Читаем без скачивания Торговый баланс - Шарон Ли

У главного шлюза собралась небольшая группа пришедших его проводить: Хат, Иза и дядя Пейтор. Помощник мастера вен-Деелин, Пен Рел, стоял спокойнее, чем можно было ожидать от человека, попавшего в одиночку на чужой корабль. Его гладкое красивое лицо не отражало ни тени радости, раздражения или скуки. Но его взгляд был острым, и это он первым увидел Джетри и едва заметно поклонился.

– Приветствую вас, подмастерье. Мастер-купец поручила мне быть вашим сопровождением.

Джетри приостановился и поклонился – тоже едва-едва: другое движение делала невозможным сумка, закинутая за спину.

– Приветствую вас, сударь. Мастер-купец оказала мне слишком большую честь, – сказал он.

Голубые глаза мигнули – очень может быть, что Пен Рел был с этим согласен, но надо отдать ему должное: на его лице не промелькнуло ни улыбки, ни насмешки, хотя, по мнению Джетри, он был вправе продемонстрировать и то, и другое.

Вместо этого лиадиец перевел взгляд на Изу Гобелин и поклонился – на этот раз низко, демонстрируя должное уважение к капитану-судовладельцу.

– Мастер-купец шлет поздравления, капитан. Она просит меня сказать, что сама поручила ребенка своего тела заботам других для обучения, осознавая необходимость глубиной своего купеческого сердца. Однако материнское сердце одновременно и глупее, и мудрее. Посему она предлагает, как мать матери, маршрут и коды связи. Послания, переданные этим маршрутом, немедленно попадут к Джетри Гобелину. Его частое использование приветствуется.

Еще один поклон – на этот раз скорее низко склоненная голова, – взмах рукой, и между большим и указательным пальцами протянутой руки появилась инфокарта.

Губы Изы Гобелин сморщились, словно она съела какую-то кислятину. Она не позволила себе убрать руки за спину – этого не было. Но она покачала головой из стороны в сторону, очень решительно.

Джетри почувствовал, что делает судорожный вдох. Не то чтобы он ожидал, что мать захочет держать с ним связь после его отъезда – она ведь не трудилась это делать, и когда он был членом ее команды. Но просто… это грубо, когда мастер вен-Деелин… Он моргнул и бросил короткий взгляд прямо на Хат, которая его поймала, прочла – и шагнула вперед, плавно и тихо.

Она бережно вынула карту из пальцев Пен Рела и поклонилась, ниже, чем он, тем самым выказав уважение посланцу мастера-купца.

– Пожалуйста, передайте мастеру-купцу, что мы высоко ценим ее доброту и предусмотрительность, – сказала она, что заставило Изу нахмуриться еще сильнее, зато вернуло краску на лицо дяди Пейтора.

Что до Джетри, то он почувствовал, что ему стало чуть легче дышать. «Катастрофа предотвращена», – подумал он. Вот только помощник мастера вен-Деелин остался стоять лишнюю секунду, чуть склонив голову набок, выжидая…

…а потом больше не стал ждать, но поклонился всем на прощание, тогда как его глаза поймали взгляд Джетри, а одна рука совершила недвусмысленный взмах: «Пошли, парень».

Еще раз сглотнув слюну, Джетри двинулся за лиадийцем вниз по трапу.

– Пока, Джетри, – услышал он шепот Хат, когда проходил мимо нее. – Мы будем скучать.

Ее рука мимолетно коснулась его плеча, и ключ у него под рубашкой чуть прилип к телу. А потом «Рынок Гобелина» лязгнул закрывшимся люком.

В конце причала, где стоял «Рынок», Пен Рел повернул налево, шагая легко, несмотря на тяготение. Джетри плелся за ним, отставая на полшага – и очень скоро вспотел, а к влажному лицу жадно липла портовая пыль.

Чем дальше они шли, тем больше становилось народу, и Джетри приходилось ускорять шаги, чтобы не потерять из виду своего низкорослого спутника. Наконец лиадиец приостановился и дождался, чтобы Джетри поравнялся с ним.

– Джетри Гобелин. – Если он и заметил сильно встрепанный вид Джетри, то не выдал это даже дрожанием век. Он только бесстрастно наклонил голову с яркими волосами. – Мы вскоре поднимемся к «Элтории». Вам в порту ничего не требуется? Сейчас как раз время купить нужные предметы, потому что наш отлет назначен через четверть оборота.

Запыхавшийся Джетри помотал головой, опомнился – и прочистил горло.

– Я благодарен, но мне ничего не нужно. – Он чуть приподнял меньшую сумку. – Все, что мне нужно, находится в этих сумках.

Золотистые брови приподнялись, но Пен Рел только лениво поднял руку, направляя внимание Джетри в глубину оживленной улицы.

