Народ говорил: «Как Бог его нам на царство прислал, так мы светлых дней и не ведали, тяготы на мир, рубли, да полтины, да подводы». Народ не редко бросал насиженные места и уходил в Польшу или бежал на окраины, где трудно было настигнуть неплательщика налогов. Последствия такой политики быстро сказались. Когда в 1710 г. была произведена так называемая ландратская перепись, то оказалось, что количество населения в некоторых губерниях сравнительно с переписью 1678 г. значительно уменьшилось.
Ясно, что вообще испытание под Нарвой «лень отогнало» и к трудолюбию прилежать принудило... Петр даром хлеба не ел, как говорили о нем олонецкие крестьяне. Сбором рекрут царь ведал сам, не доверив этой заботы никому из вельмож. Приготовление к дальнейшей войне обставлялось строгой тайной.
Самообладание Петра было изумительно. «Пусть шведы бьют нас, — сказал он королю Августу, — они выучат нас бить их; когда же учение проходит без потерь и огорчений?» Лучшие силы и лучшие годы Петра ушли на Северную войну, которую он настойчиво продолжал, как великий администратор и полководец. Запад зорко следил за упорной борьбой сильных государей Швеции и России.
Петр искал нового опорного пункта ближе к шведам. Взор его остановился на Неве. Там находилось две крепости. Нотебург — древний Орешек и Ниеншанц (Нюен-Сканц, в русском произношении Канцы). Первый возник благодаря новгородцам в 1323 г. При подходящих случаях шведы разрушали Орешек; они отняли его в 1348 г., затем владели им с 1411 г. по 1594 г. и в 1612 г. он еще раз достался Швеции. При устьях Невы, на Фоминых островах, новгородцы когда-то возвели для себя городишко с пристанью и товарными складами. Шведы разрушали его. Кроме двух крепостей на Неве, шведы имели в Ладожском озере небольшую флотилию военных судов, под начальством вице-адмирала Гедеона фон Нумерса.
Малоизвестное шведам Ладожское озеро в представлениях людей того времени было полно опасностей. «В нем, пишет Кельх (Kelch), скрываются не только разные утесы и мели, а оно, кроме того, ядовитое и бурное море; в бурю волны подымаются вверх до половины манты».
Когда Петр хотел начать войну покорением Нарвы и Орешка (Нотебурга), В. Д. Корчмин был послан для разведки по течению Невы и около Орешка, ибо как писал Царь Головину из Воронежа: «Место тут зело нужно: проток из Ладожского озера в море (посмотри на картах), и зело нужно ради задержания выручки». Разведки же производились «зело, зело тайно, чтобы никто не дознался».
Шведов защищали густые леса, болота и дурные дороги. После Нарвского погрома у Ниеншанца находился кроме того ген. Крониорт с отрядом в 7 тыс. чел.
Против него Петр послал окольничего Петра Апраксина. Он стоял в Новгороде и в Старой Ладоге, имея 10 тыс. чел., на половину пехоты и на половину кавалерии.
Начиная с января 1701 г. у Петра зрел гениальный план взятия Нотебурга. План сохранялся в великой тайне, из опасения, что Голландские штаты и Англия могут помочь Швеции. Тайны при Петре умели сохранять. Естественно, что Петру нежелательно было прибытие чужого «сикурса». П. М. Апраксину не было дано большего войска, чтобы придать ему характер наблюдательного отряда. Его задача состояла, во 1-х, в собрании сведений о боевых условиях края; во 2-х, ему надлежало прикрыть от шведов сосредоточение наших войск и оттеснить Крониорта, дабы он не мог подать помощи Нотебургу. На Волхове приказано было изготовить 600 стругов, а по окрестным водным путям переписать частные суда.
Удачные действия Б. П. Шереметева помогли плану: на западе Ингерманландии неприятель был уничтожен. Чтоб Карл не спешил из Польши, принимались меры к усилению сторонников Августа.
Первоначально предполагалось «достать по льду Орешек», т. е. произвести внезапную осаду Нотебурга зимой, доставив людей по льду на санях. Путь испортился в январе; почему «случаем времени» план был оставлен. Но осторожный и дальновидный руководитель дела убедился, что одним Нотебургом нельзя будет ограничиться, а для того, чтобы обладать всем «Ладожским протоком» нужно сделаться хозяином всей Невы.
Шлиссельбург
Родилась мысль о необходимости создания здесь флота для отражения шведов. — 22 янв. 1702 г. последовал наказ о кораблестроении на р. Сяси (впадающей в Ладожское озеро). Застучали топоры на Олонецкой верфи. Стольник Иван Юрьев Татищев на Сяси, а Ив. Яковлев в Олонце строили флейты, шмаки, буеры, галиоты, галеры и разные мелкие суда. Эти распоряжения царя показывают, как много забот причинила Петру флотилия Нумерса в Ладожском озере. Борьба лодок с мореходными судами была затруднительна, но возможна, судя по примеру Азова, где турецкая эскадра отступила от набега казацких лодок. И вот, для «водяного промысла», т. е. военного действия на воде, приказано было строить донские лодки. На них имелось в виду посадить, как под Азовом, казаков.
Энергия Царя препятствий не знала и он решился снарядить и вооружить в Архангельске два малых фрегата («Св. Дух» и «Курьер») и доставить их в Ладожское озеро в августе 1702 года волоком по так называемой теперь «Осударевой дороге» по сухому пути на расстоянии более 160 верст. Для этого прорубались просеки, сооружались гати и выстроено было шесть значительных мостов. Каждый шаг пути приходилось брать грудью, утопая в грязи, падая от изнурения. Царь лично проследовал при фрегатах. Прибавим кстати, что весной 1702 г. Петр вторично находился в Архангельске, ожидая якобы нападения шведского флота. Кажется, это был не более, как маневр, для отвлечения внимания от Нотебурга, который он готовился осадить осенью, когда эксадра Г. фон-Нумерса должна была уйти на зимовку в Выборг. Пока Царь находился в Архангельске — Брюсу и Репнину надлежало подготовить операцию у Нотебурга, создав базу для дальнейших действий в Ладоге. Апраксину предписано было произвести набег на Ижорскую землю, в направлении к Канцам.
Отряд Петра Апраксина бездействовал, страдая неустройством. Он жаловался, что часть конницы — «лапотники». Только 15-го июня Апраксин на соймах и карбасах выслал подполковника Островского, с отрядом в 400 солдат, для разорения селений на Кексгольмском берегу. Отряд сделал первую военную прогулку по озеру. Около устья р. Ворона он наткнулся на эскадру Нумерса. Большая часть шведской команды занята была на берегу грабежом русских деревень. Островский атаковал шведов. Полная неожиданность атаки привела неприятеля в замешательство. Нумерс поднял паруса и поспешно отступил.
В августе, когда получены были, хотя и сбивчивые, сведения о месте нахождения генер. Крониорта, Петр Апраксин двинулся в Ореховский уезд, побывал на Неве и к 10 числу подошел к р. Псосне. Тут он нашел «городок и отводные шанцы» с гарнизоном в
