Читаем без скачивания Гроб из Гонконга - Джеймс Чейз

– Та девушка недолго у вас задержалась. Зачем вы ее привели?

– У нас была просто деловая встреча, – оправдывался я, запирая дверь. – Мне нужно было поговорить с ней.

– О чем? – подозрительно спросила Лейла.

– О том о сем, – неопределенно ответил я, оглядывая Лейлу. Она была очень мила.

– Может, пообедаем вместе?

Ее лицо оживилось.

– Это чудесная идея! – Она метнулась в свою комнату, схватила сумочку и присоединилась ко мне. – Я проголодалась и поведу вас в отличный ресторан. Там очень вкусно кормят, и это обойдется совсем недорого.

Мы прошли мимо портье, занятого подсчетами на нообаке – старинных счетах с бусинками. Его старые желтые пальцы бегали по бусинкам с изумительной быстротой. Он даже не повернул головы в нашу сторону. Выйдя на улицу, мы повернули к стоянке такси.

– Нам до парома, – объяснила Лейла. – Ресторан находится на той стороне.

Пока мы добирались, Лейла рассказала мне о фильме, который она видела двенадцать дней назад. Я понял из ее рассказа, что китаянки обожают кино. В это нетрудно было поверить, глядя на очереди возле каждого кинотеатра. Лейла объяснила мне, что очереди стоят с самого утра, чтобы получить лучшие места. Когда мы переправились через пролив, она предложила пройти пешком по Натан-роуд, нагулять аппетит. Идти по улице рядом и разговаривать было почти невозможно. В это время Коолум запружен народом и прогулка требует особой сноровки. Наш путь освещали яркие неоновые рекламы. Я пришел к выводу, что китайские иероглифы на рекламах выглядят особенно изысканно. Они лишены банальности надписей, которые можно прочесть, и потому для нас, белых, становятся таким образом в один ряд с произведениями искусства. Наконец мы добрались до ресторана, расположенного на боковой улочке, кишевшей детьми.

– Здесь мы сможем хорошо поесть, – сказала Лейла.

Ресторан сразу оглушил меня, хотя посетителей практически не было видно. Каждый столик скрывался за ширмой. Слышался стук палочек, звон посуды и высокие китайские голоса. Хозяин проводил нас за ширму, улыбнулся Лейле и удалился. Лейла положила сумочку на стол, прочно утвердилась на стуле и одарила меня сияющей улыбкой.

– Заказывать буду я, – заявила она. – Сначала жареные креветки. Потом суп из акульих плавников, потом запеченные цыплята – это здешнее фирменное блюдо. Потом я подумаю, что еще заказать, но сначала обязательно жареные креветки.

Она быстро заговорила с официантом на кантонском диалекте. Когда тот, приняв заказ, ушел, Лейла перегнулась через стол и похлопала меня по руке.

– Я люблю американских джентльменов. Они так энергичны и к тому же очень интересны в постели… и у них много денег.

– Не очень-то полагайся на это, – сказал я. – Иначе тебя ждет разочарование. Ты давно в Гонконге?

– Три года. Мне удалось бежать из Китая только потому, что у моего двоюродного брата была джонка. Он переправил меня в Макао, а оттуда я уже попала сюда.

Официант принес китайское вино и разлил его в маленькие чашечки. Оно оказалось подогретым и довольно крепким. Когда официант вышел, я спросил:

– Может, ты знаешь Джоян Чунг? Она тоже беженка.

Лейла удивилась:

– Конечно, я ее хорошо знаю. А откуда ты слышал о ней?

– Мы не знакомы, – ответил я. Пришлось сделать паузу, так как официант принес чашки с большими креветками, запеченными в золотистом тесте.

– Но откуда вам известно ее имя? – спросила Лейла, подхватывая креветку палочками и ловко обмакивая в соевый соус.

– Она вышла замуж за моего знакомого, когда-то мы жили в одном городе, – сказал я и уронил креветку на стол. Но тут же подхватил ее и на этот раз умудрился отправить в рот. Креветка оказалась не только съедобной, но и вкусной. – Может, ты встречалась с ним? Его звали Герман Джефферсон.

– О, конечно, – Лейла ела с изумительной скоростью. Половина ее креветок уже исчезла. Я же едва одолел треть. – Мы вместе с Джоян из Кантона. Ей повезло, она вышла замуж за американца.

Официант принес блюдо риса, зажаренного вместе с мелко нарезанной ветчиной, креветками и яйцами. Лейла наполнила свою чашку, и палочки снова замелькали с невероятной быстротой. Я безнадежно отстал – не хватало опыта и сноровки в обращении с таким экзотическим инструментом.

– Они жили в гостинице? – спросил я, роняя рис на скатерть и тщетно пытаясь угнаться за Лейлой.

Она утвердительно кивнула, продолжая виртуозно орудовать палочками.

