это же на уровне налогоплательщицы Полины Дашковой, уверяющей, что бедная Фанни Каплан вовсе не стреляла в Ленина, она в тот день 30 августа 1918 года просто пришла к заводу Михельсона с букетиком фиалок на любовное свидание и ждала возлюбленного, уверенная, что он явится с хризантемой. А тут вдруг стрельба. Оказывается, большевики проводили эксперимент: они сами и всадили в Ильича две пули для проверки вождя мирового пролетариата на прочность и выживаемость.
Хотя это совсем о другом, но упомяну еще одного ученого генерала, додумавшегося выводить рейтинги полководцам. Как шахматистам и теннисистам, как фигуристам на льду. Тот же уровень.
Даже немцы не изображают так Гитлера и не поносят так своих битых генералов, как вы – и Сталина, и генералов-победителей, спасших родину. Заткнитесь, склочники!
Стукачи
Как известно, с приближением разного рода знаменательных дат Советского времени оживают и начинают бесноваться, казалось бы, уже подохшие антисоветские стукачи всех пород, размеров и окрасок, а также мальбруки. Ну, а кто такой был Мальбрук (1650–1722), надеюсь, все знают.
Тут мы видим и профессоров вроде Андрея Зубова, и даже академиков вроде Юрия Пивоварова, и полчище безвестных личностей. Вот этот Зубов. Сочинил фолиант «История России. ХХ век». 1144 страницы! Попотел… Евгений Тростин пишет в «Литературной газете»: «Задача книги – преобразить, перелопатить общественное отношение к истории родины. Прежде всего – вдолбить в головы, что СССР был «империей зла», что это позорная страница нашей истории. Профессор пытается устроить своего рода Нюрнбергский процесс над старшим поколением, над отцами и дедами нынешнего поколения» (2 июля 2014). В том числе – и над родным отцом, честным человеком, коммунистом, выдающимся кораблестроителем.
Такова цель и всех других стукачей, в том числе – тех, о ком здесь пойдет речь. Главные объекты их бешенства – Ленин, Сталин, Жуков и Великая Отечественная война. Не ведая стыда, они визжат и хрюкают по телевидению, печатают полоумные статьи в газетах, рассылают даже по личным адресам пропитанные ядом письма. Порой такие письмишки адресуются и мне.
Когда приближалась очередная годовщина со дня рождения В. И. Ленина, меня забросала письмами москвичка Л. Г. Ильина. Мадам возмущалась: «Как вы можете добрым словом поминать этого человека! Разве вы не знаете, что его дед со стороны матери имел фамилию Бланк?». Это мучает ее долгие годы, спать не дает, аппетита лишает, аж до почесухи дело дошло. А ведь кандидат наук! Я ее спросил: «Бланк – это по-немецки – ясный, чистый. А если фамилия деда была бы Шварц (черный), вы унялись бы, утихомирились?» В ответ она прислала ворох цитат из речей и писаний известных и безвестных негодяев и олухов о Ленине как об исчадье ада.
Я решил ответить ее оружием – тоже цитатами. Это высказывания достаточно известных людей, все они – современники Ленина, его политическая деятельность, по крайней мере, как главы правительства России, прошла у них на глазах, иные знали Ленина лично, но не были сторонниками коммунизма, а кое-кого он и сурово критиковал. Мадам получила вот такой подарок.
Николай Устрялов, кадет: «Ленин может быть назван величайшим выразителем русской стихии в ее основных чертах. Он был русским с головы до ног… И сам облик его – причудливая смесь Сократа с чуть косоватыми глазами и характерными скулами монгола – подлинно русский, «евразийский». Много таких лиц на Руси, именно в «евразийском» русском народе. А стиль его речей, статей, «словечек»? Тут нет «классического революционного» французского пафоса. Тут русский дух, тут Русью пахнет. В нем, конечно, и Разин, и Болотников, и сам Петр Великий. Потомки разберутся во всей этой генеалогии и поймут: Ленин наш, подлинный сын России, ее национальный герой».
Николай Суханов, меньшевик, знавший Ленина лично, его книга об Октябрьской революции была раскритикована Лениным: «Не может быть никаких сомнений, что Ленин есть явление чрезвычайное, человек совершенно особенной духовной силы. По калибру это первоклассная мировая величина. Он представляет собой исключительно счастливую комбинацию теоретика и народного вождя. Если потребовались бы еще термины и эпитеты, я без колебаний назвал бы Ленина человеком гениальным».
Николай Валентинов, знавший Ленина лично: «Когда Ленина величали Стариком, это, в сущности, было признанием его «старцем», – т. е. мудрым, причем с почтением к мудрости сочеталось какое-то непреодолимое желание повиноваться ему… На ход истории личность Ленина наложила отпечаток уж, конечно, не меньший, чем Наполеон».
Василий Шульгин, монархист: «Ленин был добрее других. Поэтому он декретировал НЭП, чтобы спасти живых людей вопреки мертвящим теориям».
Максим Горький: «Нередко меня очень удивляла готовность Ленина помочь людям, которых он считал своими врагами. И для того, чтобы скрыть стыдливую радость спасения человека, он прикрывал ее иронией… Не помню случая, чтобы он отказал мне в просьбе о заступничестве».
Великий князь Александр Михайлович, адмирал, один из образованнейших людей своего времени, в 1933 году уже перед смертью в Париже: «На страже русских национальных интересов стоял не кто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы протестовать против раздела Российской империи».
Наконец, патриарх Тихон, о котором депутат Думы, известный своей дремучестью депутат В. Ресин, недавно писал в правительственной «Российской газете», что Ленин в 1918 расстрелял патриарха Тихона вместе со всем Синодом. Так вот, после расстрела патриарха к покойнику в январе 1924-го обратились множество приходов и мирян с вопросом, можно ли отслужить панихиду по усопшему Ильичу. И патриарх из могилы ответил: «Всякий верующий имеет право поминать его. Идейно мы с Владимиром Ильичем, конечно, расходились, но я имею сведения о нем как о человеке добрейшей и поистине христианской души». 25 января 1924 года это заявление патриарха опубликовали «Известия» и другие газеты.
Тогда же было напечатано и заявление расстрелянного Ресиным Синода: «Священный Синод Русской православной церкви выражает искреннее сожаление по случаю смерти великого освободителя нашего народа из царства насилия и гнета на пути свободы и самоустроения. Да живет в сердцах оставшихся светлый образ великого борца и страдальца за свободу угнетенных, за идеи всеобщего подлинного братства… Грядущие века да не загладят в памяти народной дорогу к его могиле… Вечная память и вечный покой твоей многострадальной, доброй христианской душе, Владимир Ильич».
Ну, думаю, убедил я эту даму, перестанет она чесаться. Ничего подобного! Шлет новый ворох. Я в отчаянии пишу ей: «Хорошо, успокойтесь, убедили вы меня, что Ленин был на четверть еврей, как Пушкин – негр на одну восьмушку («потомок негров безобразный» – так поэт однажды сказал о себе), но, по признанию далеко не только упомянутых
