Итак, решение было принято: Гавриил Державин решил стать поэтом.
Это решение далось ему нелегко. Но какое облегчение он испытал – словно камень упал с его души, словно он прозрел и наконец ясно увидел свой путь. Теперь, когда Державину была известна конечная цель, он стал составлять план ее достижения. Гавриил сел к письменному столу, но не для того, чтобы писать стихи, – он писал письмо выдающемуся русскому ученому и поэту Михаилу Ломоносову.
* * *
Закончив совещаться с мадам Жозефиной и заказав необходимые туалеты, находясь в прекрасном расположении духа (Ольга раньше и не подозревала, что выбор платьев может быть таким приятным), княгиня решила немного прогуляться и передохнуть после такого нелегкого дела. Недалеко от модного салона располагалась кондитерская – туда Ольга и направилась.
Присев за отдаленный столик и заказав свои любимые пирожные, Ольга рассеянно смотрела в окно. День был прекрасный, солнечный, и гуляющих было много.
В кондитерской было удивительно тихо, видимо, после прогулок на свежем воздухе посетители отдыхали, и после шума и суеты весело проведенного дня им хотелось тишины.
Ольге принесли пирожные и чай. На фарфоровом блюде рядом с пирожными лежал букетик ярко-синих фиалок. У Ольги замерло сердце. Она подняла глаза и стала рассматривать сидящих в зале посетителей, большей частью это были дамы или семьи с детьми. И только в противоположном конце зала, у входной двери, сидел мужчина. В полумраке Ольга никак не могла его рассмотреть. Она только заметила, что мужчина благородного происхождения, что он высок и статен. Заметив, что Ольга пристально смотрит на него, мужчина поклонился ей.
Ольга знала, что девушка не должна первой обращаться к незнакомому мужчине, но все-таки решилась на это. Но как только она стала подниматься со своего места, мужчина быстро встал и вышел из кондитерской – только мелькнул его широкий плащ, подбитый черно-бурыми лисами.
* * *
У Ольги было еще много неотложных дел – и она решила составить план на несколько ближайших недель, оставшихся до Масленицы.
Прежде всего она решила изучить собственный дворец. В последнее время на нее обрушилось такое количество таинственного и непонятного, что она поняла, что даже о своей семье многого не знает, – и решила восполнить этот пробел. И Ольга отправилась в кабинет отца.
Она не была в этой комнате много лет. Ольга не знала точно, чем занимается ее отец. Князь Андрей часто бывал в отъезде, но никто никогда не знал точно, куда он едет и когда он вернется. Все знали, что он на особом счету у императрицы, и в доме было не принято расспрашивать князя о его делах.
Когда же он бывал дома, то иногда подолгу запирался в кабинете и не позволял себя тревожить. Иногда только полоска света, пробивавшаяся из-под двери, говорила о том, что князь бодрствует.
Но когда отец не был занят, он полностью принадлежал Ольге, всегда находил способ развеселить ее, они катались на лошадях, он рассказывал о своих путешествиях, обычаях других стран, или они просто вместе коротали вечера у камина перед портретом княгини Натальи.
В малолетнем возрасте кабинет отца не вызывал у Ольги большого интереса – но теперь у нее была совершенно определенная цель. Она открыла дверь и вошла.
Тишина, полумрак, стройные ряды книжных полок… Массивный стол из пород редкого дерева, канделябр на три свечи, миниатюрный портрет княгини Натальи, письменный прибор, листы дорогой бумаги для писем с фамильным вензелем…
«Как же мне найти то, что я ищу? – думала Ольга. – Я ведь даже не знаю точно, что именно я ищу. Все документы, касающиеся нашего рода, финансовых дел и наших поместий, грамоты и награды – всё это было собрано после смерти отца графом Паниным и передано на хранение поверенному. Что же я ищу?»
Она прошла и села в отцовское кресло. Воспоминания нахлынули и затопили горячей волной ее сердце. Ей стало нестерпимо больно оттого, что и ее матушка княгиня Наталья покинула ее в раннем детстве, и отец князь Андрей покинул ее в отрочестве, и она не успела узнать их, узнать no-настоящему чем они жили, что их волновало в жизни, что тревожило, что увлекало. Ольга вздохнула и тихо улыбнулась. Теперь она знала, что ищет. Она ищет своих родителей.
Ольга стала один за другим выдвигать ящики стола, но ничего особенного в них не нашла. Тогда она стала рассматривать книжные полки. Книг было не очень много – томов сто пятьдесят. Ольга обратила внимание на то, что корешки книг образуют узор, напоминающий дверь. Узор был неявным, чтобы его заметить, нужно было долго присматриваться. Ольга встала и подошла к книгам.
Одну за другой она вытаскивала те, что образовывали узор, рассматривала их, листала, но ничего не находила. Тогда она поставила их на место и отошла. Ольга еще раз рассмотрела книжные полки и узор, который напоминал дверь.
«Хорошо, – подумала Ольга. – Если это все-таки дверь, то где-то у нее должна быть ручка». Она еще раз подошла к книжным полкам и протянула к ним руку так, как если бы открывала дверь. На месте воображаемой дверной ручки на полке стояла «Калевала», сказочный карельский эпос. Ольга взяла в руки книгу и стала ее листать. Сказка была известна ей с детства, отец ей часто читал. Но то было детское сказочное издание, которое до сих пор хранилось в библиотеке. А эта книга была ей незнакома. Ольга с интересом листала «Калевалу», читала стихотворные строфы, повествовавшие об удивительной истории, рассматривала рисунки. Она продолжала листать страницы и вдруг среди них увидела листок бумаги, на котором был нарисован странный знак в форме звезды и рукой отца было написано только одно слово: «Орден».
Орден… Орден… Ольга пыталась вспомнить, слышала ли когда-нибудь это слово от отца. Нет, она ничего не могла вспомнить. Ольга взяла этот листок, задумчиво повертела в руках, положила его обратно в книгу и вышла из кабинета.
* * *
Петербург готовился к Масленице. Дома, заведения и улицы украшались, на площадях строились снежные горки для катания, актерские труппы готовили веселые представления, ресторации и кондитерские запасались продуктами, гостиницы и постоялые дворы принимали постояльцев – в столицу съезжались гости со всех концов света.
На Кузнецком мосту у гостиницы «Золотой лев» вечером встретились два человека, мужчина и женщина. Они говорили недолго и очень тихо, затем обменялись рукопожатием и разошлись в разные стороны.
На эту сцену во всеобщей суете никто не обратил внимания, к тому же на них были темные длинные плащи, а в сгущающихся сумерках эти люди практически слились с наступающей темнотой.
XI
За завтраком Ольга еще раз обдумала свой план. Она решила так: то, что находится за пределами ее понимания (разгадка загадочного знака и слова «Орден»), она будет распутывать постепенно, а вот то, что она может сделать не откладывая, то, что находится в ее руках, она будет делать сразу. Поэтому сегодняшний день она решила также начать с визита.
