Что, в свою очередь, приводит к пониманию страшной вещи: проблема на самом деле не у Запада, который даёт взятки или подталкивает к этому. Проблема у нас! В Индии, Китае, Пакистане, в России бизнес иначе работать не умеет: взяточничество, своячничество — за отсутствием ли законодательства, из-за экономических ли причин или культурных — здесь предполагаемая норма. А раз так, то и запретить тому же софтверному гиганту подмазывать скрипучую деловую машину, например, России, значит ударить по национальным интересам США! Вывод? Не ждите сурового наказания. Пожурят и отпустят с миром.
Забавно, что, комментируя расследование, Microsoft использует тот же аргумент, что и соцсети, владельцы интернет-видеотек и прочих крупных ресурсов: мол, при почти ста тысячах сотрудников и больше чем полумиллионе партнёров злоупотребления неизбежны!
Думаете, преувеличение? Ой ли. Расследование по Microsoft идёт вяло, и формальных обвинений до сих пор не выдвинуто. А эксперты говорят, что подобные дела часто тем и заканчиваются. Да, расследуют многих: скажем, в прошлом году одномоментно под подозрением в нарушении FCPA находились свыше 70 американских компаний, самого разного сорта и размеров, включая знакомых всем HP, Goldman Sachs, Pfizer. Однако чаще всего точку в деле ставит соглашение корпорации с правительством и выплата незначительных штрафов. До суда доходят единицы, да и из тех половина оправдывается.
В тех же случаях, когда наказания не избежать, поражает несоответствие размеров налагаемого взыскания и предлагавшихся сумм. Скажем, приближённый к государству гигант KBR за подкуп офлиц Нигерии для получения контракта на $6 млрд (суммарно выдано взяток на $182 млн) был приговорён только к полумиллиардному штрафу, а его гендиректор — к 30 месяцам тюрьмы. Всего же, к примеру, за 2012 год FCPA принёс казне около $200 млн, причём с тенденцией к уменьшению.
Естественно, уменьшение собираемых сумм едва ли говорит об отказе корпораций от практики подкупа. Скорее тут просматривается качественная игра лоббистов. Торговая палата США, отстаивающая интересы национальных деловых кругов, открыто давит на правительство, требуя, чтобы то не мешало вести дела за рубежом так, как это считают нужным сами корпорации («Мы живём не в полицейском государстве!»).
А нам, вероятно, придётся и дальше терпеть засилье американских ИТ-продуктов на отечественном рынке: платить в госкомпаниях больше не стали, а рука дающего, похоже, ещё долго не оскудеет…
В статье использованы иллюстрации Chris Potter, JimsFlicker.
К оглавлению
Прогноз для информационных технологий уровня предприятия: облачно, временами ясно
Андрей Васильков
Опубликовано 27 августа 2013
Ещё в начале XXI века со словами enterprise level прочно ассоциировались эксклюзивные и сверхдорогие ИТ-решения для крупнейших компаний. Однако в последние годы активно развиваются технологии, позволяющие даже малым фирмам поднять ИТ-инфраструктуру до недоступного ранее «уровня предприятия».
Стабильность ценится в этой сфере превыше новизны, поэтому для отрасли характерно относительно медленное развитие. Долгое время на этих заоблачных высотах просто не было альтернатив. Специфичным являлось абсолютно всё. Мейнфреймы с RISC-процессорами SPARC и DEC Alpha. Сети хранения данных с ленточными накопителями, диски SCSI и интерфейсы волоконной оптики FICON/ESCON. Всё это элитное железо работало под управлением непривычных для взгляда обывателя операционных систем, таких как Sun Solaris и HP-UX.
Сервер уровня предприятия IBM System p5 (фото: cisl.ucar.edu).
Менеджер по маркетингу IBM Нил Макхью (Neil McHugh) писал тогда, что его удивляет нарастающее внимание прессы к Microsoft Windows NT. Он считал, что Windows и Intel не место в серверном сегменте, а развитие интернета только сделает мейнфреймы ещё более востребованными. Тогда ни он, ни другие специалисты совершенно не видели угрозы со стороны более дешёвых и универсальных решений. Их просто не считали «истинно серверными».
Среди важнейших критериев указывались не только бренды, цена или возможности оборудования. «Уровень предприятия» всегда подразумевал продажу готового решения с оперативным развёртыванием, лёгким масштабированием, круглосуточной поддержкой и обучением специалистов.
