Александр. Ну вот видите!
Машу. Так вот: у меня есть кисти, полотно, краски, и иногда меня охватывает желание смешать все это... для того...
Александр. Ну-ка, ну-ка!
Машу. ...кто внезапно встречается на моем пути.
Александр. О ком это речь, мой ангел?
Машу. ... и поскольку есть люди, которых я люблю, я рисую для них и для себя тоже! Потому что я люблю и себя тоже. Рисовать - это излагать свои чувства красками!
Виржиния. Надо будет обязательно подарить набор красок Поло!
Александр и Элеонора. (Хором) Тише!
Машу. А если вдруг это понравится также и другим, тем лучше!
Александр. Что это он берется заботиться о других?
Элеонора. Но другие все-таки существуют, дорогой.
Александр. Да, в метро!
Виржиния. Тише!
Машу. Среди всех вас, несомненно, есть масса людей, которых я люблю, сам того не зная!
Александр. Леон, не теряй своего времени с теми, кого ты не знаешь!
Машу. Я рисую и для них тоже!
Александр. Чужаки!
Машу. Чужих нет! Есть лишь граждане, которые встречаются друг с другом, и граждане, которые... не встречаются... Мы все живем на одной планете!
Виржиния. Это верно, если вдуматься!
Машу. Достаточно только вдуматься... Я часто об этом думаю. Потому что дружба... это... это...
Александр. Давай, Леон! Скажи им, что это такое!
Машу. Это как любовь... нечто вроде...
Элеонора. Скажите им, Леон, скажите!
Машу. А, черт! Ногой под зад всем тем, кто не знает, что это такое!
Виржиния. Браво, Леон!
Машу. Но можно быть уверенным в одном - с этим невозможно жульничать!
Александр. Нельзя, Леон, хоть тресни!
Машу. Даже если кто-то делает вид, что любит... ради игры... или из жалости.. Или ради денег..
Александр. Скажи им, что из этого ничего не выходит, Леон!
Машу. Ничего не получается! Наступает день, когда это обязательно проявится. Я хочу сказать...
Виржиния. Удар, Леон, еще удар!
Машу. ... есть то, что находится (он ударяет себя в грудь) и здесь. (Он показывает на лоб.)
Александр. Наша плоть и кровь, Леон!
Машу. Все наше кровное, все, что сидит в нас! Может быть, во всем этом нашем нет и ничего особенного, но именно это делает нас живыми... просто живыми... и именно в это надо верить..
Александр. Потому что это необходимо, Леон! Скажи им, черт возьми!
Машу. Потому что это необходимо... даже рискуя оказаться с рогами... это необходимо. Все, что нам остается, это - подлинные чувства! Это, и ничего другого! Вот. Мне больше нечего сказать!
(Затемнение. Свет медленно зажигается, высвечивая середину сцены, на которой стоит стол. Элеонора и Виржиния накрывают его, очевидно, для праздничного обеда. Хрусталь, цветы.)
Виржиния. Скажи, мам... О, извини меня, Элеонора!
Элеонора. Ничего. Говори!
Виржиния. Александр теперь для тебя кто? По-прежнему патрон?
Элеонора. Насколько известно, контракт не расторгнут.
Виржиния. Ты отлично знаешь, о чем я говорю!
Элеонора. Салфетки под тарелки!
Виржиния. Букет сюда?
Элеонора. Нет, туда, где сядет Леон... Мы перестали бы соблюдать контракт, если и стали относиться к Александру как к патрону. Стаканы для бордо сюда... Он твой отец и мой муж! Пятнадцать часов в сутки. Да, да. Считай сама. Плюс две субботы и все выходные дни. В сумме такой же отец и муж, как любой другой.
Виржиния. А ведь верно. Нет даже времени, чтобы вспомнить, что он вовсе и не.
Элеонора. Да, но до такой степени, что лично я - солонку сюда предпочитаю вовсе не сбрасывать маску моей роли, чем каждый день натягивать ее снова. Это избавляет меня от совершенно ненужного напряжения. Масленку сюда!
Виржиния. А ты сказала Александру?
Элеонора. О чем?
Виржиния. Ну, об этом. О том, что больше не будешь выходить из своей роли?
Элеонора. Куда я дела ножи для сыра?
(Свет на всю сцену. Входит Александр. Обозревает стол.)
Александр. Триумфальный банкет, устроенный музами. Везет же этому крокодилу. Где его место? (Кладет на тарелку маленький пакетик.)
Элеонора. Можно узнать, что это?
Александр. Золотая заколка для галстука в форме кисти. Надеюсь, он поймет эту символику?
Элеонора. Я думаю. Он же художник.
Александр. Ты поставила шампанское на лед?
Элеонора. Все в полном порядке. Гению остается лишь сесть за стол.
Александр. Сегодня мы отпразднуем успех Леона и все остальное.
Элеонора. Я иду за гусиной печенкой. (Выходит.)
Виржиния. Папаша...
Александр. Да, моя голубка...
Виржиния. Я хотела тебе сказать...
Александр. Слушаю тебя.