– Увы, я не настолько удачлив и до посадки на борт должен выполнить несколько поручений. Извольте пройти в этом направлении, пока не найдете знак Иксина. Представьте себя команде баржи и подчиняйтесь слову пилота. Я присоединюсь к вам ко времени взлета.

С этими словами он нырнул с тротуара в густой поток транспорта – и, как показалось Джетри, растворился в стремительно движущейся толпе.

«Грязь!» – подумал он, чувствуя, как начинает ускоренно биться его сердце, а потом выругался вслух: «Грязь!» – жесткий локоть врезался ему в ребра с большей силой, чем требовалось для привлечения его внимания, а резкий голос выдал мелодичную лиадийскую фразу, интонация которой безошибочно давала понять, что нечего землянам с телячьими мозгами ловить здесь ворон.

Покрепче ухватив сумку, Джетри поправил рюкзак за плечами и медленно двинулся вперед, поворачивая голову из стороны в сторону, словно робот-уборщик в поисках пыли. Он разглядывал вывески и знаки, в изобилии видневшиеся по обеим сторонам улицы.

Ему отнюдь не прибавило спокойствия, когда он заметил, что все вывески в этом квартале были на лиадийском, без единой земной буквы, и что все прохожие были низенькими, золотистокожими, быстрыми – лиадийцами.

Теперь он запоздало подумал, не сыграл ли помощник мастера вен-Деелина над ним шутку. Или хуже: это могло оказаться лиадийским испытанием, и если он его не пройдет, то лишится места и застрянет на грязи. Вот в чем заключался ужас: в этих словах. Застрять на грязи. Он – космолетчик. Все порты для него чужие, все команды, за исключением его собственной, незнакомые. Впиваясь зубами в нижнюю губу, Джетри ускорил шаги, уже не обращая внимания на толчки локтями и грубые окрики. Его глаза метались по множеству вывесок, выискивая ту, которая обещает ему свободный космос, избавление от тяжести, грязи и вонючего воздуха.

Наконец он увидел ее – в полуквартале дальше, на другой стороне широкой улицы. Джетри прибавил скорость, заставив свое пропыленное, налившееся свинцом тело перейти на бег. Он сошел с тротуара.

Сирены, гудки и окрики отметили его путь через улицу. Он не обращал на них внимания. Луна и кролик были его целью – и сосредоточившись на них, он не видел ничего вокруг. К тому моменту, когда перед ним открылась автоматическая дверь, он был покрыт липкой грязью, запыхался и плохо держался на ногах.

Но при этом он оказался в безопасности.

Шумно глотая воздух, он поднял глаза – и получил секунду на то, чтобы изменить это мнение. Трое разнорабочих, загородивших ему дорогу, были невысокими, но они стояли выпрямившись во весь рост, держась за рукояти рабочих ножей, заткнутых за широкие кожаные ремни. На их рубашках и лицах лежали пыль и пятна от работы на причале.

Джетри сглотнул слюну и наклонил голову.

– Прошу прощения, господа, – с трудом сказал он, надеясь, что они распознают его речь как лиадийскую, – я здесь для мастера вен-Деелин.

Стоявшая чуть впереди грузчица подняла брови.

– Вен-Деелин? – переспросила она с нескрываемым недоверием.

– Если вы будете так любезны, – отозвался Джетри, стараясь дышать глубже, чтобы его слова не превратились в малопонятные обрывки. – Я – Джетри Гобелин, новый… подмастерье-купец.

Она заморгала – и на секунду ее лицо сильно наморщилось, но она тут же овладела собой. Эмоция, которую она не дала себе выказать, могла быть любой, но у Джетри возникло сильное подозрение, что она бы просто заржала, если бы вежливость позволила ей это сделать.

Мужчина справа от нее, в волосах у которого седины было больше, чем темных прядей, повернул голову и произнес нечто веселое и напевное, тогда как мужчина слева от нее шагнул вперед, вынимая нож из гнезда на поясе и задумчиво трогая выкидную защелку. Джетри еще раз сглотнул слюну и очень осторожно наклонился, чтобы поставить свою сумку.

Еще более осторожно он выпрямился, демонстрируя всем троим пустые ладони. На этот раз женщина позволила себе улыбку, бледную, как звездный свет, и подняла руку, чтобы толкнуть своего товарища в плечо.

– Это имущество мастера-купца, – сказала она на ломаном портовом. – Ты хочешь отнять у нее игрушку?

– Только не я, – заявил мужчина.

Однако он не стал убирать нож и даже не обернулся на стук каблуков, возвестивших о приходе второй лиадийки. На этой женщине была куртка из грубой кожи, которую носили пилоты.

Она поравнялась с главной рабочей и остановилась, хмуря брови.

– У нас тут теперь притон для нищих? – отрывисто спросила она, обращаясь, похоже, ко всем присутствующим.