Читаем без скачивания Седьмая чаша гнева - Петр Котельников

Видеть зрительный образ можно и, находясь, в состоянии бодрствования. Каких мысленно картин мы за день не создаем нашим органом зрения. От накрытого к обеду стола, до образа любимого человека. Иногда такие видения настолько ярки и четки, рождаются зрением в пространстве, в объеме. Мы их называем галлюцинациями. Они могут наблюдаться у алкоголиков, допившихся до белой горячки. Причем они, как правило, возникают в тот промежуток времени, когда алкоголик не принимает спиртного.

Санька Горохов четвертый день не употреблял спиртного. Такого длительного перерыва у него еще не было. Трезвый, с чистым взглядом, как у стеклышка, он возвращался домой, проживая в конце улицы Чапаевской города Самары в двухэтажном старинном доме. Открыв наружную дверь, он оторопел. На периллах лестницы сидели друг с другом рядышком восемь чертей. Нет, рожек у них не было. Они скорее напоминали лохматых обезьян с оранжевого цвета волосами. Лица их тоже были покрыты волосами. Круглыми, как у сов, глазами они внимательно смотрели на вошедшего. Некоторые строили ему рожицы. Санька хотел прошмыгнуть мимо, да не тут-то дело. Черти, взявшись за руки, охватили его плотным кольцом. «Куда ты спешишь, приятель? – сказал один из них. – Тебя еще выкупать надо, посмотри на себя, какой ты грязный?» Санька пытался отбиться от них. Не вышло, черти оказались посильнее! Взяв его за руки и подталкивая в спину сзади, они повели его к берегу Волги. Там, раскачав за руки и ноги, бросили в воду. Так, примерно рассказывал любитель спиртного, попав в психоприемник, куда его мокрого доставили, выловив из реки, когда Горохов в одежде и обуви плавал в ней.

Анфиса Ивановна, постучав в квартиру соседа, и не получив ответа, вошла. То, что она увидела, ее потрясло – сосед, мужчина лет 36, одинокий, ножом резал свою руку. Соседка выскочила из квартиры, забежала к себе и начала звонить в милицию и скорую помощь. Соседа забрали и увезли. На вопрос, почему он резал свою руку, тот ответил, что резал не руку, а змею, руку обвивающую. Оказалось, сосед страдал шизофренией, а видение его ничто иное, как зрительные галлюцинации.

Орган зрения прекрасно вписывается в систему взаимодействия с внешней средой. Постоянно контактируя с загрязнением воздуха, наш глаз редко болеет, слеза, вырабатываемая слезными железами смывает все пылевые частицы, она же убивает активно все виды микробов, Жаль, что она не сохраняет бактерицидных свойств длительное время. Мы не станем говорить о заболеваниях глаз, их множество, раз целый отдел медицины – офтальмология занимается ими. Остановимся еще на плаче, на том, что редко описывается в специальной литературе, хотя в художественной о нем немало сказано. Мы часто плачем. Но состав слезы меняется от причины, вызвавшей ее появление. Слезы от огорчения, вызванного душевными переживаниями, способствует выведению из организма сосудосуживающих средств, вызывающих спазмы сосудов мозга и сердца, предохраняя их от перегрузок. Инфаркты миокарда чаще наблюдаются у тех, кто сдерживает, гасит внутри себя эмоции. Нужно разрядиться, выплакаться, выкричаться… Слеза при попадании в глаз инородного тела, содержит больше бактерицидных веществ. И это понятно – надо смыть инородное тело, надо убить микроб, чтобы он не вызвал воспаления глаза.

Мир поющий и грохочущий

Сравните уши осла и человека. У осла они огромные, сокращением мышц поворачиваются раструбом своим по направлению к звуку, чтобы звуковые волны попадали в слуховой проход. Человек с ослабленным восприятием слуха прикладывает ладонь к ушной раковине и поворачивает голову, чтобы звук тоже попадал ему в наружный слуховой проход. Отсюда становится ясным назначением ушной раковины, как, наверное, ясно и назначение наружного слухового прохода – направить звуковой поток в нужном направлении. По пути он встретит еще наружную барабанную перепонку, систему слуховых косточек, назначение которых усилить колебательные движения (резонаторы), а раздражение нервных окончаний во внутреннем ухе продуцирует нервные импульсы, которые направятся в головной мозг, где возникнет их анализ. Этот анализ и будет положен в синтез слухового ощущения. У одного ощущение мелодии, у другого – неприятного звука. Когда спросили одного видного физика, как он относится к оперной музыке, тот ответил: «Музыки нет, есть тихие и громкие звуки!»

