возрасте…
— … рассказать, какая беда может случиться с пьяной девушкой, м?
— Я не пьяная, — вспышка радости вмиг прогнала туман из головы и голос стал прежним. — Во-первых. А во-вторых, я была не одна. А с мальчиками. А они все воспитанные и джентльмены, а не гопота какая-то…
Приревнует?
— Джентльмены, угу, — изумрудные глаза метали молнии. — Ремень пристегивай, домой отвезу. Что смотришь, Женя? Давай.
А я… Я сделала вид, что не могу справиться с застежкой. Шумно выдохнув, Слава склонился, чтоб пристегнуть меня. В нос забрался запах его древесного парфюма и опьянение вернулось. Перед глазами поплыло, стало жарко, а еще… А еще возникла дурная мысль… если сейчас повернуть голову и чуть приподняться, то наши губы встретятся…
Но я не сделала ничего подобного. Славино резкое движение — миг. И вот, ремень пристегнут, а он снова сидит в полуметре от меня за рулем. Упустила ли я шанс? Нет, скорее спаслась от позора…
— И чтоб больше такого не было, понятно? Бокал вина либо шампанского, это твой максимум на вечер. К нему еда и два стакана воды. И только с теми, кого хорошо знаешь. Это понятно?
— Да, папочка!
— Папочка с тобой отдельно поговорит Женя, — сказал он.
— Нажалуешься?
— Поставлю в известность, — хмыкнул он.
— Ну, Слав, ну пожа-а-алуста…, - мысль о папе вмиг отрезвила. Если узнает, что я выпила, скандалище на весь город будет.
— Ну, не рассказывай папе. И Вадику тоже, — сложив ладошки, я сделала глаза Шрека.
Изумрудный взгляд смягчился. В уголках глаз появились добрые морщинки-лучики.
— Только если ты больше так не будешь!
— Не буду! Чесно-чесно…
— Какая же ты еще маленькая, — качнув головой, он завел мотор.
Эти слова как удар в самое сердце. Маленькая…
— Аха, с каких это пор двадцать четыре года старый? — голос подруги вырвал из воспоминаний. — Сказки другим будешь рассказывать, ага? Видела бы ты свой взгляд, когда он волок тебя к машине. Во-от такие два сердца вместо глаз, как у эмодзи.
— Ты сколько шейков выпила, м, Аля? — я притормозила.
В этот момент на нас буквально налетел Яшин. Стопка книг выпала у него из рук и рассыпалась по полу. Послышались смешки.
— Яшин, у тебя что очки запотели? — хихикнула Аля. — Не видишь, куда идешь?
— Извини, — парень покраснел, как помидор.
— Да ладно тебе, — фыркнула я.
А потом нагнулась и стала собирать книжки. Это меньшее, что я могла сделать в благодарность Яшину за то, что он невольно спас меня от продолжения этого разговора. Да и… Жалко его, если честно.
Пацан как не от мира сего. На уме только книжки. Вон их сколько. Уголовный кодекс, Хозяйственный, Налоговый…
— Не надо, Жень, я сам.
— Да мне не трудно, — я отдала ему книжки.
Наши пальцы соприкоснулись и Яшин чуть не выронил книжки снова. И, кажется еще сильнее покраснел. Опустил взгляд в пол.
— Макс приехал, я пошла, — сказала Аля.
— Хорошо, давай, до завтра, — отозвалась я, широко улыбаясь.
Они так влюблены и счастливы, что каждую минуту хотят проводить вместе. Вот бы и мне со Славой так… Хоть когда-нибудь!
Яшин так и стоял напротив меня истуканом.
— Жень, а ты… Ты сейчас куда? Домой?
— Ну, да, а куда же еще? Уроки закончились.
— А можно… Можно я тебя провожу? — чуть заикаясь спросил Яшин.
Он в меня втрескался и уже давно. И все это знают. Но, даже если б не Слава, то… Да-да, знаю, нельзя так о людях, но… Яшин худой, нескладный и эти очки и дурацкая стрижка… И что с ним делать? В библиотеке книжки читать?
Но он мне всегда списывать давал, рефераты даже за меня делал. Реально, очень помогал. А однажды даже в драку полез, чтоб защитить…
Жалко его.
Что от меня убудет, если разочек домой проведет?
— Хорошо, давай.
Да, конечно, сплетен завтра будет… Ну, пусть только кто-то попробует что-то мне лично сказать!
Мы вышли в сырой и холодный день. Будет когда-то весна в этом году или нет? Середина марта, а ощущение, что январь.
Шли молча. Яшин обнимал книги, которые не влезали в рюкзак и то и дело крутил головой, посматривая на меня.
— Ты на юрфак поступаешь, да? — не зная как нарушить неловкое молчание, спросила я.
— А откуда ты знаешь?
— Ты сам говорил на профориентации и эти книги. Право-то у нас в девятом классе закончилось.
Яшин просиял так, что показалось на небе солнце вышло.
— Ты запомнила?
— Ну, ты единственный из всего класса внятно ответил, кем хочешь стать, — я пожала плечами, а Яшин сник.
— А ты?
— Папа хочет, чтоб поступала в мед, на стоматолога, как он и Вадик. А я… Я не знаю, — сказала я.
— Ну а ты сама, чего хочешь?
Я? Я хочу, чтоб Слава разглядел во мне девушку. Из кожи вон лезу, а он…. он с этой стервой Инессой вот уже целых полгода встречается. Раньше девушки у него так надолго не задерживались…
— Не знаю, говорю же, — вспылила я.
Он замолчал. Шел, сгорбившись и рассматривая свои поношенные ботинки.
Как же бесит! Все бесит!
Ну, почему все так, а? Почему Слава все еще считает меня маленькой? Мне уже шестнадцать… Чем эта Инесса лучше? Внешностью? Так внешность это не все…
И зачем я только вздумала заняться благотворительностью и разрешила себя проводить? С Яшиным только тоскливее. Хорошо, что вон он уже — мой дом.
— Ну все, пришли.
— Угу. Жень…., - он поднял на меня глаза. — Я тебе давно сказать хотел…
Снова покраснел. Точнее пошел алыми пятнами.
Нет, ну не-е-ет, пожалуйста!
— В общем, может давай вместе сходим в кино? Например в субботу?
— Я на выходных занята.
— А на следующих? — пытливо и преданно заглядывая в глаза.
— И на следующих…
— Тогда, может после уроков…
— Ром, слушай. Ты очень хороший. И надежный. На тебя всегда можно положиться. Это круто. Но ты и я… Ничего не получится. Прости.
Пятна на его лице стали еще ярче, хоть это казалось невозможным. А взгляд… Ну как у какой-то побитой собаки, честное слово. Жалкий такой.
— Понятно…
— Ладно, пока.
Уходя я чувствовала, что он смотрит мне вслед. Было некомфортно, неприятно, хотелось поскорее скрыться от этого взгляда и этих эмоций.
Ну, блин, Яшин! Где ты, а где я? А уж о Славе вообще промолчу. Вы как небо и земля, вот честное слово. Чтоб такое случилось, что я забуду Славу и переключусь на тебя, это должен апокалипсис настать не меньше.
Глава 10
Я твердо решила, что перееду. Было невыносимо оставаться
