— Если хотите, запишем вас в кадровый резерв, — молодой человек уже набирал номер, — придете на отбор повторно через год.
Из офиса авиакомпании Даша выходила с ощущением обманутой надежды. Конечно, ее приняли в компанию — это плюс. Да, она сможет работать в аэропорту, общаться с пассажирами, забудет про осточертевшие переводы, но ведь мечтала-то о другом! А теперь вместо путешествий, вместо свободы, символом которой в ее понимании было небо, она будет сидеть как пришитая в аэропорту и смотреть с невыносимой ревностью на уходящие в рейс экипажи.
Даша вздрогнула, услышав трель мобильного телефона, и выскочила из ванной. Господи! Так глубоко задумалась, что обо всем на свете забыла. Наверняка это Ларин. Они же договорились встретиться в аэропорту до начала работы!
— Алло, — голос Даши прозвучал виновато.
— Милая, ты еще не приехала? — удивился в трубке красивый баритон Максима.
— Нет, — пролепетала она.
— А я тебя жду, — укоризненно сообщил он.
— Я, — Даша бросила быстрый взгляд на часы, — буду через час. Прости меня, пожалуйста.
— Прощаю, — Ларин сделал одолжение.
— Так ты дождешься?
— Ты же знаешь, тебя я готов ждать всю жизнь.
— Где? — Даша сделала вид, что не заметила его игривого тона.
— В нашей кофейне, дорогая, — он первым нажал отбой.
Даша открыла гардероб, извлекла заботливо отутюженную синюю форму и стала одеваться. Руки привычно укладывали в прическу длинные густые волосы, рисовали лицо — как учили на занятиях по макияжу, а голова ее тем временем оказалась занята совершенно другим. Она думала о Максиме.
С Максимом Лариным Дарья познакомилась неожиданно, прямо в аэропорту. Случилась их встреча в период самого глухого авиационного затишья — в феврале. Даша, как всегда, сидела за стойкой регистрации и по причине тотального отсутствия пассажиров завистливо разглядывала уходившие в рейсы экипажи. Ларин подошел к ее стойке так незаметно, что она вздрогнула, увидев прямо перед собой мужчину лет сорока. Он не отличался особой привлекательностью — во всяком случае, Даше он не понравился, — но выглядел солидно, выделяясь особым начальственным лоском. Не слишком выразительные четы лица он скрывал под интеллигентными усами и бородкой. Пассажир улыбнулся и протянул Даше паспорт.
— Милая девушка, — его баритон оказался на удивление приятным, — зарегистрируйте меня на Хабаровск.
Даша отрепетированно улыбнулась в ответ и, выдав традиционное «с удовольствием», взяла его паспорт, открыла список на рейс.
В течение нескольких минут она безуспешно искала его фамилию в списках пассажиров всеми известными ей способами, перепробовав, наверное, с десяток вариантов возможной ошибки в транслитерации. Она набирала и «Ларин», и «Лапин», и «Лорин», и «Лырин». Даже «Парин». Результат оставался неизменным — ни одной подобной фамилии пассажира на рейсе в Хабаровск не было. А клиент тем временем не терялся — рассыпался в замысловатых комплиментах, витиевато говорил о том, какая Даша красивая. В ответ на неиссякаемые дифирамбы пассажира Даша вежливо улыбалась и с каждой секундой нервничала все больше. Убедившись в том, что найти клиента в системе невозможно, Даша попросила показать маршрут-квитанцию. На что пассажир резонно заметил, что это не обязательный документ и предъявлять его он в принципе не должен.
— Простите, — Дарья виновато взглянула на Ларина, — мне нужна помощь представителя.
Она подняла трубку телефона, стоявшего на стойке, и начала набирать номер старшего коллеги. Но не успела опомниться, как Ларин перегнулся через стойку и нажал на рычаг — в трубке вместо мелодичных звуков тонального набора послышалась тишина.
— Дашенька, я пошутил, — сказал он с улыбкой, — сегодня не лечу ни в какой Хабаровск. А вы всегда такая доверчивая?
— Нет, — Даша не на шутку разозлилась, — я выполняю свою работу!
— А когда у вас перерыв, милая? — не унимался он.
— У меня не бывает перерывов, — огрызнулась Даша и с силой припечатала к поверхности стойки его паспорт, — отойдите, пожалуйста, в сторону. Вы мешаете пассажирам!
— Хорошо, — он поднял руки, словно сдаваясь, потом взял паспорт и снова наклонился к ней, — но имейте в виду, я буду настойчив!
В тот день Даша так и не согласилась выпить с ним кофе, хотя он подходил к ней в течение вечера еще, наверное, раз двадцать. Оказалось, что Ларин тоже работает в аэропорту, только в другой компании. Занимает должность заместителя генерального директора, о чем он не преминул ей сообщить в первый же день знакомства. И все же и тогда Даша осталась непреклонна.
А потом как-то само собой получилось, что сначала она согласилась на кофе, потом — на обед, потом совместные перерывы на работе вошли у них в привычку. В конце концов, Даша нуждалась в человеке, который был бы старше ее и мудрее, который мог бы направить на путь истинный, подсказать. По выходным — Максим, как все нормальные люди, работал пять дней в неделю — она даже скучала без него. Привычка приятно проводить время в его компании давала о себе знать.
Разумеется, Даша понимала, что ей льстит внимание Ларина. И не только потому, что он занимает недосягаемую в ее понимании должность: он оказался умен, легок в общении; у него на все имелась собственная точка зрения, а кроме того, он всегда с интересом слушал и вникал в Дашины проблемы. Готов был помочь советом и делом. Даша несколько раз ловила себя на мысли о том, что хорошо, наверное, было бы иметь такого мудрого, заботливого, да еще и влиятельного любовника. Но Максим Даше не нравился. Не вызывал в ее сердце ровным счетом никаких чувств, кроме дружеского участия, и она старательно держала дистанцию, отметая все недвусмысленные предложения и намеки. Кроме того, Ларин был женат. А Дарья не умела и не желала нарушить свой внутренний моральный закон.
Что бы ни выдумывали в свое оправдание девушки, влюбляющиеся в женатых мужчин, обман — это подлость. Неважно, что избранник любит произносить с болью в глазах фразу-откровение: «У меня ничего нет с женой». Неважно, что он разводится со своей половиной уже на протяжении десяти лет. Все это, как правило, ложь. Приманка, чтобы вызвать жалость и завлечь понравившуюся девушку в постель. Ларин, нужно отдать ему должное, обладал весьма богатым арсеналом: Даше приходилось без конца увиливать от расставленных тут и там капканов. Последнее время она все чаще думала о том, что самое время прервать это странное общение. Но ей было трудно одной, хотелось мудрого совета, доброго слова, и она малодушничала, каждый раз откладывая окончательный разрыв. А Ларин ухаживал за ней, чем дальше, тем неистовей; жадно хватался за каждую встречу. Видимо, чувствовал, какие тяжелые мысли бродят у девушки в голове и как хочет она уйти.