Мир полон звуков, чарующих и оглушительно грозных. Создатель исключил из нашей программы огромное количество звуков. Трудно представить, что было, если бы мы могли их все воспринимать? Помните книгу Ж. И. Кусто, ученого океанографа – «В мире безмолвия», красочно и доступно описывающего мир водной стихии. Читая, начинаешь ощущать, насколько мы еще слепы в познании того, что нас окружает. Толща вод для нас – все еще закрытая книга. Нами приоткрыты, но не прочитаны даже первые страницы ее. Моря и океаны – это густо населенный мир со своими законами, таинственный и неизученный. А ведь четыре пятых земной поверхности занимает вода. Этот мир создает звуки, но мы их просто не слышим. Передача звуковых волн в плотной среде, каковой является вода, происходит значительно лучше. Не по этому ли мы не слышим ультразвуки, улавливая приборами, скажем, «попискивание» дельфинов. Нам, людям, нужно знать, что ультразвуками можно «прощупать» любое тело, в том числе и человеческое. Запредельные параметры его разрушают все, гранит в том числе. Поэтому истинное счастье, что наш слуховой аппарат не воспринимает ультразвук. Но есть звуки противоположного спектра, настолько низкие, что мы тоже не слышим их, хотя можем воспринимать их как нечто непонятное гнетущее чувство опасности, вызывает иногда панику, сопровождающимся двигательными реакциями. Звуки такие мы назвали инфразвуками.

В начале XX века в старинном лондонском театре «Лайрик» ставили пьесу, в середине которой действие переносилось из современности в прошлое. Но постановщик Джильберт Миллер напрасно пытался нагнать необходимую таинственность – ухищрения костюмеров и декораторов казались жалкими трюками. Среди друзей театра на репетиции присутствовал знаменитый физик Роберт Вуд. Он предложил воздействовать на публику низкой, почти неслышимой нотой. На следующий день в театр привезли очень длинную и широкую трубу и пристроили ее к органу. Никто, кроме Вуда и еще нескольких лиц, не знал об этой затее. По-видимому, рассчитывая трубу, Вуд ошибся – звука не было вовсе. Но хрустальные подвески на канделябрах старинного зала дрожали, все присутствующие почувствовали беспричинный страх. Даже на улице началась паника…

Некоторые животные хорошо слышат звуки, слишком низкие по частоте для человеческого уха. Становится понятным, почему медузы накануне шторма уходят от берегов, а глубоководные рыбы перед землетрясением поднимаются кверху. На медуз инфразвук действует сверху, а на глубоководных рыб – снизу, от дна. Возможно, что восприятие инфразвука нами утрачено сравнительно недавно и еще полностью не исчезло. Мы его просто не осознаем. Для животного слух важнее зрения. Зрение может быть закрыто естественным, природным экраном, а слух предупредит о надвигающейся опасности. Вы, люди, хоть на экране кино, видели картину сорвавшихся и бегущих в безумном страхе животных? Такое происходит часто наяву в природе. Животные не видят, но они уловили слухом невидимую опасность. Следует и самим спасаться, не доверять тем, кто слышит лучше вас, не стоит. Скажем, лошадь слышит звуки, издаваемые гремучей змеей на расстоянии более 10 км. Нам не следует обижаться на Бога, он дал нам великолепный слух, просто живя в цивилизованном мире, полном искусственных звуков, мы утратили этот дар, отвыкли от естественных звуков. Звуков спокойного летнего дня, когда весело шелестит листва, разговаривая между собой, поскрипывают стволы одряхлевших деревьев, пения птиц, кукования кукушки, стук дятла, долбящего ствол дерева, чтобы добраться до насекомого, спрятавшегося под корой. А звуки шмелей, пчел, жуков, стрекоз?..

Природа напоминает о себе горожанам, когда стихия разгуляется, оглушая нас раскатами громов, шумом несущихся водных потоков и глухим уханьем обвалов. А обычно мы слышим хлопанье закрываемых дверцев автомобиля, шуршание резины колес по асфальту, лязг и скрежет тормозных колодок. Человек, в поисках гармонии с природой, уходит в музыку. Уходили еще тогда, когда естественных очагов природы было в избытке. Но естественных звуков в дни торжеств, народных гуляний, не хватало. Невозможно заказать хор певчих птиц на свадьбу. Можно наслаждаться чудесными трелями соловья, но пуститься в пляс под них невозможно. И человек стал создавать искусственно предметы, издающие звуки. Ими были дудки, флейты, барабаны. Общество людей развивалось, усложнялись и музыкальные инструменты. В ритм звуков вплетались слова. Возникали песни, гимны. Стихи, хорошие стихи служили музыке, в свою очередь музыка служила поэзии. В ритме величавых песен создавались гимны Богу. В рифме стихов написан самый серьезный и важный документ – Библия. Я верю, что найдется такой музыкант, который подарит человечеству музыку, близкую к той, что создал Бог для главы «Бытие». Но, вернемся к тому, что орган слуха, как и орган зрения, состоит из периферического, воспринимающего отдела уха, слухового нерва, идущего от него в головной мозг, и участок коры, где происходит анализ и на основе его создается синтез слухового ощущения. Следует сказать, что у человека, в быту, работают одновременно несколько анализаторов. Скажем, орган зрения и слуха. По звуку, слышимому вами, вы создаете мысленно знакомое вам зрительное ощущение. И не видя его, а, только слыша, уверенно заявляете: «По улице двигается колонна автомобилей!» «А вот промчалась полицейская машина, издающая своеобразные чередующиеся звуки сирены». Вы, не видя ее, мысленно представляете мигание цветных фонарей, прикрепленных спереди, над крышей.