этого оказалось мало. Скорее всего, Рыков ещё пройдётся сегодня по их подготовке. Темнота в дырках корпуса цистерны расцвела серым и голубым. Со скрипом выгнулась крышка бочки. Звонко лопнул запорный механизм из толстой балки и крышка улетела в небо, будто ей выстрелили из пушки.
— Твою мать! — подскакивая с земли, рыкнул Вепрь. Он зло зыркнул на меня, но я даже не повернулся. Ратай точно сумел понять, что это я уклонился, а не он промазал во время броска. — К бою!
— Нет, — произнёс я и бегущие к нам Витязи напоролись на стену ставшего непроницаемым воздуха. — Всё в порядке.
В этот момент сверху послышался гул и в десятке метров от нас рухнула на землю крышка цистерны. Сияние двух аспектов в цистерне начало угасать и я пошёл к небольшой лесенке, чтобы забраться наверх. А когда оказался у люка, сердито посмотрел вниз.
— Вылезай! — требовательно произнёс я.
— Нет! — секунду спустя послышался усиленный эхом ответ из темноты. Голос Аларака звучал вполне нормально и похоже африканец сам этому порядком удивился. Поэтому продолжил уже не так уверенно, словно прислушиваясь к себе и своим реакциям. — Нет. Кот останется здесь, чтобы никому не причинить вреда. Кот чуть не убил Змея, князь. Еле успел доползти до этой бочки.
— Вылезай, — повторил я и чуть надавил голосом. — Тебе нужно привыкать к своей силе. Я не смогу постоянно быть рядом.
— Князь… — умоляюще простонал африканец, но я даже отвечать не стал. Просто спрыгнул на землю.
— Принесите воды, — приказал я Рыкову.
— Цистерну? — тут же уточнил Ратай. — У нас другой нет, но можем из шлангов…
— Бутылку, — усмехнулся я. — Или кружку. Пить хочется.
— А он? — выразительно покосившись на цистерну, уточнил Вепрь.
— Он уже напился, — ответил я. Аларак наконец решился и полез на свет. Из тёмного провала люка появилась и уцепилась за край когтистая рука. Я услышал, как побежали по цепочке Витязей перешёптывания. Они все любили своего мага, которые не раз выручал бригаду в самых тяжёлых ситуация. И всем им было тяжело видеть Кота в таком ужасном состоянии. Но тут общие ожидания не оправдались.
— Ого… — первым пришёл в себя Змей. — Это ты так отожрался на казённой воде, Котяра?
— От вас дождёшься… — недовольно проворчал архимаг. Он с трудом распрямился и с удивлением осмотрел свои руки, в пальцы которых на глазах прятались когти, возвращая им привычные человеческие очертания. Они были почти такими же, как в день поглощения энергии трупника. Чёрная блестящая кожа покрывала могучие мускулы. По сравнению с той мумией, которую увозили из моего имения, Аларак прибавил в весе килограммов восемьдесят. Однако, этот эффект был временный. — Даже воды для бедного Кота зажали. Пришлось скважину под цистерной пробивать.
— Так это из-за тебя на всей базе воды нет⁈ — зло спросил Рыков. — Возвращай обратно всё, головешка!
— Кот не может, — развёл могучими руками Аларак и от удовольствия неудержимо расхохотался. — Нечего возвращать. В дело вся водица пошла. Но Кот может постараться и немного вернуть, командир. Тебе лично. Надо?
— Поостри мне ещё! — грубо ответил Вепрь, хотя я видел, что Ратай практически счастлив от того, что его маг вернулся в строй, да ещё и в нормальном человеческом виде. — Из-за этой твоей магии, совсем с ума сошёл!
— Это не магия Кота, — легко и непринуждённо спрыгнув на землю, хмыкнул в ответ архимаг. — Вернее, не совсем Кота. Но Кот рад, что снова стал прежним!
— Это ненадолго, — сразу предупредил я и все вокруг, от обычных дружинников до Ратая, разом помрачнели. — Вода уйдёт, если ты её не остановишь.
— Когда? — только и смог выдохнуть Аларак.
— Через день или два, — направляясь к машине, где меня ждали Полоз и Ежа, ответил я. — Но в следующий раз несколько тонн воды тебе не помогут вернуться в нормальное состояние.
— Тогда что мне делать, ваша светлость? — поспешно топая за мной, спросил Кот.
— Вода изменчива, — ответил я. — Смерть более стабильна и постоянна. У тебя очень редкий дар, Аларак. Ты можешь управлять огромными объёмами воды, убивающей всё, чего бы она не коснулась. Но ты должен понимать, что эта вода изначально мертва. Она не может дать жизнь. Поэтому ей тяжело в твоём живом теле, и она стремится превратить его во что-то привычное. Дай ей возможность это сделать там, где это не имеет для тебя критического значения.
— А если везде важно? — очень серьёзно уточнил африканец. — Кот красив и очень хорош собой. Не хочется убивать любую его часть…
— Тогда добавь себе красоты, — садясь в машину, усмехнулся я. — Шрамы украшают мужчин, если у них нет денег, чтобы их убрать. Каждый шрам — мёртвая линия на твоей коже. Направь уходящую воду в нужном направлении, и она всё сделает сама. Ещё пару раз я смогу тебе помочь без вреда для нас обоих, но потом всё станет сильно сложнее.
— Князь, — придержав дверь, которую я уже начал закрывать, произнёс Аларак. — Кот всё понял и начнёт делать уже сейчас. У Кота еще вопрос.
— Слушаю, — спокойно ответил я.
— Когда Кот хотел оторвать тебе руку, — начал африканец и даже сбился от охвативших его эмоций. — Когда Кот почти сомкнул когти, во мне уже почти не было разума. Кот мог искалечить тебя, князь. Почему ты не дрогнул?
— Потому что это именно я дал тебе эту силу, — спокойно произнёс я. — И знаю, что ты не мог причинить мне вред. Таковы правила, Аларак. Это навсегда. И ещё потому, что один бы ты не смог справиться со своей жаждой. Одна капля моей крови, по сравнению с гибелью части дружины, не такая уж большая цена.
— Спасибо, князь, — низко поклонился архимаг. — Кот запомнит твои слова. Навсегда.
— Не откладывай, — посоветовал я и повернулся к Полозу, сидевшему за рулём. — Поехали в Себыкино, Андрей.
Я откинулся в кресле и расслабленно уставился в окно. Ехать было около часа и я планировал провести это время в походной медитации. Раз пока не было возможности полноценно работать с телом, то стоило хотя бы излишки после спонтанных нагрузок убирать
