ещё?
— Ещё? — задумчиво глядя на карту, произнёс Пескарёв. — Ещё там куча мелких проблем и всевозможных вредителей, которые готовы на многое, чтобы просто развлечься. Часто последствиями таких развлечений становятся повреждения зданий и техники. А, ещё неподалёку находится полигон родовой дружины князя Полынина. Когда-то он был партнёром вашего отца, но они разошлись в разные стороны, когда Полынин решил использовать совместные доходы на свои нужды. Константин Александрович тогда ещё сумел вернуть средства корпорации через высший суд и Полынина лишили половины имущества в столице.
Я тяжело вздохнул, взял у собеседника мышку и завершил рисунок. Получалось, что переданные мне земли находились в плотном кольце проблем. Маловероятно, что подобное положение дел беспокоило светлейшего князя Пожарского. Я даже допускал, что Евгений Александрович вообще не был в курсе сложной обстановки вокруг складской территории, ранее принадлежавшей моему роду. Может он такое и проблемами не считал вовсе. Да и вряд ли кто-то из окрестностей этой территории мог в открытую вредить одному из сильнейших родов Российской Империи. А вот со мной всё будет совсем иначе. И, скорее всего, начнётся с официальных визитов и лживой дипломатии.
— А если я скажу, что у меня нет подходящего человека, который мог бы взять на себя управление этим объектом, — прикидывая в голове варианты, произнёс я. — И попросил у вас совета, Олег Дмитриевич? Вы могли бы мне порекомендовать подходящего специалиста?
— Даже не знаю, ваша светлость, — ответил Олег Дмитриевич. Я видел, что глава Себыкино сразу хотел сказать нет, но не решился. Вместо этого начав рассуждать слух. — У меня очень мало знакомых, которые обладают достаточным уровнем знаний для управления таким крупным объектом. Я в Себыкино производство и жизнь людей с трудом смог наладить, а там масштабы куда как побольше. И это ведь не только складскими процессами надо управлять. Там вся территория, считай, на осадном положении находится. Нужен военный опыт, чтобы с охраной разбираться. Нужна бульдожья хватка, чтобы имущество отстоять и чужаков отвадить. И в экономических процессах надо отлично разбираться. Чтобы вся эта территория прибыль роду приносила, а не превратилась в один громадный клубок проблем. А ещё вы должны ему полностью доверять. А это я вообще гарантировать не могу. Поэтому, вы уж меня простите великодушно, но тут точно не помогу.
— Не извиняйтесь, Олег Дмитриевич, — улыбнулся я. Пока собеседник перечислял все необходимые качества возможного управленца, я крутил в голове имена и лица знакомых людей. И в какой-то момент картинка совпала со списком требований. — Похоже, вам удалось натолкнуть меня на нужную мысль. Но вы правы, такие специалисты очень редко встречаются и переговоры лёгкими точно не будут. Не одолжите мне свой телефон? Мне нужно сделать один звонок.
Глава 8
— Слушаю. — спустя несколько гудков, раздался из динамика знакомый голос. — Кто говорит?
— Здравствуйте, Олег Сергеевич, — произнёс я. — Это Разумовский. Удобно говорить?
— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — с явным облегчением ответил граф Корчаковский. — Вы опять с незнакомого номера. Чем обязан?
— Какие у вас планы на завтрашнее утро, ваше сиятельство? — уточнил я. — Хотел пригласить вас на завтрак. Появилось у меня для вас интересное предложение, но его стоит очень детально обсудить, прежде чем принимать какое-то решение. Заодно и союзнический договор подпишем.
— Я постараюсь найти время, ваша светлость, — ответил собеседник и я сразу понял, что со временем у него большие сложности. Слишком уж напряжённо звучал голос графа. — Но не могу гарантировать, что сумею прибыть к вам прямо утром.
— Что-то случилось, Олег Сергеевич? — осторожно уточнил я. Обычно я старался не лезть в чужие дела, если они меня не касались напрямую. Но сейчас и ситуация была довольно странной. Гон уже завершился. Наступило затишье во всех сферах. Даже постоянная грызня между аристократами стала почти незаметной. Вполне возможно, что графа беспокоили какие-то рутинные дела, но тогда бы он не стал отказываться от встречи.
— Старые противоречия набирают новую силу, Ярослав Константинович, — неохотно ответил Корчаковский. — Я предполагал, что именно так и получится, но не ожидал, что проблема возникнет настолько быстро.
— Могу ли я предположить, что сложности связаны с вашим соседом? — жестом предложив Пескарёву возвращаться к жилой зоне, ответил я. Глава Себыкино понятливо кивнул и пошёл первым, а я пристроился за ним.
— Да, — вздохнул граф. — У нас с князем Истоминым есть ряд взаимных договорённостей, которые требуют исполнения с моей стороны. Ничего такого, с чем бы мой род не мог справиться, ваша светлость. Просто… Вот завтра утром у меня вообще никак не получается приехать. Нужно быть у себя в имении.
— Я понял вас, Олег Сергеевич, — невозмутимо ответил я. — Ничего страшного. Скажите, а кроме вас кто-то может делами рода заниматься во втором круге?
— Старший сын может, — не раздумывая, ответил граф. — Он обычно этим и занимается во время моих отъездов в Москву. Но это точно не тот случай.
— Понимаю, — произнёс я. — Иногда только глава рода может решить возникающие вопросы.
— Именно так, Ярослав Константинович, — с некоторым облегчением согласился со мной Олег Сергеевич. — Именно так. Я ни в коем случае не хотел вас обидеть своим отказом. Просто… Обстоятельства, понимаете? Вам всегда рады в моём доме и вы можете приезжать в гости, когда вздумаете. Искренне надеюсь, что в будущем и я с семьёй смогу посещать ваши владения чаще.
— Обязательно сможете, ваше сиятельство, — уверенно ответил я. — Тогда до завтра?
— До завтра, ваша светлость, — ответил Корчаковский и я вернул телефон Пескарёву.
— Занят граф? — понятливо проворчал глава Себыкино. — Все жилы из него этот Истомин вытянул. Вроде и гон вместе пережили, а всё равно продолжает своё.
— У Михаила Юрьевича сейчас очень сложный период, — ответил я и, видимо, что-то такое проскользнуло в голосе, что Пескарёв саркастически усмехнулся. — Князь пытается восстановить своё влияние в первом круге Тверской аномальной зоны, но сейчас это ему сделать будет довольно сложно. Поэтому Истомин решил начать с тех, кто долгое время находился у него в подчинённом положении.
— Нехорошо, — нейтрально произнёс Олег Дмитриевич и искоса посмотрел на моё хмурое лицо.
— Нехорошо, — кивнул я. — Неправильно. Вы идите, Олег Дмитриевич. Там праздник уже начался. А я назад