– В течение трех месяцев мы были соседями. Но потом он исчез.

Нам подали большую чашку с супом из акульих плавников. Лейла тут же отлила часть себе в пиалу.

– Как это – исчез?

Она пожала плечами.

Поскольку суп можно было есть ложкой, мне удалось практически не отстать от китаянки.

– Не нуждался в ней больше?

– Почему не нуждался?

Лейла бросила на меня циничный взгляд, продолжая поглощать суп.

– Он женился на ней только для того, чтобы она его содержала. Когда он стал делать деньги сам, она ему стала не нужна.

– Как же это она ухитрялась содержать его? – спросил я, заранее зная ответ.

– Она развлекала джентльменов, как и я, – ответила Лейла и безмятежно посмотрела на меня. – У нас нет другого способа зарабатывать деньги.

Вновь появился официант. Он принес небольшую циновку и церемонно расстелил на полу. Лейла возбужденно заерзала на стуле.

– Это для печеного цыпленка.

Затем китайчонок принес в корзине нечто напоминающее большое страусиное яйцо и перекатил его на циновку.

– Сначала цыпленка натирают разными пряностями, а потом заворачивают в листья лотоса, – пояснила Лейла. – Затем обмазывают глиной и кладут в жаровню на пять часов. Видите, глина затвердела.

Мальчик достал молоток и сильно ударил по образовавшейся «скорлупе». Яйцо треснуло. В воздухе разлился восхитительный аромат. Официант и мальчик сели на корточки друг против друга. Мальчик начал разворачивать листья, а официант выкладывать цыпленка на блюдо. Птица была так великолепно приготовлена, что мясо полностью отставало от костей.

Искусным движением официант разложил цыпленка по тарелкам, и палочки Лейлы снова пришли в движение. Я попытался не отставать, но потом бросил это занятие и взялся за птицу основательно. Руками. Всю прелесть этого восхитительного блюда нельзя передать словами.

– Ну как, нравится?

Я усмехнулся:

– Еще бы!..

Я счел, что сейчас неподходящее время задавать девушке вопросы, и мы доели цыпленка в молчании. Затем Лейла заказала грибы, побеги бамбука и соленый имбирь. А в заключение – миндальный пирог. На этот раз я сдался. Я сидел, покуривая сигарету, и поражался: как может такая миниатюрная девочка проглотить столько продуктов.

Через двадцать минут она отложила палочки и удовлетворенно вздохнула.

– Вы получили удовольствие?

Я смотрел на нее с восторгом. Человек, который может столько съесть и при этом сохранить стройную фигуру, заслуживает уважения.

– Да, огромное, – ответил я.

Она улыбнулась.

– Можно взять у вас сигарету?

Я подал ей сигарету и щелкнул зажигалкой.

– Может быть, вернемся в отель? Самое время заняться любовью. После такого обеда это было бы совсем неплохо.

– Еще рано… – сказал я. – У нас впереди целая ночь. Расскажи мне о Германе Джефферсоне. Ты сказала, что у него появились деньги через три месяца после женитьбы. Откуда?

Она нахмурилась. Я видел, что предмет беседы – Джефферсон – ей наскучил.

– Не знаю. Джоян не говорила мне. Она только сообщила, что Герман ее бросил. Перестал в ней нуждаться, так как сам начал делать деньги.

– Она не сказала тебе, каким образом?

– Нет, это не мое дело.

– Он не вернулся назад?

– О, время от времени он возвращался к ней. – Лейла состроила гримасу. – Мужчинам нужно разнообразие. Но приходил только переночевать.

– Что сделала Джоян, когда он оставил ее?

– Что сделала? – Лейла удивленно посмотрела на меня. – Что же ей оставалось делать? Она продолжала работать, как и раньше.

– Развлекала джентльменов?

– А как же иначе она могла жить?

– Но если у Джефферсона появились деньги, а Джоян была его жена, то он должен был давать ей что-то.

– Он не давал ничего.

– Ты знаешь, где он поселился, уйдя от нее?

– Джоян сказала мне, что Герман снял у китайца-игрока большую виллу на Рипали-бей. Я видела ее. – Лейли завистливо вздохнула. – Там очень красиво… Мраморная лестница спускается к самому морю. А в маленькой гавани – лодка с мотором.

– Джоян бывала там?

Лейла покачала головой.

– Ее не приглашали.

Подошел официант, кланяясь и непрерывно улыбаясь, подал счет, который оказался до смешного маленьким. Я расплатился, а Лейла в это время наблюдала за моей реакцией.

– Это был прекрасный обед.

– Тогда, может быть, пойдем в отель и займемся любовью?

Я находился в Гонконге, где царила странная атмосфера подчинения людей своим чувствам и потребностям. Мой отказ огорчил бы ее. Кроме того, я еще ни разу не спал с китаянкой. Мне подумалось, что ее приглашением не стоит пренебрегать.