сидел на троне, по своему обычаю закинув ногу на ногу, и играл алмазными бусинами, подкидывая их вверх и ловя, как обычные камешки. Алмазы ярко сияли в свете факелов, ослепляя ей глаза.
— Да, хотел, — он бросил алмазы на серебряное блюдо, где лежала гора таких же крупных сверкающих бусин, и поднялся, замерцав серебром.
Серебристые глаза уставились на нее, вызвав, как всегда, холод во всем теле. Но она уже привыкла к холоду и давно перестала бояться его.
— Те двое, что плывут с тобой, должны появиться в святилище. Особенно дева, та, с золотыми волосами.
— Какое тебе дело до Анджелы? — она отступила, сжав кулаки.
— Есть. Нам нужны свидетели на свадьбе, ведь так?
Она пожала плечами.
— Нужны, — кивнул он, — вот эти двое и будут свидетелями… нашей… свадьбы.
Одежда-чешуя его зашелестела, когда он прошелся мимо нее, заглядывая ей в глаза.
— А ты ведь так меня и не полюбила, — сказал он наконец, — ну ничего. Полюбишь.
Она отступила еще на шаг, ощущая, как сердце больно сжалось в груди.
Нук, легко читавший ее мысли, рассмеялся.
— Ладно, невеста, иди. И не забудь, что золотоволосая и ее спутник дожны явиться вместе с тобой!
— Ты не убьешь их? — спросила она с подозрением.
Он снова засмеялся, рассыпаясь серебром по всему залу. Смех его отскакивал от стен серебряным звоном, и ей захотелось зажать уши руками.
— Нет. Их — нет.
Нук залез на трон и махнул рукой, показывая, что она свободна.
— Иди, иди. И смотри, люди Аль-Медема не успокоятся. Он — богатый человек. И если он победит, то придется мне жениться на его дочери, а всех вас принести в жертву! Тебе дано много, — он наклонился с ней, снова зашелестев чешуей, — много дано! Делай, что знаешь. Обращайся ко мне, если нужно. Но прекрасная дева Айза всегда должна быть позади тебя, хоть отец ее и молит меня о милости… Я избрал себе невесту… — он замолчал, потом подкинул алмазы вверх. Алмазы вдруг превратились в слитки золота, которые Нук швырнул к ее ногам, — люблю все золотое, — рассмеялся он, — никто не сможет заставить меня передумать!
Она наклонилась и подняла слитки.
Он махнул рукой.
— Все, иди. Ты мне надоела…
…
Элли очнулась, озираясь по сторонам и хватая ртом воздух. В руке были зажаты слитки золота и непонятно как попавший к ней круглый граненный алмаз. Она никогда не видела такой огранки, и теперь рассматривала его, ловя гранями лунный свет, пробивающийся в каюту.
Корабль покачивался на волнах. Элли повернула голову и увидела спящую Анджелу. Губки ее сестры приоткрылись во сне, медовые волосы разметались по подушке. Она казалась настоящим ангелом.
Элли вздохнула. Сопротивляться Нуку бесполезно. Если он вбил что-то себе в голову, то и святой не сможет разубедить его. Ей совсем не хотелось рисковать жизнью Анджелы и лорда Генри… Вдруг Нук задумал что-то ужасное? Элли бросила камень и закрыла лицо руками.
Выбора не было. Анджела и лорд Генри отправятся вместе с ней.
Глава 1
Африка
Шлюпка ткнулась носом в белый песок. Анджела схватилась за борт одной рукой, другой придерживая шляпку. Пляж расстилался на многие мили, исчезая за горизонтом.
Было приятно коснуться ногами земли после более, чем двух месяцев прибывания на шатающейся палубе. Анджела встала на песок, и смотрела на пальмы, на совершенно незнакомые деревья, на горы вдали, на пейзаж, который видела только в детских книжках.
— А тут водятся жирафы? — спросила она капитана де Фосса.
Капитан приосанился, помогая ей пройти по песку. Это был пожилой грузный мужчина, который заменил Анджеле отца, оставшегося в далекой Англии. Он улыбнулся в усы, ласково смотря на нее.
— Водятся, мисс Анджела. И антилопы тоже. И, увы, львы.
— Настоящие львы, как на картинке? — она распахнула янтарные глаза.
— Увы, настоящие. Надеюсь, вам не придется встретиться с ними.
— Прямо здесь? — снова спросила она.
Он покачал головой.
— Нет, не прямо здесь. Сначала вам надо миновать джунгли. И только потом, после перевала, вы попадете в саванны. Там и львы, и жирафы.
— Мсье де Фосс, — прервал их подошедший лорд Генри, — вы говорили, что высаживаете нас неподалеку от главной дороги через перевал, — он осмотрелся, — но тут только песок и пальмы.
— Я не хочу, чтобы португальцы заинтересовались моим кораблем, — пояснил капитан, — поэтому высаживаю вас тут, где пустынно. Две мили на север, и будет небольшой порт, где вы сможете подготовиться к путешествию. Профессор Ольстен просил вас поспешить, чтобы успеть до сезона дождей.
Генри кивнул, оставшись задумчивым и хмурым. Их бросили на побережье, дав пятерых матросов, оружие и немного припасов. Матросы не лучше него знали, куда им идти и какие опасности таятся в кустах и сразу за пальмами, стеной стоящими вдоль песчаного пляжа.
Было достаточно прохладно, что неудивительно для начинающегося лета в южном полушарии. Он запахнулся в плащ, обернулся на капитана, что-то поясняющего любопытной Анджеле. В груди его рождалась злость. Капитан сейчас отвесит поклон, взберется в шлюпку и уведет свой корабль во французские воды. А он вынужден в совершенно незнакомой стране найти дорогу неведомо куда, не зная ничего об этой местности. Справочник, который был на корабле, Генри проштудировал вдоль и поперек, и узнал только какие-то ненужные ему сведений по истории.
Как история страны поможет ему сопровождать двух юных белых дев в дебрях африканских джунглей, он не знал.
Держать направление в страну каменных домов — все, что соизволила сказать ему Элли. Генри подозревал, что Элли тоже не знала, в какой это стороне.
Постаравшись успокоиться и подавить панику в зародыше, он глубоко вдохнул незнакомый ароматный воздух.
— Спасибо вам за все, мсье де Фосс, — наконец сказал он, выдавив из себя вежливую улыбку, — я премного благодарен вам.
Капитан расплылся в улыбке.
— Это вы профессора Ольстена благодарите. Я все делаю только ради его дочери. Когда-то он спас мне жизнь, и я в неоплатном перед ним долгу.
Он поклонился, отдал приказ матросам, которые должны были сопровождать их маленький отряд в глубь материка, и легко вскочил в шлюпку.
— Счастливо добраться, — сказал он, — если понадобится, пусть профессор снова пишет мне! Он знает, где меня найти!
Генри оглянулся на Анджелу. Та махала капитану рукой,
