заблуждение, — обиженно произнесла селёдка голосом учителя биологии и строго посмотрела на необразованного невежду. — На самом деле память у рыб гораздо дольше, чем, отмеренные вами, эти несчастные три секунды. Рыбы, между прочим, могут помнить гораздо дольше, чем некоторые люди. И ты будешь долго помнить о событиях, которые будут с тобой происходить в подводном мире и, я надеюсь, о том добре, которое я для тебя делаю. А то зло, которое ты «хавал» на земле, ты забудешь, как и свою бессердечную мымру. Это я тебе гарантирую.
— А если я выплыву на поверхность воды, случайно увижу людей и пойму, что моя прежняя жизнь не была сном, а была явью? Что тогда? — смоделировал вполне вероятную ситуацию, Аркадий Вениаминович, опасаясь за своё психическое состояние после этого.
— Тогда ты превратишься в ка-а-а-амень. Видел, сколько камней лежит на берегу моря? Это и есть бывшие любознательные «переселенцы», случайно увидевшие своих бывших земляков, — таинственным голосом прошипела рыба и, сделав мистическую паузу, хихикнула. — А если серьёзно, то ты никогда не достигнешь поверхности воды, потому что ты будешь жить в цивилизованном нижнем подводном мире, а в верхнем подводном мире (по причине внутренней безопасности) находиться строжайше запрещено бывшим людям, Русалкам, Морским царям. Потому что верхний подводный мир активно изучают люди, плавая по нему на кораблях и подводных лодках, а это значит, что нечаянная встреча людей с Русалкой, Морским царём, с Садко, Емелей или с тобой, может привести к катастрофе. Ведь люди, узнав о существовании альтернативной цивилизации, не успокоятся, пока не доберутся до неё и не разрушат её до основания.
Аркадий Вениаминович, сдерживая улыбку, взял со столешницы стиральной машины бутылку с водкой и, продолжая улыбаться глазами, сделал из неё пару глотков.
— Чего это тебя так развеселило? — поинтересовалась селёдка, заметив странную реакцию собеседника на услышанное. — То, что ты не сможешь всплыть на поверхность, или то, что люди могут разрушить до основания нашу цивилизацию?
— Ни то, ни другое, — занюхивая солёным огурчиком выпитое, ответил Аркадий Вениаминович и, перестав морщиться, снова заулыбался. — Просто до меня только что дошло, что Садко не захотел возвращаться на землю вовсе не из-за того, что у вас там, в подводном царстве, всё клёво устроено, а из-за того, что у него элементарно память отшибло.
— Не хочу тебя больше переубеждать. Надоело. Всё равно ты мне не веришь, — утомлённо отмахнулась боковым плавником селёдка от упрямого собеседника. — Вот когда окажешься на дне морском, тогда сам всё и увидишь собственными глазами.
— Ну что там у вас может быть хорошего? Пить нельзя, курить нельзя… Не жизнь, а тоска дремучая, — смело привёл свои доводы, захмелевший Аркадий Вениаминович и звонко щёлкнул пальцами, чтобы сделать акцент на важном моменте в его речи. — Единственное, ради чего я, быть может, и рискнул бы к вам «занырнуть» под воду, так это из-за секса с Русалкой. Да и медузным минетом ты меня сильно заинтриговала. Этого я на земле точно получить не смогу, ни за какие деньги. Однако навсегда отказаться от привычного образа жизни ради экзотического секса, согласись, слишком рискованно. А вдруг он мне не понравится? Да и староват я для активных плотских утех. Боюсь, удовлетворю разок-другой своё извращённое любопытство и остыну к этому виду досуга. Чем я тогда себя занимать буду под водой? Ракушки пересчитывать?
— Можешь, как и большинство обессиленных мужчин на земле, утративших половое влечение к любимой женщине, увлечься рыбалкой. Причём, в твоём случае, ПОДВОДНОЙ. А это, я тебе доложу, намного азартнее и интереснее, чем зимой сидеть возле лунки или летом в камышах, отмахиваясь от мошкары и комаров, — предложила селёдка очень распространённое и популярное мужское хобби у людей среднего и пожилого возраста.
— А шахматы у вас там под водой есть? — спросил Аркадий Вениаминович, не разделяя любви к рыбалке с большинством обессиленных мужчин.
— Есть, конечно! — воскликнула селёдка и с гордостью добавила: — У нас их делают из белого и чёрного жемчуга. Но тебе в них играть будет неинтересно. Дельфина тебе ни за что не одолеть, а моллюсков да всяких глупых толстолобиков переиграть будет слишком просто. А вот гонять на морских коньках, я уверена, тебе очень понравится! Ваши гидроциклы, по сравнению с нашими морскими коньками, просто еле-еле ползающие улитки. Бывшим людям так нравится этот вид досуга, что они создали подводный «байкерский клуб» и проводят ежегодные соревнования по гонкам на морских коньках.
— А вот это уже интересно! — обрадовался, Аркадий Вениаминович, энергично потирая ладошки друг о дружку. — То есть я смогу завести себе настоящего морского конька, приручить его и гонять на нём по подводному царству без водительских прав?
— Естественно, — фыркнула от недоумения, селёдка. — Ты можешь завести себе не одного морского конька, а нескольких. Запрячь их, по древней русской традиции в «тройку», и гонять не верхом на коньке, как на мотоцикле, а в запряжённой карете, как Морской царь!
— А Морской царь не осерчает на меня за это? — испуганно спросил Аркадий Вениаминович, понимая, что, скорее всего, это может быть только прерогативой царя и бога Посейдона.
— Ну как он может осерчать на своего зятя? — хитро намекнула выпивохе, селёдка, о пользе того статуса, который она ему навяливает уже вторые сутки.
— Так это, что получается? Я из земной «грязи» выбьюсь в подводные «кнЯзи»? — гордо расправив сутулые плечи, поинтересовался у морской искусительницы, Аркадий Вениаминович и представил, как он мчит по коралловому «серпантину» в шикарной карете, в обнимку с двумя красивейшими полуголыми Русалками, а рыбная челядь, суетливо расплываясь перед каретой в разные стороны, уважительно склоняет перед ним голову, приветливо машет ему плавниками (словно президенту) и посылает ему воздушные поцелуи (как знаменитому артисту и самому желанному секс-символу всего подводного царства).
— Да, — уверенно подтвердила слова собеседника, селёдка. — Твоя развитая физиология, разум, умелые руки и родство с Морским царём автоматически сделают тебя элитой нашего общества. Как говорится: «Кто был НИКЕМ в надводном мире, тот станет ВСЕМ в подводном.
— А по какому принципу ты выбрала именно меня? Лысеющего, пузатого, неопрятно одетого алкаша? Мне кажется, что подкаченный, спортивного телосложения молодой мужчина подошёл бы для этой роли гораздо лучше. Тебя Морской царь потом не заругает за то, что ты привела в его дом не элегантного мачо, а второсортного «сморчка»? — самокритично высказал свои опасения, Аркадий Вениаминович, переживая за (и без того) нелёгкую судьбу несчастной рыбины.
— Ну, во-первых, трезвый, спортивного телосложения «нарцисс» с холодным сердцем не поверил бы в говорящую рыбу и прошёл бы мимо прилавка в тот судьбоносный день. А во-вторых, мои жизненные силы
