отвечу на все ваши вопросы. Просто… дайте мне хотя бы несколько часов прийти в себя. Я еще никогда в жизни так не боялась, как… когда это все произошло. У меня в голове пусто сейчас.
Сычев посмотрел на нее с явным сомнением. Так внятно дамы в шоке не вещают. Данилин лишь кивнул.
– Тут трудно не испугаться. – Андрей все так же сидел перед девушкой на корточках, смотрел ей в глаза с сочувственным выражением лица. Таким искренним, что даже напарник ему почти поверил. – Но все же мы расследуем преступление. И ваша помощь необходима. Всего пара простейших вопросов.
– Пара десятков? – усмехнулась вновь Софья. – Вы так настойчивы. Можно подумать, будто это я вела тот грузовик. С этого и начнем?
– Нет. – В тоне Данилина появилось некоторое веселье, будто он превращает допрос во флирт. – Для меня намного важнее узнать, как вас зовут.
Девушка чуть удивилась сначала, а потом быстро кивнула и почему-то полезла в свою сумочку.
– Извините, – теперь ее тон стал официально-дружелюбным. – Вы правы, вам надо записать мои данные.
И она протянула Андрею свою визитку.
Сычев только хмыкнул. В целом это не выглядело с ее стороны высокомерно или как-то снисходительно. Это был привычный для дамочки жест. В ее мире так знакомятся. Ведь если посмотреть, одна ее сумочка по цене, скорее всего, равна зарплате капитана за месяц. Может, и не за один. Все вещи этой девушки были добротными и дорогими. Но не кричащими. Но ведь у людей, кто реально состоятелен, да еще и не за чужой счет, всегда так. Такие, как эта дамочка, не разгуливают по городу в шиншилловых шубах, подметая подолом улицу, и не отсвечивают золотыми побрякушками с бриллиантами. Кстати, им просто некогда разгуливать. Они еще и зарабатывают свое состояние. Ладно, приятно, что обидеть эта девушка их все же не хотела.
– Софья, – прочел Данилин ее имя. – Очень приятно. Я уже представлялся. Меня зовут Андрей. А моего коллегу – Валерий.
Она лишь кивнула в ответ.
– Так я могу идти? – спросила девушка, начиная хмуриться. – Я обещаю приехать к вам… в отделение? Это так называется?
– В отдел, – поправил Сычев.
– В отдел, – торопливо кивнула она. – Я приеду обязательно. Но позже. А так… я слышала, приезжала «Скорая помощь». Кто-то пострадал. Наверное, это важнее, чем я.
Полицейские переглянулись. Ее аргумент был весомым. Двоих человек увезли в больницу. Есть и другие пострадавшие. Эта девушка жива и здорова. Но… У них была другая и очень веская причина, чтобы не отпускать ее.
– Софья, – складывалось впечатление, что Данилину нравится произносить ее имя, – давайте возьмем паузу. Мы с коллегой осмотримся и вернемся к вам. Тогда и примем решение.
Это явно был не вопрос и не предложение. Мягкий приказ. Что Софье совсем не понравилось.
– Ваш коллега, – начала она и метнула взгляд на Сычева, – Валерий, он довольно верно предположил, что я могла замерзнуть. И мне не хотелось бы еще более усугублять эту ситуацию. Как и мое психологическое состояние.
– Десять минут, – коротко решил Данилин, резко став прежним, спокойным, равнодушным и непробиваемым. – Мы вернемся.
Распрямившись, он сделал шаг в сторону, развернулся и направился прочь. Сычев спешил за ним.
– И что будем делать? – осведомился он. – У нас нет оснований для ее задержания. Но и отпускать ее как-то даже боязно. А дамочка упрямая.
Он усмехнулся.
– Я впервые вижу, чтобы женщина не повелась на твою улыбку, – подначил он приятеля. – Расстроен?
– Скорее озадачен, – поделился Андрей. – Мне это не нравится. Лица не видела, как спаслась – не помнит, ей якобы просто повезло.
– Согласен, неправдоподобно, – кивнул Сычев. – Вообще, покушались на ее жизнь. Но как-то она не горит желанием помочь найти преступника.
– Возможно, ей его искать не надо. Она его просто знает. Но вопрос в том, как этот наезд вписывается в схему с убийствами, – напомнил Данилин.
– Никак, – честно признал его напарник. – Но мы точно знаем, что грузовик пер точно на нее. Свидетели хором это подтверждают. Эксперты тоже уже поработали. Картина выглядела так. Грузовик стоял припаркованным вон тут.
Он указал на «карман» метрах в двадцати от пешеходного перехода, как раз перед автобусной остановкой, где сейчас сидела Софья.
– Когда загорелся зеленый на переход, грузовик вдруг стал выезжать на первую полосу, – продолжал Валерий. – Перед ним были внедорожник и легковая «Тойота». Наша девушка перешла почти половину улицы, когда преступник вышел на вторую полосу и прибавил скорость. И эта Софья, заметив его, почему-то побежала назад, а не вперед.
– Разумно, – подумав, признал Данилин. – Ты сам сказал, на первой полосе стояли другие автомобили. Она надеялась, что они станут препятствием. А если бы она рванула вперед, там свободная встречная. Она бы не выжила.
– Ну да, – вынужден был признать Сычев. – Только преступник у нас, похоже, псих. Он все равно направлял грузовик на нее. Свидетели говорят, он почти на девяносто градусов развернулся на переходе и продолжал гнать за ней. Как он ее в стену-то не впечатал?
– Потому что она бросилась влево, – напомнил Андрей. – Грузовик зацепил ту самую «Тойоту», когда выезжал на тротуар за Софьей.
– Имя у нее красивое, – снова не удержался от усмешки его напарник. – Тебе, похоже, очень понравилось. Ну да. В «Тойоте» одного просто смяло, кто за рулем был, вряд ли выкарабкается. Второй не так плох, но тоже пострадал. Плюс «Тойоту» отбросило назад, внедорожник тоже задело. Но там только мелкие травмы.
– А грузовик все же впечатался в стену, когда не смог повернуть за ней на тротуар, – закончил Данилин. – Там полкабины всмятку. Скорость была более чем приличной. Водитель выбрался через пассажирскую дверь и сбежал.
– Скорее уполз, – возразил Сычев. – Его тоже не могло не приложить.
– Тут должны быть камеры, – осматриваясь вокруг, рассудил Андрей. – Надо проследить, куда его понесло. Есть шанс повысить раскрываемость.
– Если поторопимся, то сможем взять его быстро, – прикинул Валерий. – А она?..
Софья напряженно думала. Ей это все не нравилось. Почему ее не отпускают? Она же не преступница. Не она вела тот грузовик и явно не давила саму себя. Из детективных романов и сериалов девушка знала, что с нее обязаны снять показания и, наверное, она должна написать какое-то заявление. О нападении или как-то еще это называется. Но что она напишет? Обвиняю грузовик? Или его неизвестного водителя?
Одно воспоминание о человеке в кабине грузовика заставило ее нервничать. А еще тут же перед глазами вставала другая картинка. Почему-то твари из ее личной страшной сказки запомнились девушке преотлично. Вот их фоторобот она бы составила без труда!
Корректную версию для полицейских она никак