Виржиния. Так вот... Я терпеть не могу нервные напряжения... Поэтому я решила: чем влезать каждый вечер в шкуру моего персонажа, не буду вылезать из нее совсем, вот! (Убегает)
Александр. (Пытаясь понять) "Чем влезать каждый вечер в шкуру". (Размышляет, потом начинает танцевать на одном месте, как футболист.) Хоп! Хоп! Внимание! Хоп! Пас на меня! Пас! Хоп! На меня! Внимание! (Ударяет по воображаемому мячу.) Г-о-о-л!
(В этот момент входит Машу.)
Леон! (Широко раскрывает руки, готовясь принять в свои объятия Машу.)
(Тот останавливается с серьезным лицом.)
Старина Леон! (Идет к нему, хлопает по плечу.) Ох, чертов осел! Леон! (Обнимает его, но Леон остается ледяным. Александр не замечает этого.) Ах этот великолепный запах лаврового венка! Я дьявольски доволен за тебя, чертушка! Да, дьявольски!
Машу. (Робко) Спасибо, Александр!
Александр. (Смеясь) Послушайте его! "Спасибо, Александр!" Робок как девственник перед публичным домом! Однако же на телевидении ты прекрасно распушил перья. Просто блеск! Ты был великолепен!
Машу. (Тем же тоном) Спасибо, Александр!
Александр. "Спасибо, Александр"! Да встряхнись же, Боже мой! Ты же никогда не заставишь меня поверить, что я внушаю тебе больше страха, чем миллионы чудаков, которым ты...
Машу. Конечно, нет, Александр!
Александр. Тогда что же с тобой? Ты плохо себя чувствуешь?
Машу. Нет, очень хорошо!
Александр. Ну что же ты, право?
Машу. Я чувствую себя хорошо, Александр!
(Александр начинает смотреть на него с беспокойством.)
Александр. Ну-ка, садись!
Машу. Спасибо, Александр! (Не двигается с места.)
Александр. Так садись же!
Машу. Я предпочитаю постоять.
(Неловкое молчание)
Александр. Здесь у нас есть все, чтобы рассмешить даже гиппопотама. Смотри! В честь живописи! И в честь всего, что с ней связано, дорогой старина Леон!
Машу. Меня зовут Геноле!
Александр. (Удивленно) Почему бы и нет, в конечном счете? Если мы уже больше не играем, надо разгримироваться, ведь так?
Машу. Так, Александр!
Александр. Геноле! Нелепо как-то... Нет, серьезно, тебе что, больше нравится, если я буду называть тебя Геноле?
Машу. Дело не в том, что мне больше нравится, просто меня надо называть моим собственным именем.
Александр. (Удивлен сухим тоном Машу) Что ж... "Геноле". Честное слово... Если как-то специально это произнести... Хочешь прочту тебе меню, Геноле?
Машу. Нет, спасибо, Александр!
Александр. Ах, ах! Ты предпочитаешь, чтобы сюрприз был полным?
Машу. Я пришел не ужинать.
Александр. Что?
Машу. Я ужинаю сегодня в другом месте.
Александр. В другом месте?
Машу. Ну да... в другом месте.
Александр. Где же?
Машу. В другом месте. Существуют и другие места, знаешь?!
Александр. (Пытается понять, потом, обращая все в шутку, начинает смеяться) Какой же я идиот! Чуть было не поверил!
Машу. Я обедаю в другом месте, Александр!
Александр. Вот так номер! Что это еще за история?
Машу. Какая история?
Александр. Ну, в конце концов, Леон...
Машу. Геноле.
Александр. Когда я позвонил тебе сегодня утром, ты пообещал.
Машу. Я пообещал зайти.
Александр. Ты же отлично знал, что речь шла об ужине. Ты же не оставишь меня наедине с гусиной печенкой и омаром-гигантом?
Машу. Оставлю, Александр!
Александр. Что значит "оставлю", Геноле, мой друг, Геноле!
Машу. (Спокойно) Я не твой друг, Александр!
Александр. Замечательная шуточка!
Машу. Мы разгримировались, Александр!
Александр. Что ты имеешь ввиду на самом деле?
Машу. Нет ничего яснее - я собираю свои игрушки!
Александр. Как это?
Машу. Вот так. Собираю свои игрушки и ухожу.
Александр. Ты уходишь? Как это ты уходишь?
Машу. Через дверь... Удачи, старина. Сегодня потаскуха удача обещает мне большой выигрыш. Я ухожу с ней. Проще простого!
Александр. Проще простого! Ты что издеваешься надо мной?
Машу. Я - все что угодно, но только не неблагодарный человек. Я не забываю, что ты сделал для меня. Благодаря тебе я мог нормально есть, рисовать, жить, выставлять свои полотна. Я и пришел сегодня вечером, чтобы сказать тебе: "Спасибо, Александр!"
Александр. Но, Леон...
Машу. Геноле. Заметь: я тут играл изо всех сил, как ты требовал от меня. Или я ошибаюсь?
Александр. (Почти бормоча) Но ведь это невозможно. (Ищет глазами картину.) Я ведь не бредил? Ты ведь мне на самом деле подарил ее?
