но вот о том, что его можно лишить всех сил, он как-то не предполагал.
— Или по крайней мере отрезать меня от всей моей силы, — Лудильщиков схватился за спасительную мысль и заглянул в свой статус. Все достижения на месте, характеристика, наоборот, подросли, вот только были временно заблокированы…
Иван постарался успокоиться и ещё раз огляделся. Маленькая квадратная камера-келья. Стены, потолок и даже пол исписаны рунами и геометрическими фигурами, что еле заметно мерцали в такт Ваниному сердцу. А если прислушаться, то можно было услышать едва уловимый гул, словно он находился внутри большого артефакта.
За массивной металлической дверью послышались приглушенные шаги, какая-то возня.
Раздался скрежет, и в камеру вошли три молчаливых человека в форме.
— Что тут… Кха-кха, — Иван хотел было поинтересоваться происходящим, вот только тут же схлопотал металлической дубинкой в грудь. После чего двое его схватили и потащили, а третий двинулся следом, внимательно следя за любым движением.
Пара коридоров, и они очутились в новом помещении с металлическими стулом и столом, ножками вмурованными в пол. Сопровождающие сноровисто усадили Ивана на сидение и в несколько движений приковали так, что он мог разве что чуть головой поводить. Помимо рук, скованными оказались ещё и ноги. А также шея, браслет ошейника оперативно прикрутили к спинке стула.
В таком положении Лудильщиков и просидел следующие… Неизвестно сколько времени. Голова всё ещё болела, мысли путались, бок саднил. Лампочка под потолком злобно мигала.
И снова шум за дверью. Снова конвоиры, но на этот раз с ними появилось новое действующее лицо.
Хмурый, высокий и черноволосый. Стоило этому мужчине войти в помещение и встретиться с Иваном взглядом, как татуировка на голове сразу начала жечь Лудильщикову череп.
— Хорошо тебя, дьявольское отряде, защитили, — наконец нарушил тишину мужчина, подошел к столу и устроился с противоположного края. Там тоже был стул, правда, не такой монументальный и даже с мягкой обивкой. — Меня зовут Пьетро Бруни. Я старший следователь, отвечающий за террористическую организацию «Секта Судного дня».
— Не думаю, что они называют себя сектой, — хмыкнул Ваня, которому после попытки сходу покопаться в его мозгах вошедший сразу не понравился. — Они, наверное, называют себя церковью или ещё как. Орден там или школа.
— Вы на удивление хорошо осведомлены.
— Я на удивление могу ещё трезво мыслить после того, как тот хмырь с площади навесил на меня столько отрицательных эффектов, а потом меня вырубили, лишили магии и сковали. Что вам нужно, и какое вы имеете право так обращаться с иностранным аристократом?
— Всё очень просто! — Мужчина начал доставать какие-то инструменты и складывать их на стол. И Ивану очень не нравилось, что часть этих приборов очень напоминали орудия пыток. Ну, или набор средневекового лекаря… — За попытку провести массовое жертвоприношение для личного усиления, а также по причине вашей причастности к «ЦЕРКВИ Судного дня», мы спокойно можем задерживать вас, невзирая на статус и происхождение. Будь вы хоть принц, это не дает вам право бесчинствовать в нашем городе.
— Вы сумасшедший? Я точно так же попал под влияние того проповедника и только благодаря комплексу личных усилений смог удержать себя в относительно адекватном состоянии.
— После чего начали убивать собравшихся на площади людей. Лучше бы вы не запирались, — спокойно и даже как-то доверительно обратился к Лудильщикову дознаватель. — Полезнее сразу начинать рассказывать, кто вы, с какого времени состоите в еретической демонопоклоннической организации, какие у вас дальнейшие планы на деятельность в нашем городе, в нашей стране? Назовите ваших сообщников. Сколько ещё планируется акций? Сегодня ведь вы разошлись сразу в трех местах в Риме и ещё в ряде крупных городов, разом! Неудивительно, что вы рассчитывали скрыться. Ваш ритуал был самым тихим и отдаленным. Если бы не поднятое по тревоге Святое воинство, мы бы до вас и сегодня не добрались. И вот вам мой совет! Лучше начинайте отвечать сразу. Мы итак всё знаем, запираться бесполезно.
С последними словами сеньор Бруни выставил на стол растение-симбионт, которое, как оказалось, с Ивана умудрились срезать, пока он спал.
— Видите? Мы вас тщательно изучили. В том числе вырезали из вас сердцевину этой пакости. Благо, нужные специалисты у нас имеются. Так что мы знаем, что вы подверглись усилению десятками, если не сотнями демонических и просто темных ритуалов! Страшно подумать, сколько людей было загублено на ваше усиление! Тем более, мы поймали вас с поличным, когда вы вырывали жизни и свойства из своих жертв, прикрывшись при этом от посторонних взглядов огненной стеной.
— Да не причастен я ни к каким демоническим сектам, культам или темным организациям! — наш герой так взъярился, что даже встать попробовал. — На площади, как смог прийти в себя хоть немного и нейтрализовать всех пострадавших, сразу кинулся оказывать людям первую помощь. Целитель я. Известный целитель из Рассеи! Граф Иван Федорович Лудильщиков, прибыл в Рим по приглашению из Ватикана. 23-го числа будет проходить закрытое мероприятие, и я в числе приглашенных! Я только-только приехал из Мессины, где лечил пострадавших!
— А я так и знал, что землетрясение на юге не произошло просто так! Уж больно много жертв! Уж больно удобно! — мужчина его словно не слушал, вырывая из слов Вани только то, что хотел услышать. — Вы продолжайте, продолжайте! А ещё, если не затруднит, поведайте, у какого именно темного алхимика вы закупаетесь? Поскольку часть ваших изменений мне уже попадались на глаза у раньше погибших «проповедников».
Мужчина явно был на своей волне. Видимо, увиденное при осмотре бессознательного Ивана он посчитал достаточным, чтобы не воспринимать лепетания «сектанта» сколь-либо серьезно. По крайней мере, пока тот не начнет выкладывать всё начистоту.
— Боже! — Иван воздел очи к потолку. — Да поинтересуйтесь вы хоть у кого. Пошлите за сеньором Джакомо! Он является высокопоставленным сановником в Ватикане и сейчас должен находиться в Риме! Я знаком с ним лично, и он безусловно сможет подтвердить мою личность.
— Сеньор Джакомо? — навострил уши следователь. — А фамилия у этого сеньора есть?
Вот ей-Богу! Вероятно, этот хмырь сейчас скорее думал о том, что нашел предателя
