Знаете, каким будет самый приятный бонус от перехода на электрическую тягу? Ну да, меньший вред для окружающей среды, никакого шума и прочая экология… Но — давайте начистоту: когда это вас по-настоящему волновало? Фишкой, которую будут рады получить абсолютно все, станет беспрецедентная по меркам нынешней автомотоиндустрии безопасность. Возможно, вы уже слышали о скандальчике, устроенном самым ярым фанатом электромобилей, Элоном Маском, на прошлой неделе: серийно производимый его компанией Tesla Motors электроседан Tesla Model S был объявлен автомобилем с наивысшим рейтингом безопасности из всех, когда-либо поступавших в продажу в Соединённых Штатах. Рейтинг по результатам нескольких краш-тестов присваивает Национальное управление по безопасности дорожного движения США (NHTSA), и вот оно-то и оценило Model S на «пятёрку» (и даже, если верить производителю, на невероятные 5,4 балла при максимальных пяти!) не только в общем зачёте, но и по каждой из тестируемых подкатегорий в отдельности. Практический смысл: Model S гарантирует наименьшую из доступных на американском рынке вероятность травмирования людей в салоне в любой из мыслимых аварий, включая «перевёртыш».
Ни в Model S, ни в Tesla Roadster пока не погиб ни один человек. Даже аккумуляторы в них не горят, хоть это и не исключается производителем (очевидно, работает ячеистая структура). А биться — бьются. Вот, к примеру, результат выезда за ограждение пьяной американской бимбо.
Собственно скандал cлучился потому, что Маск… скажем так: слегка приукрасил картинку, а NHTSA не постеснялась на это указать. Четыре десятых балла, дорисованные к «пятёрке», — результат работы пиарщиков Tesla Motors, вероятно, придуманный ими, чтобы подчеркнуть преимущество своего авто перед теми редкими бензиновыми конкурентами, которые тоже оценены на «пять» по каждому пункту (таков, в частности, Volvo S60).
Впрочем, Маску и его команде и впрямь есть чем гордиться — и, вероятно, будь тесты на автобезопасность более строгими, Model S действительно обставил бы и S60, и любое другое авто с ДВС. Причина конструктивная: крохотный (по сравнению с бензиновым) электромотор Model S спрятан у задней оси, а освободившееся подкапотное пространство употреблено для размещения конструкций, поглощающих энергию удара. Так что, как только регуляторы озадачатся оптимизацией рейтингов безопасности с учётом новооткрывшихся обстоятельств, электромобили влёгкую «сделают» бензиновых и дизельных конкурентов.
К тому моменту на рынок должны подоспеть и авторулевые. Они уже на подходе: Google, Nissan, BMW, GM, Volvo, Toyota (вероятно, и многие другие) планируют выпустить свои самосамобеглые коляски ещё до конца десятилетия. Причём может получиться и так, что Google, пришедшая в этот сегмент первой, на реальных дорогах окажется в роли догоняющей (даже учитывая, что она вряд ли будет выпускать робоавтомобили сама; скорее она станет этакой Microsoft нового автомира, занимаясь только программным обеспечением): те же Nissan и GM планируют скорый агрессивный поэтапный захват рынка выпуском робоавто с ограниченной функциональностью для нишевых применений. Тут, в общем, хороши любые предположения, а если верить более или менее адекватным прогнозам, то уже к 2020-му самоуправляемые авто станут такой же нормой, как сегодня «гибриды», а ещё десятью годами позже каждый второй автомобиль, сходящий с конвейера, будет оснащён автопилотом.
Готовый анекдот: пока Mercedes-Benz и УАЗ снимают рекламные ролики про ломающиеся испытательные стенды, Tesla Model S на переворотном краш-тесте действительно сломал стенд. Настолько крепка крыша, сделанная из космических материалов.
Таковы факты или (в худшем случае) обоснованные предположения. Опершись на которые можно задать главный вопрос: как будут обстоять дела с безопасностью роботизированных электромобилей?
