бы за это, потому что был способен дать достойный отпор, несмотря на превосходство в количестве противников.
Сбросив со спины гвардейца, размахнулся, чувствуя, как зубы второго стажа рассекают костяшки. Но мне было все равно. Контролируя сбивающееся дыхание, старался не думать о последствиях этой драки.
Но, ощутив удар по сломанному ребру, застонал от боли, а в глазах стало стремительно темнеть.
Я боролся за ясность сознания, вырывался и кричал из последних сил.
Двое гвардейцев схватили меня за руки, вынуждая упасть на колени.
— Какой прыткий! — пытаясь отдышаться, хмыкнул старший.
— Да чтобы вы все сгорели в аду! — выплюнул я, опаляя псов отца полным ненависти взглядом.
— О, а я смотрю у вас веселье?! — раздался грубый голос за спиной, и гвардейцы заметно напряглись.
— Решили поиграть с принцем? — мурлыкнула незнакомая девушка. — Так я тоже не прочь с ним позабавиться! Милашка!
— Сабина! — одернул ее кто-то.
— А что?! Это даже изменой не назовешь! Правда, Арис? Ты ведь не обидишься? — фыркнула бунтарка.
— Это земли правителя Регаса! Я требую, чтобы вы немедленно сложили оружие! — выпалил на одном дыхании гвардеец.
Но в ответ услышал лишь заливистый женский смех.
— Вы его слышали?! — усмехнулась незнакомка.
— Сабина, заканчивай! — этот голос я уже не мог ни с кем перепутать. — Либо вы поджимаете хвосты и возвращаетесь к своему хозяину, либо…
— Либо что, демон?! — по глупости выплюнул самый молодой гвардеец.
— Либо вас будут собирать по всему лесу кусками! — мгновение, и страж рухнул на колени, корчась от чудовищной боли. Я видел, как распахнулись его глаза, как покрылись сетью красных капилляров. Рот парня открылся в немом крике, в адском приступе ни единого звука из него не вырвалось.
Хватка на моих руках ослабла, и стражники отступили в сторону.
— Мудрое решение, — довольно хмыкнул Арис. — Ноан, помоги принцу.
Арис
На мое удивление, гвардейцы довольно быстро отступили, позволяя нам забрать Дина. Мой аматан был в плачевном состоянии. К моменту, как Ноан попытался оказать ему помощь, принц уже потерял сознание.
Осторожно погрузив его бессознательное тело на грифона, мы отправились в обратный путь, поспешно скрываясь среди облаков.
И вот сейчас, сидя перед кроватью, на которой уже несколько часов спал мой двойник, обдумывал, как действовать дальше.
С одной стороны его присутствие в лагере было полезным, ведь у меня появился шанс достучаться до его разума, но с другой, Малика тоже была здесь.
Чувствовал себя так, будто держу порох и огонь в одной комнате. И момент, когда я взлечу на воздух, был вопросом времени.
Если я понимал, что метка одного из нас на теле девушки навлечет беду на другого, то, судя по всему, Дин это не осознавал или не желал принимать.
В любом случае у меня никакой не было никакой гарантии, что он себя сдержит. Я не представлял насколько мой аматан стабилен. Вполне вероятно, что воздействие отца не прошло даром и меня ожидает еще много неприятных сюрпризов.
Отправив Ноана проверить Малику, я остался дожидаться пробуждения Дина.
Поднявшись с кресла, подошел к окну и, сложив на груди руки, посмотрел на стремительно светлеющее небо.
Перед глазами стоял образ хрупкой блондинки, которая не давала мне покоя с момента своего появления.
Я не мог мыслить здраво, желая вновь прикоснуться к ней и ощутить нежную кожу под руками.
Впервые в жизни я метался из-за женщины.
Желал ее как сумасшедший, осознавая, что с каждым мгновением она обретает надо мной все большую власть. И мне определенно это не нравилось. Я старался не привязываться ни к кому, а женщин использовал лишь для удовлетворения своих низменных потребностей, которых у демона было предостаточно. И, в общем-то, Сабина с этим неплохо справлялась. Но сейчас, я не хотел видеть эту магичку или чувствовать ее прикосновения. Мое тело и душа будто отторгали другую девушку, оставляя в мыслях лишь одну строптивую особу, перечащую каждому моему слову.
Болезненный стон вывел меня из задумчивости. Обернувшись, взглянул на светловолосого мужчину. Кряхтя, он с трудом сел, осматривая незнакомое место.
— Арис! — раздался скрипучий голос аматана.
— Доброе утро, спящая красавица, — хмыкнул я, и развернув стул спинкой вперед, оседлал его.
— Где девушка?! — его вопрос удивил меня.
Видимо Малика успела проникнуть и ему под кожу, отравляя этим странным раздражающим влечением.
— Хм… И тебе даже не интересно, где ты сам? — повел я бровью, ожидая его реакции.
— Где девушка? — вновь настойчиво спросил аматан.
— Ты про блондиночку? Я убил ее! — равнодушно пожав плечами, я принялся играть небольшим ножичком, краем глаза следя за своим гостем.
— Ты?! Ты не мог! — задыхаясь, взревел Дин, и, игнорируя боль, попытался подняться. — Что ты с ней сделал?!
— Я же сказал, — продолжал я свою игру, но взглянув на взбешенное лицо аматана, не смог сдержать смех. — Шутка! Спит твоя истинная в соседней комнате. Тебе не кажется, что она чересчур болтлива?
— Немного, — коротко ответил Дин, мгновенно отворачиваясь. — Я хочу ее увидеть.
— Думаю, она тоже будет не прочь встретиться, но позже. Лучше скажи мне, почему отец напал на тебя? — сложив руки на спинке стула, я взглянул на своего гостя.
— Арис, ответь мне на вопрос. Только давай без колких шуток и уловок! — попросил Дин. — Каким был Динарис? Почему отец решил от него избавиться?
Впервые я увидел во взгляде своего аматана искреннее желание выслушать меня. Наконец-то он захотел разобраться в наших жизнях.
В памяти вновь вспыхнул образ Малики, и я замешкался.
Вот только хочу ли я теперь терять ту личность, которую обрел?! Хочу ли вновь возвращаться к прошлому?
Я десять лет стремился вернуться к аматану, стать прежним Динарисом. Кроме этой потребности я не знал ничего, чувствуя себя потерянным, испытывая боль каждый раз, как связь между нами слабела. Демоническая натура не могла сдержать бушующую ярость, делая меня опасным для окружающих. Но с появлением Малики будто что-то изменилось… Эта хрупкая девушка сковывала монстра внутри меня, позволяя дышать полной грудью. Сейчас, когда цель, к которой я рвался десять лет оказалась так близко, желание вернуть прошлого себя стало угасать… Мне хотелось прикасаться к Малике, хотелось чтобы она приняла меня! Именно таким, какой я сейчас! Чтобы узнала того, кого еще вчера назвала монстром…
— Арис? — окликнул меня Дин. — Ты ответишь?
— Динарис был своенравным. У него всегда было свое мнение и отличающееся от отца восприятие справедливости. Он не слушал окружающих, а делал собственные выводы. Непоколебимое создание, не поддающееся манипуляции, — честно признался я.
— Судя по твоим словам, он был неплох… — задумчиво заключил Дин.
— Ты не понимаешь! Он не был хорошим или плохим. Динарис
