Фил лишь поднимает брови, стреляя в меня непонимающим взглядом. В нём нет и доли того позитива, который он обычно транслирует всем без разбора.
— Можешь дать свою руку?
— Я за рулём, если ты не заметила, — хмуро сводит брови вместе, а я скриплю зубами, не зная, как уговорить его на сущую мелочь.
— Я… — начинаю и осекаюсь, потому что умолять его у меня нет сил.
Просто показываю фото бывшего с его нынешней, когда мы останавливаемся на светофоре. Фил усмехается, понимая на что я намекаю. Кажется, что игнорирует мой молящий взгляд, но как только загорается зеленый, подает мне правую руку.
— Затея идиотская, сразу говорю, — оповещает меня, пока я переплетаю наши пальцы, вспыхивая от этого неловкого контакта, — но чьё-то самомнение пошатнёт.
Делаю несколько кадров с разных ракурсов и, не глядя на Лёню, хочу убрать пальцы, но он вдруг сжимает свои и усиливает захват.
— Что ты делаешь?
Леонид проводит подушечкой большого пальца по моему, и я сглатываю, наблюдая за его действиями.
— Добавляю реалистичности твоей сторис, — кивает на телефон, а я краснею.
Чёрт! Снимаю, но изображения не вижу, потому что сердце кидает странные финты. То работает, то замирает. Я списываю всё на бывшего и его новую подружку. Других причин для тахикардии у меня ведь попросту нет? Публикую видео, добавляю его в сторис и ляпаю сбоку красное сердечко, не замечая, как Лёня бросает взгляды на экран моего телефона.
— Меня не отметишь? — улыбается уголками губ, и получает в ответ мой злобный взгляд. — Дай кайфану, — снова сжимает мои пальцы своими, когда я пытаюсь их убрать, и запускает тем самым ускоренный режим работы всех моих внутренних органов, — считай, что это плата за моё благородство.
12
— Я уже говорила, что твоя идея ехать в такую погоду — отстой? — перекрикиваю шум дождя и смахиваю с лица влагу, пытаясь разглядеть, что вытворяет с колесом сводный братец.
— Не фони, baby, — спокойно отвечает Лёня и протягивает руку в мою сторону, касаясь правой коленки пальцами, — ключ подай.
— Какой?
— Он там один, Ярик, — слегка рычит, а я осматриваюсь и подаю нужный инструмент.
Внимательно слежу за каждым его действием и обнимаю себя руками, потому что промокла до нитки за считанные минуты. Молчание Леонида раздражает не хуже его самомнения.
— Навигатор, навигатор… — ворчу, переминаясь с ноги на ногу, пока сводный брат меняет колесо. — Я эти дороги знаю лучше всяких навигаторов. Сказала, не сокращать, значит нужно было слушать.
— Яр-р-рик! — взрывается Лёня, откидывая на обочину чёртов ключ, который недавно требовал ему вручить, и подскакивает.
Готова поспорить, что таким взглядом можно линчевать невинных младенцев. Леонид сжимает кулаки и сверкает глазами, делая шаг ко мне. В этот момент он сам на себя не похож. Дикий. Мокрый. Опасный. Сглатываю и на голых рефлексах отступаю назад. Не моргаю и смотрю ему в глаза, чувствуя, что сердце застряло в районе горла. Пульс разлетается частотами по телу, вызывая прилив жара к каждой его клеточке, и я начинаю энергично моргать из-за капель дождя, которые норовят заполнить глаза.
— Сядь в тачку, Ярик, — спокойная просьба никак не сочетается с тем, как Лёня распиливает мою несчастную тушку своим свирепым взглядом, и я теряюсь. Я не хочу сидеть в машине одна, когда он тут промокает и меняет колесо, будь оно проклято! Молча качаю головой. Нет. Не сяду. Хоть так, но поддержу и рта не открою.
Фил чертыхается и разрезает пространство яркими выражениями, от которых мои уши готовы скрутиться в тоненькие трубочки, а мальчик-то с характером. Кто бы мог подумать?! Внимательно его рассматриваю, когда Леонид поднимает брошенный ключ и снова предпринимает попытку вернуть тачку к движению. Вот только дождь льёт так сильно, что ключ соскальзывает, и…
— Твою честную девочку, а-а-а! — орёт сводный брат, держа руку и кривясь. — Сядешь ты в тачку или нет?! — срывается на меня, подскакивая на ноги.
Ноздри раздуваются, а от тела исходит жар. Фил ты не весельчак, а пожар… Подходит ближе, но в этот раз я не отступаю. Смотрю в его глаза и отмечаю, что выглядит он с влажными волосами гораздо привлекательнее. Особенно глаза…
— У тебя губы синие, — проводит пальцем по моей нижней губе. Я, как под гипнозом, не могу пошевелиться. — Чёрт! Вымазал тебя, —резко убирает руку и отшатывается.
С запястья капают алые капли, смешиваясь с дождевыми, а у меня внутренности сжимаются.
— Я помогу, — открываю дверь и чувствую, что Фил толкает меня в салон.
— Не студи хату, — хлопок, и я с убивающимся от эмоций сердцем принимаюсь рыться в бардачке, где видела аптечку.
Лёня не спешит садиться в машину, и когда я открываю дверь, грубо толкает ее, не дав возможности выбраться. Какого чёрта, а?! Злюсь на сводного брата и лезу через водительское сиденье, чтобы выбраться к нему. Ещё не хватало заражение получить! Неуклюже перемещаю тело в пространстве и замираю в коленно-локтевой, потому что дверь открывается и перед моими глазами появляется ширинка. Медленно поднимаю голову и встречаюсь с насмешливым взглядом Фила.
— Сядь на место, обезьянка. Я закончил. Сейчас кину всё в багажник и поедем дальше.
С красным от стыда лицом пячусь обратно и крепче сжимаю аптечку, пока Лёня с шумом убирает на место инструменты и испорченное колесо. Невольно сжимаюсь от холода, когда дверь открывается.
— Кинь бутылку с водой, — послушно подаю ему минералку. Тот снова запускает прохладу в салон и моет руки, после чего подает одну мне. На ладони широкая полоса. Рваная неглубокая рана, которую я обрабатываю, закусив губу. Руки у него горячие. Это я заметила, когда Фил взял плату за благородство. Списываю тахикардию на переохлаждение и чуть ли не хлопаю в ладоши, закончив с его мини травмой.
— Спасибо, — бросает
