Читаем без скачивания Объединяй и завоевывай - Уоррен Мерфи

Дверь с лязгом захлопнулась, и броневичок понесся по магистрали. Огнетушителя охраняли два солдата федеральной армии с невозмутимыми, словно у идолов, лицами.

– Ребята, вы всегда такие радостные? – осведомился задержанный.

Солдаты в коричневой форме промолчали, по-прежнему глядя в пространство.

– Дьявол вас задери, молчуны!

Снова никакой реакции. Только секундой позже Огнетушитель понял, что они не знают английского.

Доносившиеся снаружи звуки оживленной транспортной магистрали поражали своим разнообразием и богатством оттенков. Блеяли и вопили сирены, самый же воздух, проникавший в глубь бронемашины, отдавал выхлопом и серой. Наверное, так воняет в аду.

Броневичок то и дело замирал на перекрестках перед красным огнем светофора, и потому казалось, машина передвигается толчками.

У ног Огнетушителя валялась его расстегнутая сумка. Один из солдатиков приметил яркую фольгу и нагнулся рассмотреть, что это такое.

Напарник решил, что ему тоже не стоит упускать свой шанс. Он поднял с пола рюкзак и принялся осматривать его содержимое.

– Эй, оставьте, это не ваше!

Солдаты не обратили на него никакого внимания. Одну за другой они доставали детали автомата и срывали с них яркую обертку.

Очень быстро выяснилось, что представляет собой содержимое многочисленных ярких свертков. Ведь как-никак это были солдаты, кое-что понимавшие в оружии. Постепенно, словно невзначай, они собрали пистолет-пулемет Огнетушителя. Они словно бы с интересом решали головоломку. Итак, смертоносный «хелфайр» обрел наконец форму.

– Молодцы, ребята, хотя и болваны! Спасибо, мне же потом легче будет.

Броневичок снова остановился на светофоре и неожиданно стал раскачиваться на рессорах из стороны в сторону. Потом начались опасные продольные колебания. Солдаты в салоне стали хвататься за что попало, чтобы удержаться.

– Что за чертовщина?! – в недоумении взревел Огнетушитель, падая на пол. Руки у него были скованы за спиной.

Мексиканцы испуганно заморгали. Один из них уронил собранный чуть ли не до последнего винтика «хелфайр».

– Ой, аи, ой-ой-ой!

Машину раскачивало, словно во время шторма. Там, за тонкой броней, творилось что-то невообразимое. Казалось, кругом звенят, бьются и рушатся стеклянные витрины. Точно, билось стекло. Много стекла. А затем разом лопнули все существующие на свете зеркала.

Один из охранников, ополоумев от ужаса, вдруг выкрикнул:

– Тремблор – тряска!

– Что?

– Тремблор де терра! Землетрясение.

Другой завопил еще громче:

– Терремото! Терремото! Трясет! Ох как трясет!

– Слушай, скажи по-английски, а?

– Терремото!

Теперь уже трясло вовсю. Огнетушитель со всего маху стукнулся о крышку броневичка.

– Ох!

Солдаты как по команде спрыгнули с сидений, распахнули бронированную дверь и в одно мгновение испарились.

– Подождите, куда вы? Что происходит?

Броневик тем временем в буквальном смысле начал подпрыгивать. Теперь какофония звуков, доносившаяся с улицы, приобрела зловещий оттенок. Кричал какой-то мужчина, вопила женщина. Со звоном сыпалось стекло. И вот послышался жуткий звук лопающегося камня.

Автомобиль закружил в бешеном вальсе, словно какой-то гигантский шутник принялся вращать его на одном месте. Теперь сквозь распахнутую дверь Огнетушитель видел, как на улице рушились и обращались в прах здания.

– Вот дьявольщина! Прямо отец и мать всех землетрясений!

Парень решил воспользоваться случаем. Он выпрыгнул наружу, но соприкосновение с жесткой поверхностью земли оказалось не из приятных – сам того не желая, он зловеще клацнул зубами. Лежа на животе, Огнетушитель осмотрелся, пытаясь оценить ситуацию.

Да, из броневика лучше было бы не вылезать. Весь город сотрясался в сумасшедшей пляске, а с юго-востока на огромный полис надвигалось какое-то ревущее – да так, что кровь стыла в жилах, – облако. Огнетушитель вернулся в машину и ловко поддел ногой свой лежавший на полу автомат. Потом извлек из отсека для инструментов острый стальной шип и попытался открыть замок наручников.

Замок, однако, сотрясался вместе со всем городом.

– Чтоб тебя! Можешь ты хотя бы минуту не дергаться?! – в сердцах заорал Огнетушитель.

Когда ему удалось наконец избавиться от железных браслетов, земля все еще колебалась и стонала. Подняв с пола «хелфайр», американец сунул его в рюкзак вместе с остальным снаряжением.

