А в кого же должна верить она сама?
— Ты передумала? — сразу бросился в бой Уилф. — Или все же позволила этому мятежнику сбить себя с толку?
Гнев сразу вспыхнул в Дженн ярким пламенем.
— О, я всегда позволяю другим принимать за себя решения.
Уилфа ее слова не позабавили.
— Не смей так разговаривать со мной, дитя, или я тебя заставлю пожалеть об этом.
— Чего ты от меня хочешь?
Уилф поднялся с места и уперся руками в стол.
— Я хочу, чтобы ты дала клятву, — ответил он. — Если ты откажешься, ты покинешь Анклав и не вернешься сюда, пока не поклянешься в верности.
— Почему?
— Потому что я больше не потерплю неповиновения! — Уилф стукнул кулаком по столу с такой силой, что звездообразный подсвечник подпрыгнул. Генри бросил на него недовольный взгляд, но, как и остальные члены совета, промолчал. — Есть вещи, понять которых ты не можешь. Надеюсь, ты прислушаешься к мудрому совету и поклянешься в верности.
Глядя ему в глаза, Дженн ощутила холодную ярость. Уж не думает ли он и в самом деле, что она позволит кому-то принимать решения за нее? Финлей не сказал ничего, кроме правды. Способны ли на такое и члены совета?
— Вы изгнали Роберта, не так ли? — ровным голосом начала Дженн, подходя вплотную к столу и обводя взглядом членов совета. Морщинистое лицо сидевшего на противоположном конце Уилфа выражало непреклонность. Он уже все решил — и только потому, что Роберт отстаивал свое право думать собственной головой. — Вы изгнали его, потому что так велел Ключ. Ключ сказал, что он враг. А сказал ли он, что и я враг тоже? Сказал ли, что и меня следует изгнать? Ответом было молчание.
— Сказал ли Ключ хотя бы, что от меня нужно требовать клятвы? — Снова ни единого ответа. — Как посмотрит Ключ на то, что вы подобным образом приписываете ему собственные желания?
— Как ты смеешь! — рявкнул Уилф. — Я джабир, избранный Ключом, и нравится это тебе или нет, ты сделаешь то, что я велю!
Сердце Дженн отчаянно колотилось. Она медленно покачала головой и наклонилась вперед, опираясь о стол. Слова, которые она произнесла, были, казалось, чьими-то чужими:
— Я ведь могу испепелить этот зал, Уилф. Этого ты хочешь?
Лицо Уилфа исказила гневная гримаса. На мгновение Дженн захотелось сделать так, чтобы ее угроза не прозвучала… захотелось сделать что угодно, лишь бы не видеть ненависть в глазах старика. Однако было поздно… Она воспользовалась возможностью — может быть, единственной, какая ей когда-либо представится.
— Предлагаю тебе сделку, Уилф. Ты позволишь мне свободно навещать Анклав и не станешь больше заводить разговоры о клятве. Ты также оставишь в покое Финлея. Если ты вышвырнешь его отсюда, он немедленно явится ко мне в Элайту, и я сочту, что слово ты нарушил. Со своей стороны я обещаю, что, когда придет время, встану в Круг и дам Ключу возможность избрать меня джабиром.
Дженн скорее почувствовала, чем увидела, как поморщился при этих ее словах Финлей, но продолжала пристально смотреть на Уилфа. Душа ее трепетала, но внешне Дженн оставалась неколебимой как скала. Незаметно переведя дух, девушка продолжала:
— Нет, конечно, никакой гарантии, что Ключ меня выберет, но, по крайней мере, вопрос будет решен окончательно. Что скажешь?
Генри не смог больше молчать:
— Она должна предстать перед Ключом!..
— Нет, — оборвала его Дженн, прежде чем он успел сказать что-то еще. Она сама не знала, что делает, но остановиться уже не могла. — Вы или примете, или отвергнете мое предложение. Впрочем, прежде чем вы решитесь на что-то, должна вам напомнить, что теперь, когда вы изгнали Роберта, я единственный человек, который мог бы должным образом управлять Ключом. Подумайте, хотите ли вы избавиться и от меня тоже? Даю слово: если вы изгоните меня сейчас, я никогда не вернусь в Анклав.
На Генри это не произвело впечатления.
— Откуда мы можем знать, что ты выполнишь свою часть сделки? — фыркнул он.
— Даю руку в свидетельство, — ответила Дженн, не задумываясь. Весь ее гнев и огорчение слились в единой ослепительной вспышке. Пламя пробежало по ее левой руке и выплеснулось в ладонь. Когда Дженн оторвала руку от стола, на дереве остался выжженный отпечаток. Какой-то дальней частью разума Дженн услышала отклик Роберта: ядовитый, насмешливый, испуганный.
Однако ведь Роберта здесь нет!
— Это единственная клятва, которую я вам дам, Уилф. Старик вскочил на ноги и разинул рот, пораженный решительностью девушки.
— Ты сама себя перехитришь, девчонка! Делай, как знаешь, только убирайся с глаз моих!
Они с Финлеем немедленно покинули зал; Дженн бегом кинулась по коридору — подальше от членов совета. Финлей смеялся, а Дженн трясло так, что скоро ей пришлось прислониться к каменной стене. Роберт убьет ее, если только они еще когда-нибудь встретятся… Финлей сочувственно обхватил Дженн за плечи, и они вместе побрели в покои Марты.
— Клянусь богами, видели бы вы ее! — Финлей, чуть ли не приплясывая, обходил комнату, наполняя кубки. Арли, Марта, Фиона и Патрик были захвачены его рассказом, хотя Дженн, тихо сидевшей у очага, это и не очень нравилось. — Уилф просто не знал, что сказать! Как будто она уже встала в Круг и была избрана!
— А отпечаток руки? — поинтересовался Патрик. — Он останется навсегда?
— К несчастью, да, — пробормотала Дженн. Она осушила кубок и протянула его Финлею снова. — Минея только знает, что это на меня нашло.
— Ну, больше Уилф своей ошибки не повторит, — рассмеялся Финлей.
— Вот как? — спросила Дженн, холодно глядя на него. — Тебе кажется, что бросить ему вызов так открыто было удачной мыслью? Разве ты не понимаешь, что я совершила тот же промах, что и Роберт? Уилф чувствует угрозу со стороны нас обоих и только пытается заставить нас признать его верховенство, на что, если подумать, имеет полное право. А теперь я вызвала его вражду и к тому же запятнала и всех вас. Можешь сколько угодно радоваться, Финлей, но расплачиваться то, в конце концов, придется мне. Я дала обещание, которое должна буду выполнить. Остается только надеяться, что Уилф проживет долго.
Улыбка сбежала с лица Финлея. Вздохнув, он подошел к Дженн и медленно налил вина в ее кубок.
— Прости меня. Я должен был помочь тебе… Если бы я сказал что-нибудь, тебе не пришлось бы заходить так далеко.
— Тут нет твоей вины. — Дженн подняла на него глаза, и устало улыбнулась. — И мне непонятно, о чем ты жалеешь. Ты ведь однажды пытался убедить меня встать в Круг. Тебе следовало бы радоваться и надеяться, что в один прекрасный день мне удастся найти Калике.
Финлей не нашелся что ответить. Вместо него заговорила Марта:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
