Читаем без скачивания Объединяй и завоевывай - Уоррен Мерфи

– Это каких же?

– Сейчас я Верховный мастер Синанджу, а ты всего лишь ученик мастера.

– Угу.

– Ты продолжишь мой путь, наденешь мое кимоно, после того как я отбуду в мир иной или устранюсь от дел...

– Насчет кимоно еще надо подумать.

– Но такова традиция!

– Кимоно – штука восточная. Мне же придется действовать на Западе.

– Очень может быть, что в следующем веке по европейскому летосчислению тебе придется переметнуться на Восток. Например, если Запад поглотит океан.

– Этого не произойдет, папочка.

– В любом случае твоим действиям должны быть присущи грация, мастерство и стремление к совершенству. То есть все, чем щедро наделен твой учитель.

– Но если я достигну совершенства, то ничем не буду отличаться от тебя, – резонно заметил Римо.

– Ты не можешь быть столь же совершенным, поскольку только наполовину кореец. Тут и говорить не о чем. Конечно, если только ты не создашь собственную школу.

– Интересно, к чему ты клонишь?

Чиун назидательно поднял указательный палец, не забыв предварительно полюбоваться своим длинным и острым ногтем.

– Взгляни – вот самое надежное оружие мастера Синанджу Ну разве не изящно? Разве не совершенно? Никакой снаряд из металла, кости или дерева не сравнится с ним в смертоносной силе. Дом Синанджу отмечает специальный праздник – День Ножей Вечности, поскольку даже сломанный ноготь отрастет вновь, чтобы внушать ужас и почтение врагам Дома.

– Прежде всего он внушает ужас мне.

– А теперь посмотри на свои жалкие ногти.

Римо опустил глаза. Его ногти были коротко подстрижены по западному образцу, впрочем, ноготь указательного пальца правой руки казался длиннее прочих. На первый взгляд ничего особенного, и тем не менее специальная диета Дома Синанджу постоянные упражнения и отработка особой техники единоборства способствовали появлению на нем очень твердой и острой режущей кромки, способной рассечь даже кожу носорога.

– По мне, так все великолепно.

– В глазах же мастера Синанджу твои ногти выглядят убогими и бесформенными. Если бы мои предки, которые, в свою очередь, являются и твоими...

– Полупредками, – перебил его Римо.

– Если бы наши предки видели, с какой легкостью ты кромсаешь свои божественные Ножи Вечности, словно это какие-то лимонные корки, они бы посыпали головы пеплом и разорвали на себе кимоно.

– Я встретил в Войде кое-кого из старикашек. Никто и словом не обмолвился о моих ногтях.

– Да они просто смущались! Неужели ты думаешь, они стали бы указывать пальцем на твой недостаток, будь у тебя, к примеру, лишний палец на руке или уродующий шрам?!

– А вот ты бы стал.

– Да, стал бы, стал! – взвизгнул Чиун. – Ты позоришь меня перед предками и родственниками, поскольку придерживаешься путей белого человека, другими словами, западного образа жизни. Как посмеешь ты надеть кимоно и сандалии мастера, если не способен вырвать глаз у врага Дома? Ты ходишь с высокоподнятой головой, но при этом носишь на руке эти чертовы железяки! Осталось только вдеть в ухо серьги или латунное кольцо в нос! Впрочем, на Западе еще не то делают...

– Ладно тебе, Чиун. Мы спорим с тобой годы напролет – и все впустую! Кончай давай.

– Нет, я не закончу. Просто временно прерву разговор. Теперь я полностью убежден, что иду единственно верным путем.

– А я вот убежден в том, что нам давно пора обедать, – простонал Римо.

– Сможешь самостоятельно приготовить рыбное филе без ножа и прочих железок, тогда и ешь рыбу! Но не раньше.

Телефон между тем звонил вовсю, и разъяренный вконец Римо бросился к аппарату.

– Кто это, черт побери, названивает? – рявкнул он, обращаясь к невидимому собеседнику.

– Римо? Что-нибудь случилось? – удивился Харолд В. Смит.

– Да вот Чиун тут утверждает, будто мои ногти длиннее ваших, а это непорядок, коль скоро вы мой начальник.

Смит издал какой-то странный звук, слегка напоминающий клекот орла.

– Видите ли, Римо, надо бы вам съездить в Мексику.

– А что там, в Мексике?

– Сильное землетрясение.

Мастер Синанджу расцвел.

– Ага! Я ведь тебе говорил, а ты отказался принять к сведению доводы разума.

– Что там за шум? – спросил глава КЮРЕ.

– Чиун опять действует мне на нервы. Утверждает, что пару часов назад он чувствовал, как земля уходила у него из-под ног. А он, бедняжка, страдал в полном одиночестве.