На первый взгляд, вопрос этот относится к автоматике. В самом деле, сможем ли мы довериться автоматическому четырёхколёсному другу? Ответ нетривиален — прежде всего потому, что опытных данных недостаточно. Да, гугловские робоавто накатали сотни тысяч миль по реальным дорогам, но если помнить, как «виснут» порой параноидально надёжные «облачные» системы той же Google (см. «Даунтайм в десятую процента»), даже пиарщикам будет затруднительно поставить знак равенства между фактом длительного безаварийного пробега и гарантией адекватного поведения робота на дороге.
Зато мы с полным правом может утверждать, что и человек несовершенен — и, что особенно важно, во многих ситуациях автоматика сработает лучше. Мы медленно реагируем, мы выпиваем, немногозадачны, превышаем скорость, засыпаем за рулём, и так далее и тому подобное. Значит, можно предположить, что среднестатистически замена живого водителя роботом даст заметное снижение аварийности и повысит безопасность транспортировки homo sapiens.
Просьба убрать от экранов женщин и детей: таможня США уничтожает нелегально ввезённый Land Rover Defender. Продажа этих автомобилей в стране запрещена, поскольку не выполняются минимальные требования защищённости пассажиров — в частности нет подушки безопасности…
И вот тут мы наконец приходим к главному. А готовы ли вы — вы лично! — уступить руль автоматике? Допустим, с функциональной точки зрения к этому можно будет привыкнуть (вам нужно попасть из точки А в точку Б — и машина это обеспечит). Равно и изжить в себе инстинктивное желание держаться за руль во время езды. Но что поделать с удовольствием от вождения?
Ведь вся автомобильная индустрия зиждется на этом глупом факторе: никто со времён старика Форда не продаёт автомобиль как транспортное средство, все взывают к животному «хочу»! И, думаю, вы не будете смеяться, если узнаете, что в тех (редких пока ещё) опросах, где речь заходила об ощущениях от езды на робоавто, многие из респондентов отвечали на «Уступите?» категорическим «Нет». Купить автомобиль, чтоб тебя возили на нём как на автобусе? Рехнулись?!
Вот так и вырисовывается парадоксальная проблема, с которой автомир может столкнуться уже в ближайшие десять лет: человек станет тормозом на пути прогресса! Будь мы стопроцентно логичными, бесстрастными существами, электроробоавтомобиль мог бы транспортировать нас с беспрецедентной безопасностью. Но мы же сами будем ставить палки в колёса! Конечно, вряд ли кто-то из вендоров рискнёт исключить ручной режим вождения (любое робоавто отключит автоматику, стоит водителю взяться за баранку). И конечно, на борту в любом случае будет оборудование, которое повысит безопасность даже в ручном режиме (вроде лидаров, коммуникаций V2V и т. д.). Но, увы, главную помеху — прокладку из плоти и крови между рулём и сиденьем — автовендорам не изжить.
Если, конечно, они всё ещё хотят, чтобы их машины покупали.
К оглавлению
Технология мысленных приказов: как устроен первый интерфейс «мозг — мозг»
Андрей Васильков
Опубликовано 29 августа 2013
Исследователи из университета штата Вашингтон провели необычный эксперимент, который можно считать первым в истории случаем успешной передачи мысленных команд от одного человека к другому через интернет.
Работы по развитию интерфейсов «мозг — компьютер» (BCI) и различных способов неинвазивной стимуляции определённых участков коры головного мозга в последние годы пользуются особой популярностью.
Недавно в университете Дьюка впервые испытали интерфейс «мозг — мозг» на двух крысах, а затем смогли заставить крысу подчиняться мысленным приказам экспериментатора. Это исследование продолжает аналогичные работы, впервые демонстрируя рабочий вариант удалённого интерфейса «мозг — мозг» между двумя людьми.
Схема интерфейса «мозг — мозг» (изображение: University of Washington).
Один из авторов идеи использовал BCI для управления пушкой в компьютерной игре. Он представлял, что нажимает в нужный момент клавишу «пробел» (команда «Огонь!») и следил за тем, чтобы на самом деле его пальцы оставались неподвижными.
Второй участник эксперимента сидел на противоположной стороне университетского кампуса. За его спиной работал другой компьютер с этой же игрой. Игрок был расположен спиной к экрану и использовал наушники, подключённые к системе шумоподавления, чтобы максимально абстрагироваться от окружающего мира. На его голове при помощи обычной плавательной шапочки была закреплена катушка системы транскраниальной магнитной стимуляции (TMS) мозга.