И тут все стихло, наступила минута ужасающей, непереносимой тишины.

Блейз Фьюри сделал первый шаг по земле.

Огромный город был поставлен на колени. Все здания к северу лежали в обломках. У многих рухнули стены, что позволяло видеть содержимое комнат, большей частью офисов.

Вокруг в смятении бегали люди, заламывая руки и кляня силу, разрушившую город.

– Бог мой, прямо Оклахома-Сити в квадрофоническом стерео!

И тем не менее землетрясение сыграло на руку Огнетушителю.

Забравшись на место водителя, он обнаружил на месте ключи зажигания. Мотор все еще работал. Американец снял машину с ручника и двинулся вперед.

Растрескавшийся асфальт вокруг являл собой жалкое зрелище. По сторонам валялись брошенные, замершие без движения автомобили. Люди или бесцельно носились как угорелые, или бродили туда-сюда, с ужасом оглядывая развалины. Казалось, они еще не осознали зловещую значимость случившегося.

– Пожалуй, пора выбираться, – пробормотал Огнетушитель и свернул на более или менее свободную от транспорта улочку. Он то и дело жал на клаксон, и люди, как напуганные овцы, шарахались в стороны.

Увидев полосу неповрежденного шоссе, парень сразу же устремился к ней.

Всюду стояли пустые машины. Жизнь замерла, словно в сказочном царстве снежной королевы. Пока Огнетушитель пробирался вперед, огибая развалины и беспорядочные скопления автомобилей, зарядил дождь – грязный и какой-то зловещий.

Впрочем, пролившиеся с неба потоки только на первый взгляд походили на дождь. Стоило каплям упасть на ветровое стекло, как они прилипали к нему будто мокрый весенний снег. Впрочем, вряд ли можно было назвать снегом эту дымящуюся субстанцию.

Огнетушитель высунул руку из окна и тут же ее отдернул.

– Черт! Чтоб тебе пусто было!

Дуя на обожженную руку, он продолжал править другой.

Неподалеку от просторной мощеной площади Зокало парень притормозил, потом вдруг все понял.

Глядя мимо уже приспущенного наполовину национального флага, он увидел гору – одну из тех, что обрамляли столицу Мексики.

Гора извергала из себя столб густого плотного дыма цвета экскрементов.

– Пусть повылазят у меня глаза, если это не извержение вулкана, – пробормотал себе под нос Огнетушитель.

Подняв стекло, он мрачно катил по городу, поглядывая на то, как жители города, укрываясь от горячих осадков газетами и всем, что под руку попадется, пытались спастись от раскаленного пепла.

Впервые в жизни Огнетушитель встретил превосходящего по силе противника. Впервые его качества бойца ничего не значили. Впервые он чувствовал себя таким же беззащитным, как и любой безоружный смертный.

– Бог мой, если эта штука пукнет во всю силу, мои яйца сварятся вкрутую!

Глава 9

Самолет компании «Ацтека Эйрлайнз» вылетел из Бостона вовремя, но благодаря попутному ветру быстро долетел до Далласа и приземлился в международном аэропорту «Форт Уорт» на час раньше расписания.

– Объявляю для пассажиров, – проговорил капитан корабля по радио. – Мы сели в Техасе для дозаправки. Сейчас стюардесса пройдет по салону и соберет деньги, являющиеся налогом на топливо.

– Налог на топливо? – удивленно воскликнул Римо.

– Никаких налогов я платить не стану, – заявил сидевший у окна мастер Синанджу. Он всегда садился у окна, дабы первым заметить, что самолет падает.

– С какой стати мы должны платить налог на топливо? – спросил Римо стюардессу, которая поставила перед ним кассу для пожертвований.

– У компании «Ацтека Эйрлайнз» нет средств, чтобы платить за горючее после того, как Мексика вошла в Союз американских государств.

– Никаких налогов мы платить не станем! – заявил Чиун.

– Сейчас заплачу, – сказал Римо. – Все, что угодно, но мы должны взлететь.

– Они не предупредили нас заранее, – продолжал ворчать Чиун.

– О новых налогах узнавать всегда неприятно, папочка. Я тебя понимаю.

– Сеньор Росс Перо оказался прав, – заключила между тем стюардесса, когда Римо протолкнул в щелочку копилки две двадцатки. – Если бы вы, гринго, проголосовали за того здоровенного дядьку, Мексика сейчас была бы одной из ведущих стран.

– Ага. И тогда мы получили бы в придачу в качестве вице-президента генерала Альцимера.

– Все равно он лучше того деревянного малого, который и танцевать-то не умеет.

Самолет поднялся в воздух через тридцать минут. Сразу же после взлета подали обед.