небрежно вместе с пачкой влажных салфеток, — вытри кровь, — мимолетно касается подушечкой большого пальца моей нижней губы и отворачивается, — вымазал тебя.
Прокашливается, заводя мотор, и врубает печку на полную. По-хорошему нам нужно переодеться, но я не стремлюсь нарушать тишину, которая повисла между нами и нервировала с каждой секундой всё больше.
— Связь с космосом пропала, — произносит, притормаживая у придорожного кафе. Внимательно всматриваюсь в размытое очертание здания и не могу найти в нем хоть что-то знакомое. Куда нас занесло вообще?
— Что это значит? — поворачиваюсь к Лёне, предчувствуя приближение беды.
— Связи нет, — машет телефоном у меня перед глазами. Я достаю свой и вижу, что сигнала нет. Великолепно…
— Что теперь?
— Согреемся, — отстёгивает ремень безопасности, смеясь над тем, как мои брови ползут вверх, — там кафе, если ты не заметила. У меня даже ливер замерз, так что…
Замерз… А сам горячий, как угли в камине. Пуляя низменные ругательства, выбираюсь из салона следом за сводным братом и иду в небольшое двухэтажное строение. Фил открывает дверь и пропускает меня вперёд. Снова включил режим «благородного оленя». Фыркаю, кривясь от колокольчика, который звенит над головой, оповещая хозяев о прибытии посетителей. Прошлый век какой-то.
— Добро пожаловать в «Вечер на даче»! — пухлощекая женщина со смешинками в глазах возникает перед нами и внимательно осматривает. Меня бегло, словно брезгуя, а вот Лёнечку прямо-таки смакует. Фыркаю, складывая руки на груди.
— Здрасьте! — Фил оголяет рад ровненьких зубов и кивает на столик. — Есть у вас горячий чай или кофе? Ярик, ты что будешь? — уже мне с приторной улыбочкой.
— Чистого яда мне дайте, — направляюсь к столу у окна и оставляю жертву с хищницей, злясь.
Смазливые мальчики — проблема для женского пола. За маской они прячут гнилое, равнодушное, холодное сердце. Как Паша…
— Мы в рядом с каким-то ***, — Леонид плюхается на стул и смотрит в окно, пока я выдаю истеричные смешки.
— Гуру маршрутов, — тру переносицу пальцами и давлюсь смехом, и отнюдь не веселым.
— Чего закатилась, Ярик?
Ой, как мы мило хмуримся, Лёня! Выдыхаю и откидываюсь на спинку пластмассового стула.
— Мы уехали почти на двести километров дальше от цели, Фил-навигатор. Поздравляю!
13
— Да, бабуль, обязательно позвоню, когда поедем к тебе.
Я устало выдыхаю, слушая, как бабушка причитает по поводу нашего отсутствия, и накручиваю на палец провод старого стационарного телефона. Как оказалось, связь около «Вечера на даче» не ловит, а за пятиминутный разговор с родственницей пришлось отслюнявить наличные, которых у меня нет. Леонид в очередной раз проявил своё благородство и заказал ужин наверх, чтобы не сидеть под носом у любопытной женщины, которая вызывала у меня изжогу одним лишь своим видом.
— Всё хорошо? — Лёня пытается высмотреть во мне какую-то особую эмоцию, но на данный момент у меня выразительно читается только раздражение, адресованное пухлощекой хозяйке кафе. — Надо родителям позвонить.
— Думаю, с этим ты справишься сам, — скриплю зубами и обхожу позитивного сводного братца, направляясь к лестнице, которая ведет на второй этаж.
— Лови ключики, Ярик! — еле успеваю поймать связку, которую мне бросает Лёня, и кривлюсь. Настроение не было хорошим, а после пребывания под дождем и вовсе скатилось к плинтусу. Без лишних вопросов поднимаю ноги и задерживаюсь, чтобы посмотреть, какая комната предназначена для меня. Иду по коридору, высматривая цифру три на дверном полотне. На окружающую обстановку стараюсь не обращать внимания, ведь она далека от номеров люкс в дорогих отелях. Дверь скрипит, когда я поворачиваю ключ в замочной скважине и толкаю её вперед. Взору тут же открывается вид на скромную односпальную кровать, маленькую тумбочку и светильник над ней. Есть ещё одна дверь, за которой прискорбная ванная, способная уместить в себя подростка. Я-то смогу привести себя в порядок, а вот Филу нужно будет постараться не сравнять углы своими широкими плечами, если ему не достался самый шикарный номерок за природный шарм.
Я подхожу ближе к кровати и смотрю в окно. По стеклу барабанят капли. Холодно. Тру плечи ладонями, чтобы согреться.
— Держи постельное белье и два пледа, — хозяйка кафе бесцеремонно врывается в комнату со стопкой белья и кладет его на край кровати, — ночка сегодня будет прохладная, но тебе не страшно с таким женихом.
Женщина подмигивает мне с пошлым намеком в мутных глазах. Почему-то краснею от её слов.
— Он не…
— Вот твоя сумка, — в комнату входит Леонид, на которого пухлощекая завистница бросает хищный взгляд. — Надо переодеться. Еще не хватало воспаление заработать. А вы нам ужин принесли?
Та лишь глупо хлопает густо накрашенные ресницами и выжимает из себя улыбку.
— Сейчас принесу.
— Так-то лучше, — Лёня больше не смотрит в сторону женщины и изучает ванную комнатушку, — кто первый в очереди?
— В смысле?
По спине пробегает волна отнюдь не приятных мурашек, на что сводный брат округляет глаза, изображая меня. Бесит.
— У них один свободный номерок, — Фил пожимает плечами, убирая руки в карманы джинсов, пока я с возмущением хватаю ртом бесполезный воздух, ведь кислорода мне все равно не хватает. — Иди, я, так и быть, побуду лакеем.
Он никак не реагирует на мои потуги и отворачивается, начиная рыться в своей дорожной сумке, а я некоторое время наблюдаю за его действиями. Понимаю, что Фила не пробить молчанием или пыхтением, а говорить мне хочется меньше всего, поэтому приходится с позорно хватать свою сумку и уходить в ванную комнату, дверь в которой не запирается! Прекрасно!
Я с особым усердием снимаю с себя одежду и забираюсь в ванну. Шторка со скрипом закрывает лишь половину, где я прячу свое тело, покрывшееся мурашками от холода. Даже зубы стучат, пока через душевую лейку не начинает бежать теплая вода. Регулирую ее до горячей и с
