работают, им ваши разговоры неинтересны.
— Да не в этом смысле, — возмутился я. — Чтобы она могла позвонить мне, в случае необходимости.
— Она может воспользоваться стационарным телефоном в любое время.
— Вредный Вы, Алексей Павлович, — с наигранной обидой в голосе сказал я, затем посерьёзнел. — Вы же видите, что переживают княжны после всего, что случилось. А я для них, как нерушимая стена, герой, способный защитить от любой беды. Да, да, глупо звучит, пока они до меня дозвонятся, пока я приеду или Вам сообщу, час пройдёт. Но им спокойней будет даже от одной мысли, что они в случае чего смогут до меня дозвониться. И дело не в том, что девушки не полагаются на охрану дворца, а в том, что… ну… не знаю, как объяснить простыми словами. Очень прошу.
Алексей Павлович долго смотрел на меня, затем сдался.
— Хорошо. Звонить будут только тебе и только по делу. И сразу чтобы меня в известность ставил.
— Обещаю. Если мне нужно будет, я на стационарный телефон позвоню. Вы мне номер оставьте, а то даже не знаю, как во дворец дозвониться. И вообще, можно мне список всех номеров нужных, которые не входят в раздел государственной тайны?
— Будет список, — кивнул он. — Сегодня получишь на руки.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Только Вы не сильно серчайте, если они вечером мне позвонят, без особой нужды. Может, им проблемой нужно поделиться или спокойной ночи пожелать.
Начальник охраны снова посмотрел на меня прищуренным взглядом. Я только вздохнул, не став ничего говорить. Алексея Павловича я уважал, как отличного специалиста, у которого и без меня головной боли хватает.
— Их личную охрану менять? — спросил он.
— Зачем? — я попытался добавить в голос удивления. — Не надо охрану менять. С этим как раз всё в порядке.
Я чуть не сказал, что с этим всё в порядке, в отличие от добрых дядюшек, которые то злобных поляков нанимают, то что-то непонятное, но гнусное творят.
— Рацию сдать не забудь, — сказал Алексей Павлович, заметив тень на моём лице от промелькнувшей мысли. — С девушками насчёт телефона поговорю вечером.
— Спасибо, — я жизнерадостно улыбнулся. — Я телефоном во дворце воспользуюсь, чтобы Сове позвонить? Сотовый дома оставил. Вот она удивится, когда я её во дворец приглашу.
— В административное здание пригласишь, — поправил меня Алексей Павлович, показывая в сторону нужного строения.
— Как скажете.
К дворцу я побежал с мыслью, что надо бы у княжон взять по пряди волос, на всякий случай. Только у Совы надо уточнить, как это сделать лучше.
Глава 3
Учитывая общую обстановку во дворце, с обеда я сбежал, сославшись на важные дела. Не хотелось лишний раз попадаться на глаза подругам Елены Алексеевны, в их компании я чувствовал себя неуютно. К тому же следовало встретить Милену, созвониться с которой я смог только через Катю. Сейчас как раз ждал её у Боровицкой башни, греясь на солнышке. Наблюдать за плотным потоком машин, медленно ползущим через площадь, довольно медитативное занятие, позволяющее подумать о разном. А сейчас меня как раз занимал вопрос, что делать с проблемой княжны Елизаветы. У меня с Воронцовым свои счёты, но не бежать же мне к нему в гости, чтобы свернуть шею. Может, поговорить с ним, намекнуть, что я очень сильно огорчусь, если с княжнами что-то случится? Смешно будет, если выяснится, что он зла им не желает и у него просто крыша протекает. Люди порой от всякого непотребства удовольствие получают, кто голым из кустов перед барышнями выскакивает, а кто любит партнёра плёткой отхлестать или, наоборот, чтобы его…
Я поморщился, пытаясь вернуть мысли в нормальное русло.
— Кузьма, — позади послышался голос Софии Луизы. Со всей этой суматохой совсем забыл про неё.
— Ещё раз привет, — отозвался я, не сводя взгляда с потока машин.
— О тебе несколько раз вспоминали во время обеда. Скоро будут подавать чай с десертом, ты ещё можешь успеть.
— Да? — я всё же оглянулся. — Десерты я люблю.
— Можно попить чай в более тесной компании, я, ты, Алёна.
— Алёну не отпустят, — вздохнул я.
— Можно и вдвоём посидеть, — заметила она, подходя ближе, чтобы говорить тише. — Только я не совсем понимаю, почему все ведут себя так странно. Меня долго из дворца не хотели выпускать. Что-то случилось?
— В городе неприятности с одарёнными, где-то в районе центральных площадей, поэтому и охрану усилили. Полиция ими занимается, так что волноваться не о чем. Во дворце охраны столько, что сейчас это самое безопасное место. Идея попить чаю с десертом мне нравится, но только если всем вместе. Я минут через двадцать освобожусь и приду.
— Я тогда с тобой здесь постою, — сказала она. — Не сильно помешаю?
— Не сильно. Мне надо специалиста встретить из нашей фирмы и с полицией поговорить.
Пару минут мы молча смотрели на поток машин и безуспешные попытки полиции разгрузить пробку. Мне показалось, что вдалеке я увидел громоздкий внедорожник, какие брат закупил для нашей фирмы. Если там ехала Милена, то ей быстрее было бы выйти и дойти до нас пешком.
— Кузьма, — София коснулась моего плеча, — хочу, чтобы ты знал, что нравишься мне. Я когда из Италии домой вернулась, долго не могла найти себе места. А потом всё бросила и поехала в Москву, чтобы тебя ещё раз увидеть.
Я машинально нащупал рацию, уменьшая громкость и выключая её, чтобы не подслушивали.
— Когда увидела тебя сегодня, — продолжила София, — поняла, что это действительно так. Обрадовалась, как маленькая девочка, получившая долгожданные подарки на день рождения…
Она посмотрела на меня, затем смутилась, опуская взгляд.
— Подобное непросто говорить, даже когда долго готовишься, — тихо призналась она. — Я не вовремя с признанием, да?
— Скорее, неожиданно, — сказал я, поправив вкладыш наушника, затем провёл ладонью по волосам. — Когда-то завидовал парням, которым в школе девчонки признавались в симпатии. В параллельном учился один парень, кумир школы, умный, красивый и богатый. Ребята из нашего класса часто спорили, найдёт ли он очередным утром в шкафчике для обуви любовное послание или нет. Обычно в таких письмах девушки назначали ему свидание на заднем дворе школы. За зданием спортзала дерево росло, и девочки считали, что это романтичное место, чтобы признаться кому-то в чувствах. Я всё думал, когда ему надоест каждый день туда ходить и повторять одно и то же. Можно было просто игнорировать эти письма, ведь вся школа знала, что у него есть невеста, живущая
