все было? — я почувствовала себя ужасно смущенной, расстроенной, потому что мне пришлось подвести итог печальной ситуации, о которой он переживал даже по прошествии времени. Ему пришлось отсидеть в тюрьме за непреднамеренное убийство пять лет.
Он долгое время просто молчал, я же про себя гадала, ответит ли он мне на этот вопрос. Наконец, он достаточно просто и открыто ответил.
— Все так и есть. — На некоторое время в душе вспыхнуло чувство жалости к нему.
— Тюрьма была тяжелым испытанием для тебя. — Что-то проскользнуло в его выражении лица, но он безмолвно подавил это чувство до того, как я смогла распознать и понять, что это такое.
— Ты даже не представляешь насколько. — На некоторое время между нами повисла неловкая тишина. Я прикусила губу.
— И теперь ты человек, у которого за плечами уголовное прошлое.
Он подался вперед, его жесткий пристальный взгляд темных глаз на некоторое время задержался на мне, его мужской аромат одурманил мои чувства.
— Да, Кира. Я — уголовник. Я не могу получить заем по кредиту, как тебе уже стало известно. И шансы устроиться на работу практически равны нулю. Множество дверей закрыты для меня. Ты собираешься выйти замуж за уголовника. Почувствуй, как это звучит, дочь Фрэнка Деллэйера выйдет замуж за уголовника.
После его слов я поняла, что он сознательно увеличивает пропасть между нами, чтобы мы держались на расстоянии друг от друга. Это меня устраивало. Но вместо того, чтобы промолчать, я легко ответила ему.
— Знаешь, будет сложно расстроить или разочаровать моего отца сильнее, чем я уже это сделала.
Он буравил меня некоторое время своими темными драконьими глазами, которые словно смотрели сквозь меня.
— Поверю тебе на слово.
Затем он внезапно поднялся, напугав меня своей скоростью движения. Я подпрыгнула на ноги, практически врезаясь в него, в этот момент мы оба сделали шаг навстречу друг другу. Он заставил меня остановиться, опуская свои большие ладони мне на предплечья. Я подняла глаза и в следующий момент наши взгляды встретились. Он казался ошеломленным.
— Мне нужно идти, — он резко развернулся и направился к двери.
— Оу, да, конечно, — проговорила я, следуя за ним. — Только можно мне задать еще один вопрос, он касается временных рамок нашего будущего соглашения, я имею в виду, когда оно вступит в силу?
Я быстро отвернулась от него, подсчитывая в уме сколько я могу еще позволить себе оплачивать этот номер в мотеле, если мне предстояло потратиться на адвоката.
— Я знаю, что ты перво-наперво захочешь встретиться с адвокатом, но все складывается немного не так…
— Ты хочешь сказать, что у тебя нет денег оставаться тут?
Я выдохнула.
— Нет, есть, но не на продолжительный срок, особенно, если мне придется потратиться на услуги адвоката.
Он стоял напротив двери, потирая большой ладонью свой затылок, наконец, он проговорил.
— Собирай вещи. Ты можешь пойти со мной прямо сейчас. Завтра мы найдем адвоката. Но, Кира, — он развернулся, смотря мне прямо в глаза, — если сказанное адвокатом не устроит нас двоих, мне придется попросить тебя покинуть мою собственность.
Я кивнула.
— Тебе даже не придется просить.
Он кратко кивнул.
— Даю тебе пять минут на сборы.
Есть, сэр Дракон, — я испытала непреодолимое желание ответить ему саркастическим тоном. Но закрыла свой рот на замок и начала быстро собирать вещи.
***
Тридцать минут спустя я выписала чек за номер и выехала из мотеля, следуя на своей машине за черным грузовиком, и спустя некоторое время мы проехали через ворота особняка Грейсона.
Когда я впервые сюда приехала, я была абсолютно ошеломлена красотой виноградника, такое же чувство захватило меня и сейчас. Огромные дубовые деревья, листва которых скрывала наши машины, словно вечные стражи этого места, росли по краю длинной подъездной дорожки, ведущей к дому. Дом Грейсона располагался позади сада с большим, круглым фонтаном, что находился перед ним. Все в образе этого дома выражало изящество и элегантность, но, несмотря на это, дому удалось сохранить частичку тепла и уюта. Плющ поднимался вверх по одной стороне дома, изящно огибая и закручиваясь вокруг кованых балконов, которые располагались под каждым окном верхнего этажа. Акры и акры виноградников простирались на огромное расстояние, придавая захватывающий вид дому и саду, также слева от дома была небольшая роща плодовых деревьев, скорее всего персиковых, а может, абрикосовых.
На первый взгляд, дом напоминает вам пышущий зеленью рай, который только и ждет, чтобы его осмотрели. И только когда вы подходите ближе, то можете заметить, что замечательный фонтан перед домом не работает, плющу требуется рука садовника, а также газону перед домом, потому что трава на нем отросла на приличную высоту. Садовника, скорее всего, сократили, как и другой штат сотрудников. Но вид все равно был прекрасен. Во всем великолепии, это место должно было выглядеть потрясающе. Мой взгляд задержался на холмах вдалеке, которые были покрыты виноградными лозами, мне стало интересно, какой сорт винограда они выращивают. Я бы с огромным удовольствием посмотрела, как этот особняк будет выглядеть в преобразованном виде, не только ради Грейсона, а ради всего великолепия этого места, потому что оно заслуживало достойного обращения. Такое место не должно было прийти к запустению и разрушению. Думаю, бабушка бы обязательно согласилась с моими мыслями. Хотя нет, я бы, наверное, не хотела, чтобы она видела это место, потому что она бы перевернулась в гробу, узнав, что я решила жениться ради денег. Я была отвратительной, я готова была выйти замуж за абсолютно незнакомого человека из-за денег. Да, это была именно я. Чувство безнадежности заполнило мою грудь. Теперь я все знала насчет себя, и это добавило еще каплю к чувству самобичевания.
Грейсон остановил грузовик, прежде чем мы смогли бы сделать круг вокруг красивого фонтана. Я остановилась позади его машины, замечая крохотный домик, который был практически скрыт дубовой листвой. Он назвал это домик садовника, но мне с трудом верится, что его использовали в недавнем времени. Скорее всего, в данный момент, его использовали для хранения садового оборудования. Но, несмотря на все эти недостатки, было в нем что-то загадочное и любопытное. Мне пришлось по душе, что он был скрыт от глаз людей зарослями вьющейся глицинии. Я выбралась из машины, Грейсон тоже. Он направился в мою сторону. На его лице промелькнуло коварное выражение вызова.
Он, что, ожидал, что как только я увижу «дом», который предназначался