Всё это давно можно делать и с помощью более дешёвых серверов на процессорах Intel Xeon или AMD Opteron типичной архитектуры x86, работающих под управлением привычных ОС Linux или Windows Server. Однако главным новшеством стало даже не это. Ситуация в корне изменилась из-за технологий виртуализации, благодаря которым создание сложного физического уровня ИТ-инфраструктуры предприятия вообще перестало быть актуальным.
Первый американский коммерческий компьютер UNIVAC I сейчас выглядит как иллюстрация к роману в жанре стимпанка (фото: Hulton Archive/Getty Images).
Метко выразился обозреватель издания Ars Technica Ли Хатчинсон: «Теперь вам не обязательно строить огромный дата-центр, чтобы заслужить право претендовать на уровень крупного предприятия и пользоваться всеми его преимуществами». Сегодня enterprise level уже не синоним концерна с раздутым штатом ИТ-отдела и этажами серверных помещений. Скорее это показатель масштабов основной работы предприятия.
Если ваша компания не специализируется на ИТ, а производит какую-то продукцию, то сосредоточьтесь на ней. Не тратьте половину средств на мигающие стойки с километрами проводов, собственной сплит-системой и резервным питанием. Так было принято в девяностых, но сегодня это уже не вложения средств, а прямые убытки. Реально вам нужны не триллионы транзисторов, а простая услуга по хранению и обработке корпоративных данных с удобным защищённым доступом к ним отовсюду. Оставьте серверы админам и максимально выведите весь физический уровень ИТ за пределы своей компании.
Пожалуй, ветер перемен стал ощутим к 1998 году, когда Compaq купила за бесценок бывшего лидера отрасли — корпорацию Digital Equipment. Приобретение пришлось на закат эры RISC-процессоров и не принесло ощутимой пользы. Спустя три года Compaq сливается с HP. Вместо дорогих мейнфреймов на RISC-процессорах серверные помещения наполняются стойками с дешевыми многоядерными Intel Xeon и AMD Opteron. Наметившийся курс на аппаратную унификацию чуть позже утвердился на программном уровне. С введением COM +, а затем и .NET, Windows Server начала набирать всё большую популярность на предприятиях.
Виртуализация x86-серверов не просто продолжает развиваться сегодня: она становится ключевой технологией для всех остальных. Доступность серверов архитектуры x86 привела к неожиданной проблеме – росту их числа на фоне потери общей эффективности.
От виртуальных машин к виртуальным сетям (изображение: Brad Hedlund).
С появлением у компании каждого нового приложения возникало желание просто выделить под него ещё один сервер: это удобно и дёшево на этапе внедрения. Однако спустя некоторое время часть приложений оказывается неактуальной, а серверы начинают простаивать. Особенно это коснулось предприятий с сезонным наплывом клиентов, где большую часть года вычислительная мощность сильно избыточна.
С развитием виртуализации и облачных сервисов проблема балансирования нагрузки отпала, принеся, помимо удобства, исключительную мобильность. В любой момент вы можете арендовать больше вычислительных ресурсов, высвободить лишние или мигрировать на другой физический сервер. У вас больше нет стремительно устаревающего оборудования: вы просто выбираете подходящий пакет услуг и меняете его по мере необходимости.
Компания VMware сделала виртуализацию частично доступной для серверных решений ещё в 2001 году, а VMware Server стала популярной платформой с 2006 года. Вскоре появилась и технология Microsoft Hyper-V на Windows Server 2008.
Результатом виртуализации для предприятий стало в первую очередь то, что стоимость добавления сервера перестала равняться покупке нового. Возникла совершенно новая парадигма управления ИТ-инфраструктурой предприятия.
Облачные технологии (изображение: cla.asn.au).
Пока ещё тревожным моментом остаётся защита данных и контроль экспортных ограничений. Например, американские предприятия, работающие на международном уровне, несут ответственность за утечку данных. Они должны следить за тем, чтобы принадлежащие им и попадающие под экспортные ограничения сведения оставались на американских серверах. Однако это решаемый вопрос, не снижающий в целом популярности подхода. К примеру, облачным веб-сервисом Amazon Elastic Compute Cloud сегодня пользуются тысячи компаний самого разного уровня.
