! — тот же результат. Проклятье!
Поняв, что дозваться спасителя не получится, я побежал.
Бежать по искусственной поверхности было легко, вот только я ни на шаг не приблизился к исчезающей в тумане фигуре. Я попытался ускориться, выдав максимальную скорость, на которую был способен, но неспешно вышагивающий человек, кажется, стал только дальше. Да что же это такое?
Стиснув зубы, я рванулся вперед — и едва не врезался в спину своего спасителя, одним прыжком преодолев не меньше сотни метров. Что за бред?
— Эй! — выкрикнул я. — Остановись!
Ноль реакции.
Начиная злиться, я протянул руку и ухватил человека за плечо, разворачивая его к себе. — Где я? И кто ты, черт возьми, такой?
Окончание фразы, скомкавшись, застряло у меня в глотке, когда я увидел лицо того, кто меня спас.
Свое собственное лицо.
Двойник усмехнулся и с вызовом посмотрел мне в глаза. Почему-то от этого взгляда мне стало дико, невыносимо страшно. Как если бы отражение в зеркале двигалось независимо от меня. Двойник всмотрелся в меня и вдруг его лицо исказила гримаса гнева. Шагнув вперед, он резко ударил меня в грудь, я качнулся назад, потерял равновесие и рухнул…
Рухнул в бездну.
***
Была у меня в жизни пара моментов, когда, придя в себя, я думал, что лучше бы не приходил. Первый раз — когда в хлам убрался на мотоцикле, второй — когда кортеж, везущий меня на демонстрацию новой системы для потенциального покупателя, попал под бомбардировку Коалиции. И в первом и во втором случае мне казалось, что хуже быть уже не может. А вот хрен там. Оказалось — может.
Бесконечное падение сквозь серую мглу закончилось жестким ударом, я резко вдохнул и открыл глаза. После этого простого, казалось бы, действия, голова чуть не лопнула от боли, пронзившей ее раскаленной спицей, и я снова отрубился. На этот раз, хвала богам — без галлюцинаций. Не было ни болота, ни света в тумане, ни призрачного двойника с таким знакомым и таким пугающим лицом. Лишь пустота, тьма и блаженное отсутствие боли.
Во второй раз я оказался умнее. Очнувшись, некоторое время лежал и боялся даже думать — чтобы снова не вызвать болезненную реакцию. Помогло. Ровно до того момента, как я попытался сглотнуть. Новая вспышка боли — и я снова отправился в благословенную тьму.
В третье пробуждение стало легче. Я открыл глаза, застонал, перевернулся на бок — и меня даже не отрубило. Я
