class="p1">И я почему-то явственно ощутила, что он никогда меня не отпустит.
Глава 6
Я свернулась в клубочек и замерла, не шевелясь. Будто в надежде, что можно затаиться, исчезнуть, не существовать в этом чуждом, безжалостном ко мне мире. На Земле моя жизнь была пуста, это правда. Ни мужа, ни ребенка – никого, кто нуждался бы во мне. Но сейчас я с радостью вернулась бы туда, натянув старенькие джинсы и включив сериальчик. А не лежала комочком на смятой постели, еще чувствуя, как горят на коже следы чужих, нежеланных поцелуев.
Постель рядом примялась, и я почувствовала, как Флоран аккуратно обнимает меня. Это стало последней каплей. Я всхлипнула. Я попыталась отстраниться, и он поймал мое лицо в ладони. Пришлось открыть глаза, посмотреть на него.
В его взгляде было сложно что-то прочесть. Что это было? Сожаление или разочарование? Ведь Флоран не был идиотом. Он понял, я это чувствовала, что в моих мыслях был Луи. Едва знакомый мужчина – и то лучше, чем навязанный жестокий муж. А теперь морок рассеялся, и я обняла себя за плечи, ежась рядом с ним. От внезапной холодящей мысли. О том, что в Средневековье предохраняться не умели. А значит, уже после этой ночи у меня может появиться ребенок от Флорана, а значит, значит, я никогда не освобожусь от него!
Меня окончательно накрыло паникой и отчаяньем, по телу волнами побежала дрожь. Мелкая, едва заметная, дрожь замерзшего котенка, которую не видно глазом, но можно ощутить касанием. Флоран ощутил. Он погладил меня по волосам, легко целуя в уголок губ.
– Кажется, я напугал тебя, Лотти? Мне стоит это исправить? – в глазах Флорна мелькнули лукавые искры.
– Просто отпусти меня!
У меня уже не было сил отбиваться, сопротивляться, когда он уложил меня на спину. Душили слезы обиды. На Флорана, на судьбу – на все на свете! Хотелось побыть одной и просто выплакаться. А лучше бы обратно, на Землю! Только артефакт Ивэна исполняет всего одно желания. Да и… я была нужна этому мальчику. Это единственная светлая ниточка, связавшая меня с Амарезом – новым миром.
Флоран навис надо мной сверху, и в голосе у него проступили нехорошие властные нотки:
– И не подумаю. Ты моя жена. И лучше нам с тобой поладить.
Я запаниковала бы, что он снова набросится на меня. Но единственное, что успокаивало, – это то, что брюки он застегнул. А значит, секс-марафона на всю ночь не предвидится? Я не выдержала бы этого морально. Но мои надежды, что Флоран просто уберется отсюда, обернулись пшиком. Теплая ладонь скользнула по моим волосам, потом по шее, по груди. Пальцы Флорана прихватили мой сосок, еще невероятно чувствительный после оргазма, уже нежно и мягко. Я рвано выдохнула, не ожидая ласки.
На этот раз Флоран не причинял мне боли. Физически. Он только мягко перехватил мои запястья, заводя над головой, а потом целуя каждое. Это казалось невидимой печатью-запретом шевелиться и противостоять ему. Да у меня и не было сил. Когда Флоран склонился надо мной уже не как захватчик, а как вкрадчивый, внимательный любовник. Его губы рисовали дорожки легчайших поцелуев по моей шее и ключицам, кончики пальцев скользили по каждой линии тела, изучая его на ощупь. Пока Флоран все говорил и говорил, щекоча теплым дыханием обнаженную кожу, мешая слова с ласками, сладкими и отравленными одновременно:
– Ты считаешь меня чудовищем? Коварным и подлым интриганом? Я знаю. Но пройдет совсем немного времени, и ты поймешь, что ничем не лучше меня. Когда по утрам несколько служанок будут покрывать твое тело лучшими маслами после ванны с цветами, одевать в шелка и бархат, подавать золото и драгоценности… Когда ты будешь улыбаться придворным и сиять на балах, зная, что это не твое место, но оно тебе чертовски нравится. И что ты так же уничтожишь любого, кто попытается у тебя его отобрать. Тогда ты поймешь, что мы друг друга стоим, малышка Лина… Но не переживай, в этом змеином клубке я буду тебе опорой. Пока ты послушна.
Он прихватил мочку моего уха губами, а я дернулась всем телом от своего настоящего имени. Флоран говорил со мной, как… с сообщницей? Авантюристкой и самозванкой, которой захотелось золотишка и места при дворе? Я выгнулась за ним, чтобы запротестовать, но не подумала о том, что потрусь обнаженной грудью о его кожу, такую же горячую и чувствительную сейчас.
– Но я не хочу всего этого! Ни богатства, ничего. Все, чего я хочу, – это позаботиться об Ивэне!
– Какое благородство… – усмехнулся Флоран, кончиком пальца скользя, будто дразня, узором по моему бедру. – Если тебе нравится считать себя жертвой, я не против. Я сумею тебя утешить.
Он накрыл мои губы поцелуем. Долгим, чувственным, глушащим стон, когда я снова ощутила пальцы Флорана внизу живота. Но на этот раз никто не вторгался в меня силой. Флоран ласкал меня медленно, распаляюще, сладко. Он прислушивался к каждой реакции моего тела, заставляя гореть в своих руках. Неужели… все-таки не хотел быть для меня насильником? Я нерешительно приоткрыла глаза. Но лучше бы не делала этого… На лице Флорана была ревность. Он хотел все-таки присвоить меня. Отобрать у Луи, с которым, смешно сказать, у меня был всего поцелуй украдкой и пара разговоров!
– Не думай ни о чем, я запрещаю, – приказал Флоран мне на ухо.
И это было несложно. Когда его ласки ускорились, стали горячее и напористее. Я вилась под ними, кусая губы, пытаясь сдержать стоны. Но все без толку. Пальцы Флорана трепетали по мне, как крылья бабочки, не давая ни секунды передышки. А потому я чувствовала, как стремительно, будто по оледенелому склону, несусь в пропасть. Навстречу яркому, ослепительному оргазму, заставившему меня поджать даже пальцы на ногах. Я попыталась заглушить свой вскрик удовольствия, но от этого он стал только протяжнее и слаще.
Флоран привлек меня к себе, пока я догорала. Чувствовалось, что он возбужден. Даже не потому, что его член снова натягивал ткань брюк, упираясь мне в бедро. Само тело Флорана дышало знойной, неукротимой похотью. Но что меня удивило, так это то, что он не потребовал от меня ничего взамен. Только прикрыл глаза, рвано выдыхая, шевеля мои волосы на виске сорванным горячим дыханием. Я застыла, как статуя, боясь шелохнуться рядом с ним, возбужденным и горячим.
Похоже, Флоран заметил это? Он набросил на меня легчайшее