– Положение в Мексике весьма напряженное. Уже объявлено чрезвычайное положение. Все пограничные пункты наводнены беженцами, которые требуют политического убежища.

– И что же? Впускайте их – или перекрывайте границу. В конце концов, решать-то Америке.

– Есть и еще кое-что. Вам знакомо имя Верапас? Подкоманданте Верапас?

– А как же! Этот главарь мятежников мнит себя вторым Фиделем Кастро.

– Именно. Он отдал приказ своим людям выходить на улицы и чинить беспорядки. Верапас жаждет революции и полагает, что исторический момент наступил. Так вот, пора изъять его из политической колоды.

– Отлично!

– Весьма рад, что у нас одинаковый взгляд на вещи.

– Наплевать мне на Мексику! Главное – снять напряжение, – с чувством произнес Римо.

– Какое там напряжение! – сразу же вступил в разговор Чиун. – Это у меня нервы не в порядке. Я возвысил тебя над всеми прочими учениками, и что взамен? Жалкие, беспомощные ногти, созерцание которых приводит меня в ужас.

– Слушай, оставь, очень тебя прошу!

– Оставить?! – Мастер Синанджу мелькнул, словно молния, и в мгновение ока спустил отличное рыбное филе в мусоропровод.

– Билеты до Мехико вы получите в офисе авиакомпании «Ацтека Эйрлайнз» в аэропорте Логан, – продолжал бубнить в трубку Смит. – Связь с городом Сан-Кристобаль де лас Касас в провинции Чьяпас будете осуществлять посредством «Аэро Кецаль». В Сан-Кристобале выходите на объект в городишке Бока-Зоц. Там собираются сторонники фронта имени Хуареса, а Верапас проводит свои собрания и пресс-конференции.

– Если это известный факт, почему федеральные войска не в курсе?

– Они в курсе. Но устранение Верапаса в случае чего скорее вызовет осложнения, чем разрешит проблему, поэтому инициативу берем на себя мы. Пусть сложится впечатление, будто смерть вызвана естественными причинами.

– Так, что еще?

– Будьте крайне осмотрительны. Наши отношения с Мехико оставляют желать лучшего, поэтому никакой самодеятельности в области дипломатии.

– Кормить во время перелета будут?

– Конечно.

– Отлично, – отозвался Римо и повесил трубку. – Мы направляемся в Мексику, папочка.

Чиун, похоже, чистил раковину и избегал смотреть в глаза ученику.

– Не забудь захватить перчатки, – пропищал он.

– Перчатки в джунглях не нужны, – заверил его Римо.

– Когда твои пальцы обретут твердость клинков, тебе не придется стыдливо прятать их в перчатки даже в холодную погоду, – последовал ответ.

Римо стал демонстративно созерцать потолок.

Глава 8

Огнетушитель приближался к таможне аэропорта Мехико, сжимая в руке паспорт на имя Ласло Кранника-младшего. Волосы он выкрасил в радикальный черный цвет, на нос нацепил солнечные очки, чтобы скрыть от случайных взглядов глаза пронзительно-голубого цвета. Серый тонкий пиджак, надетый на черную тонкую водолазку, придавал ему вид типичного латиноамериканца.

В руке он держал дорожную сумку, а на его могучем плече висел рюкзак.

И в рюкзаке, и в сумке находились неметаллические части суперавтоматического пистолета «хелфайр» – наиболее современного и смертоносного из всех видов стрелкового оружия.

В кожаной кобуре на поясе хранился еще один пистолет – маленький, изготовленный из особого рода керамики, на которую не реагировали металлоискатели.

Таможня так и пестрела разного рода табло. Нажав на соответствующую кнопку, любой вновь прибывший с минуту ждал. Если загорался зеленый свет – он следовал дальше. Красный же служил сигналом личного досмотра или досмотра багажа.

Огнетушитель с самым невозмутимым видом нажал кнопку. Красный! Ничего не поделаешь, бывает. Под пристальным взглядом бдительного таможенника парень швырнул багаж на стол.

– Паспорт, пожалуйста.

– Что?

Мексиканец вгляделся еще внимательнее. Теперь его глаза сверкали словно лезвие ритуального ацтекского ножа из обсидиана.

– Американец? – строго спросил он.

– Да.

Чиновник протянул руку:

– Ваш паспорт, сеньор.

Наступал критический момент. Главное – миновать паспортный и таможенный контроль.

Служащий в темно-зеленой форме внимательно осмотрел документ. Если бы он знал, кто перед ним, то наверняка отнесся бы к бумажке и ее обладателю с большим почтением. Мексиканец и не подозревал, что имеет честь лицезреть Блейза Фьюри и находится на расстоянии вытянутой руки от знаменитого на весь свет Огнетушителя.

Чиновник поднял глаза:

– У вас есть еще какие-нибудь документы, удостоверяющие личность?